Иду по улице Правды, поворачиваю голову к окнам старого здания, а там за партами сидят дети! Я сначала даже не поняла, что, откуда, почему! Это что школа? Решеток на окнах нет, забора нет, окна достаточно низко. Вот прям стоишь и смотришь, как учатся дети. Был вечер, в классах горел свет. Так это было душевно, уютно, спокойно. Даже захотелось к ним поучиться. Учебники, книги, картины, доска. У детей была перемена, они кучковались у парт. Хотелось просто стоять и смотреть в окна, наблюдать за процессом школьной жизни. В центре, среди шумных дорог, где постоянно толпы, стоит старое здание Первой Санкт-Петербургской классической гимназии, а сегодня школы 321.
«Одно из старейших учебных заведений Санкт-Петербурга. Основано в 1817 году под наименованием Благородный Пансион по указу Александра I. 1830—1831 гг. пансион преобразован в Первую Санкт-Петербургскую гимназию. После 1918 года — общеобразовательная школа. С 1941 года по настоящее время — школа № 321».
«В 1819 году для Петербургского университета и пансиона был приобретён у купца Петра Петровича Сыренкова (1783—1837) участок, располагавшийся между улицами: 12-я Рота Семёновского полка (Звенигородская), Большая офицерская (улица Правды) и Ивановская (Социалистическая), а также домами, выходившими на Загородный проспект. В течение 1820—1823 годов были построены директорский флигель, инспекторский корпус. Бывший дом Сыренкова (д. № 11 по ул. Правды) приспособили для нужд пансиона по проекту архитектора П. Д. Шрётера; в октябре 1821 года на втором этаже была освящена церковь. В дальнейшем (1836—1841) здания перестраивались архитектором Н. Л. Бенуа при участии А. В. Кокорева. В 1830 году место пансиона заняла гимназия».
«3 декабря 1830 года гимназия получила предписание именоваться «Первой». Однако в хронологическом порядке она была уже третьей по счёту: Вторая Санкт-Петербургская гимназия существовала с 1805 года, Третья — с 1823 года. Дело в том, что принятая нумерация отражала не хронологическое старшинство гимназий, а их значение и престижность. Первая гимназия была самой привилегированной: в неё принимали только детей дворян; во Вторую — принимались дети разночинцев и купцов; Третья — предназначалась для детей всех сословий, не исключая податного. Поскольку Первая гимназия считалась аристократической, привилегированной, здесь кроме общеобразовательных предметов преподавали английский язык, танцы, фехтование, рисование и гимнастику. Обучение в гимназии было платным, плата равнялась 1000 руб. в год. Количество учащихся в середине XIX века равнялось 150».
«С 1905 года по воскресеньям и праздничным дням с 12.30 до 16.30 при гимназии работали курсы рисования, черчения, резьбы по дереву и лепки, на которых могли обучаться учащиеся всех средних учебных заведений города. Курсы были бесплатными, на них обучали живописи масляными красками, акварели, обмывке тушью, рисованию с фигур, голов, ваз, рисованию пером, черчению, резьбе по дереву, лепке и формовке, столярному ремеслу, механике и часовому производству, судостроению и лодочному производству. В 1912 году на международной учебно-промышленной выставке в Петербурге «Устройство и оборудование школы» курсы были награждены большой серебряной медалью».
«В 1912 году в гимназии было введено изучение английского языка для желающих».
В 1914 году, в связи с переименованием Северной столицы, гимназия получила новое название — Петроградская первая мужская. С июня 1915 года часть здания гимназии занял военный лазарет. С осени 1917 года нормальному учебному процессу в историческом здании гимназии мешали обосновавшиеся в нём всевозможные делегации революционных политических организаций, прибывавшие на съезды в Петроград. С февраля по март 1918 года в Первой гимназии размещалась боевая дружина левых эсеров, а затем — сводно-эвакуационный лазарет Красной армии. Последний гимназический выпуск состоялся в марте 1918 года. В сентябре того же года гимназия прекратила своё существование, здание перешло в ведомство Комиссариата народного просвещения. На базе бывшей Первой гимназии создаётся советская единая трудовая школа № 52 (2-й ступени)».
«В 1940 году с введением единой общегородской нумерации школе был присвоен номер 321».
«Во время Великой отечественной войны 321-я школа оказалась одной из немногих школ, которые не прекратили учебного процесса в период ленинградской Блокады. В 1942 году десятый класс окончили только пять человек, в 1943/44 учебном году школа выпустила семь человек. Но уже в 1945 учебном году было два выпускных класса, а затем четыре».