Излагая свои мысли о предопределении Всевышним человеческой судьбы большинство мутазилитов сошлись на том, что человек совершенно автономен, что сферы способности к действию человека и Создателя никак не пересекаются. Это утверждение означает, что человек несёт полную ответственность за все свои поступки и всякие попытки переложить вину за свои неблаговидные дела на Бога абсолютно несостоятельны. Они так и говорили, что стремятся «очистить Бога от зла, творимого людьми».
Доказывая постулат о полной ответственности человека за свои поступки – как хорошие, так и плохие – мутазилиты утверждали, что человек наделён волей и действует вполне осознанно и, следовательно, он волен выбирать между добром и злом, между дозволенным и недозволенным. По их мнению Аллах знает о совершении того или иного деяния человека только после его совершения.
Против такого решения проблемы выступил один из мутазилитов, теолог конца 9-го первой половины 10-го века Абу-л-Хасан ал-Ашари из Басры. Он отошёл от мутазилизма и в вопросе о предопределении занял совершенно противоположную им позицию. Человек и все его действия, говорил ал-Ашари, полностью подчинены воле Создателя всего сущего в этом мире. Со временем эта идея ал-Ашари стала приобретать всё больше сторонников, которых называли джабаритами, а само его учение получило название «ашаризма». Мутазилитов же стали называть кадаритами (кадар – способность, могущество). Теперь, по ал-Ашари выходило, что человек сам по себе, исходя из своей воли, не может предпринять каких-либо решений, его судьба, каждый шаг и поступок предопределены Аллахом, и он терпеливо и покорно должен исполнять то, что предписано ему в Книге судеб. Хотя сторонников идей ал-Ашари среди мусульман было подавляющее большинство, однако с таким полным фатализмом согласны были не все. Имам ал-Газали в книге «Воскрешение наук о вере» с презрением писал о тех, кто уподобляет себя куску мяса, безвольно лежащему перед мясником и ждущему удара топора, будто бы предписанного судьбой.
Однако, всё это не так просто. Как пишет академик А. В. Смирнов «было бы ошибкой трактовать эти две линии как противостояние «фатализма» и «индетерменизма». На деле обе они выстраиваются как трактовки одного и того же принципа тавхид – основополагающего принципа исламской мысли. В данном случае речь идет об утверждении Бога, как единственной причины действий. Первая позиция представляет собой абсолютную трактовку этого принципа, а вторая – относительную. Именно вторая представлена в данном случае с ал-Газали» («История арабо-мусульманской философии», учебник и антология, с. 98-99, Москва, 2020.)
Кадырбек Умаров