Матвей был самым обычным парнем до своих двадцати лет. Разве что одно отличало его среди остальных парней его возраста – наделили его боги силой богатырской. Потому мог он таскать такие бревна, которые иные и втроем не могли поднять. Дом деда почти в одиночку возвел, когда его старый сгорел дотла. А уж сколько девчонок на него заглядывалось, и представить было сложно! Всем нравился ладный большой парень. Родители так и вовсе поговаривали, что нужно ему в княжескую дружину вступать, сразу смог бы главным их стать. Матвей же только ухмылялся – была у него мечта кузнецом стать, свою кузню построить. Для такого дела сила тоже требовалась недюжинная, а людям помогать было ему очень даже по нраву.
И он даже нашел местечко, где строить начинать, а после поехал в город – рассказал ему отец, что есть в городе место, где можно все нужное найти для дела кузнечного. Вот и хотел Матвей прицениться, понять, сколько ему работать нужно, прежде чем мечта его исполниться. Был он парнем серьезным, основательным, потому и хотел, чтобы все было так, как полагается.
Лавка, про которую отец ему рассказал, была такой же хорошей, как он и представлял, только вот цены там были намного выше, чем мог себе представить Матвей. Но делать было нечего, и решил он, что во что бы то ни стало сможет нужную сумму собрать! Потому начал ездить в город постоянно – тут работы для крепкого сильного парня было в достатке, и монеты копились и копились, небыстро, но верно. Особенно хорошо платил один мужчина. Он жил за воротами города, в одиноком доме, который был явно слишком велик для него одного. Парень должен был заниматься садом, носить какие-то ящики, что-то чинить. Обычная работа в самом обычном доме, которой хозяин совсем не хотел заниматься сам. Имени его Матвей не знал, да и не допытывался особенно. Тот хорошо платил за смирение, оплачивал работу каждый день вечером, сам же в это время большей частью пропадал на втором этаже своего дома, куда парню заходить было нельзя.
Да он и не стремился.
В конце концов большая часть суммы была сделана, и Матвей собрался возвращаться домой. Пора было начинать возводить кузницу.
- Очень рад был работать тут, но это последний день, когда я могу приходить, - сказал он вечером, принимая обычную плату за день.
- Так быстро? Очень жаль, я уже успел к тебе привыкнуть.
- Вашей помощью так быстро, верно. Очень подсобили мне, могу теперь за кузницу свою приниматься. Все самое лучшее куплю, никого не будет как я!
- Что ж, такому делу всегда готов поспособствовать. Вот, держи еще несколько монет.
- Ох нет, я же совсем не заработал это.
- Возьми, не обижай.
Мужчина был таким приветливым, говорил с такой искренней улыбкой, что Матвей решил, что взять дополнительные монеты будет не зазорно. У хозяина, как было сразу видно, деньги водились, он от такой помощи точно не обеднеет, а самому Матвею они будут очень даже кстати.
На том они и расстались, и теперь, сразу после празднования своего двадцатого дня рождения, парень принялся изо всех сил работать над постройкой и наладкой кузницы. И совсем скоро начал замечать, что стал слишком сильно уставать. Это было странно, потому что он совершенно точно не работал больше, чем привык. Скорее даже наоборот – сейчас он не думал о том, что нужно сделать все поскорее, чтобы хозяин был доволен, а делал все с удовольствием, размеренно и с любовью. Парень понимал, что с ним что-то не то, потому что просыпался он еще более уставшим, чем засыпал!
Потом и того хуже – у него наутро появлялись мозоли, которых не было вечером, да еще и на таких местах, на которых быть их никак не могло! Потому, отчаявшись, Матвей решил поделиться с другом:
- Мне кажется, меня сглазил кто-то или наслал порчу на меня, не знаю. Проклятие какое-то, не иначе!
- Да кому ты нужен – проклятие на тебя насылать? Это дело серьезное, и на того, кто проклясть хочет, может повлиять очень плохо. А ты, кажется, никому плохого не сделал.
- Не знаю даже… Может, позавидовал кто?
- Ага, или девка какая обиделась, что с ней гулять отказался, - хохотнул Иван.
- Ты вот смеешься, а мне совсем не до шуток, не знаю, что и думать. Хоть к ведунье поезжай.
- Это можно… Но давай сначала вот как поступим – ты спать ляжешь, как обычно, а я притаюсь да посмотрю, что ночью с тобой делается.
- А вот это идея хорошая!
Так они и порешили – Матвей, как обычно, лег вечером спать, а Иван затаился около дома, заглядывая в окно. Поначалу долго ничего не происходило, парень даже начал дремать, все равно пытаясь посматривать в окно, и в какой-то момент увидел, что Матвей поднимается с кровати. Поначалу он попытался было окликнуть друга, но после понял, что что-то в его поведении не то. Будто бы он не видел ничего вокруг – сначала столкнул со стола горшок, а когда тот упал, то даже не обратил на это внимания, а после пошел прямо на лавку, сдвигая ее с места.
Потому Иван решил просто смотреть, что будет дальше. Матвей вышел из дома и отправился куда-то по дороге быстрым шагом. Глаза его были закрыты.
Шли они долго, пока не вышли к большому дому, у входа в который стоял мужчина. Матвей подошел прямо к мужчине, и тот надел ему на шею ярмо! А уж что дальше происходило, и предоставить такое было страшно!
Встал Матвей на колени, а потом будто бы расти начал. Ивану плохо было видно в темноте, да еще и из кустов, но только понял он сразу, что друг его в быка превратился! На этом-то быке и принялся мужчина тот, что ярмо надел, полем заниматься. Прошло так часа три, после снял тот ярмо, и снова бык в Матвея превратился, и парень тем же путем, что пришел, обратно вернулся.
Сразу рассказал Иван все другу с утра, как тот проснулся, и понял Матвей, что связаться ему не повезло с колдуном каким-то, а потом и припомнил монеты те. Видать, так работу быком и отплатил колдун, привязал его к себе.
Помочь тут смогла только ведунья – сказала она Матвею монеты те у порога колдуна днем закопать аккуратно, лучше, чтоб не увидел тот, и сказать:
- Все я отработал, что заплачено было, свободен теперь.
И все!
Как ни странно, помогло это Матвею, не вставал он больше по ночам, не ходил к колдуну служить. И пусть денег у него стало меньше, но теперь он все свои силы на постройку кузницы тратил, и получилась она лучше, чем он мог себе представить!
