Здравствуйте, уважаемые читатели!
В День авиации и космонавтики хочу обсудить с вами непростую тему.
Дело в том, что в последнее время периодически встречаю информацию о якобы доносах Сергея Королëва на коллег.
Некоторые популярные каналы позволяют себе даже такие вот громкие заголовки:
Обвинители Королëва обычно приводят вот такой список якобы доносов:
Предлагаю вам вместе со мной разобраться в ситуации.
Вот письмо Королëва Тухачевскому от 29 мая 1934 года:
РНИИ (Реактивный научно-исследовательский институт) был создан по приказу Реввоенсовета за подписью именно Михаила Тухачевского.
Фактически произошло слияние московской Группы по изучению реактивного движения (ГИРД) (ею руководил Королёв) и ленинградской Газодинамической лаборатории (ГДЛ) (ею руководил Клеймёнов).
Клеймëнова назначили директором, Королёва — его заместителем.
На протяжении трех месяцев, пока он оставался заместителем, Королев многократно конфликтовал с Клейменовым, отстаивая позиции своих коллег из ГИРД. В январе 1934 года Клейменов потерял терпение и обратился в партком, рекомендуя исключить Королева из института. В качестве компромисса Королева перевели на более низкую должность.Клейменов прекратил финансирование нескольких исследовательских проектов "гирдовцев", которые те считали фундаментальными. Отмена же работ над реактивным самолетом вызвала такой скандал, что в конфликт был вовлечен Тухачевский. (Статья: «Тень маршала Тухачевского на судьбе Главного конструктора Королева»)
То есть, Королёв вполне логично обратился к Тухачевскому как к основателю института за помощью в решении конфликта. При том, что именно человеком Тухачевского считали Клеймëнова, и Королёву это было вероятно известно.
Можно ли такую «эскалацию конфликта» считать доносом? Но тогда надо считать доносом любое обращение к начальству как к третейскому судье при конфликте с коллегами.
Идём дальше: 19 апреля 1938 г. — донос на новое начальство института в Октябрьский райком партии: рассказывает об интригах Слонимера и Костикова
Вот как пишет об этом Ярослав Голованов:
Клеймëнова расстреляли 10 января 1938 года. В его аресте и гибели вины Королёва нет. Да, возможно, с этической точки зрения, Королёву нужно было встать на защиту памяти коллеги. Но нам здесь важно другое: не слишком корректно называть защиту себя и своей работы доносом.
И самое важное:
Королёв был арестован 27 июня 1938 года, то есть, последующие «доносы» (это восемь «доносов» из десяти!) — естественная попытка защитить своё доброе имя и себя самого. Думаю, очевидно, что к тому времени у Королëва не было возможности полемизировать с противниками лично.