Сколько времени пишу небольшие заметки, столько получаю комментарии такого сорта: «Правильно по-французски не Людовик, а Луи. Или по-английски не Карл, а Чарльз». Дорогие мои коллеги-любители истории, вот что я имею сказать по этом поводу.
Поверьте, я знаю, как пишутся и произносятся на французском или английском все эти «Людовик», «Карл», «Вильгельм», «Генрих» и прочее. Да, Луи, Шарль, Чарльз, Уильям, Анри, Генри и так далее. Почему же я не пишу имена монархов именно так?
Потому что не устанавливаю правила и традиции русского языка, а следую тем, что уже есть. Так уж сложилось, что у нас принято Луи XIV и прочих нумерованных французских королей с этим именем именовать Людовиками, Шарлей и Чарльзов Карлами etc. Это прописано и в учебниках, и в энциклопедиях, и в словарях.
Традиции произношения – это нормально. И есть они не только у нас. Если взять того же Людовика-Луи, то немцы не стесняясь говорят «Людвиг», а итальянцы «Луиджи». Главное, что все понимают, о ком идет речь.
Встречаются книги, авторы которых на входе заявляют, что будут писать так, как произносится на языке оригинала. Как я к этому отношусь? Нормально. Это дело автора. Но сам я не претендую на оригинальность и следую сложившейся традиции.
Замечу еще вот что. Наверняка уважаемые поборники оригинального произношения не говорят «Дойчлянд» вместо «Германия» или «Бейджин/Бейцзин» вместо «Пекин». Полный и абсолютный языковой пуризм – дело хлопотное и утомительное. Надо где-то остановиться.
И тем не менее, да, я порой пишу «Луи» или «Анри». Но это, как правило, в отношении рядовых граждан некоролевских кровей. Впрочем, и здесь есть исключения, связанные с традициями. Например, вряд ли я напишу «Уолтер Скотт» вместо привычного «Вальтер Скотт». Но вот Матисс – он уже обязательно «Анри», а д’Артаньян – «Шарль». И уж конечно не назову Луи де Фюнеса Людовиком.
Как-то так. И, пользуясь случаем, искренне благодарю всех за внимание. Спасибо.