Следующий выходной они с Тимуром провели в Коломенском парке. Это был очень счастливый и добрый день. Позже, когда все дни превратились в сплошную череду безнадёги, Айша не раз мысленно возвращалась сюда под тень старых, отцветающих яблонь, чтобы подставить заплаканное лицо ласковым солнечным зайчикам. И находила в этом давно прошедшем дне крупицы оптимизма и сил для дальнейшей борьбы за выживание.
И пусть прекрасный этот майский день закончился печально. Всё равно это не испортило того радостного тепла, которое он ей подарил. Как не может на самом деле испортить бочку мёда, маленькая ложка дёгтя. Мёд остаётся мёдом, пусть и с горчинкой.
Они с Тимуром, обнявшись, прогуливались по алеям, ели мороженое, катались на резиновой лодке в небольшом искусственном пруду.
Вокруг суетились дети. Много детей и много мам и бабушек в ярких одеждах с улыбками на добрых лицах. Мимо, распугивая голубей, проносились весёлые велосипедисты в бейсболках. Потряхивали гривами разнаряженные лошади. Гудели батуты. Играла музыка. Тимур всё говорил о каком-то фильме, который им надо обязательно посмотреть как-нибудь вдвоём.
И Айша улыбалась и кивала, хотя и не могла сосредоточить внимание на сюжете, как не старалась. Было ей просто очень хорошо и спокойно. Лёгкий ветерок играл прядью волос и хотелось, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось.
Они приближались к смотровой площадке, той самой, где стояла она теперь поздним осенним вечером, перебирая в уме всю свою недолгую жизнь.
Отсюда открывался чудесный, захватывающий дух простор. Пронзительно голубое небо разливалось в полноводной реке, которая даже скорее напоминала море.
- В этом месте сливаются две реки, - объяснил Тимур, любуясь живописной набережной, - Москва-река впадает в Оку. Вот и получается море.
По морю-реке медленно полз белый катер. Неторопливые волны лизали поросшие зелёной щетиной камни. Отрывисто вскрикивала чайка.
Вдруг Айша почувствовала лёгкий всплеск изнутри. Робкое, едва ощутимое движение. Толчок? Или нет. Трепетание какое-то? Подрагивание? Прикосновение? Да именно, словно кто-то коснулся её изнутри. Кто-то невидимый, но уже живущий в этом необъятном мире.
Она растерялась вначале. Замерла, прислушиваясь к новому ощущению. И он там внутри замер на мгновение, словно и сам испугался, что обнаружил себя, раскрыл свою тайну.
Но уже через пару минут, набравшись храбрости постучался вновь. Я здесь! Я живу! Я существую!
Айша вздрогнула и положила руки на живот. Обе руки. Это вышло инстинктивно и совершенно неожиданно для неё самой.
- Что с тобой? – спросил Тимур, озабоченно заглядывая ей в лицо,- болит что-то?
- Да. То есть нет…
Он застал её врасплох, своим вопросом. Надо бы сказать… Надо! Теперь самое время. Хороший момент. А внутри снова встрепенулось.
- Ох, - она схватила Тимура за руку и сама, не ведая, что творит и верно ли поступает, положила её себе на живот.
На некоторое время все участники замерли. Все трое. Тот, кто был внутри Айши тоже затих. Затаился, ожидая развязки. Или приговора?
Губы Тимура побледнели и сжались в тонкую линию. Глаза смотрели на Айшу так, словно видели её впервые.
- Ты… Ты. - он не решался высказать смутное подозрение, ставшее явью. Она обманула его! Она…
- Извини, - прошептала Айша и тут же схватилась за щёку. Его ладонь отвесила звонкую пощёчину.
- Ты – дура! – выкрикнул Тимур, - Самка тупая!
Кулак изо всех сил врезал по железной ограде. Ноздри его раздувались, словно у загнанного жеребца. Айше почудилось что вот-вот из ноздрей повалит дым.
Конечно, она предполагала такую реакцию. Что он будет недоволен и всё такое. Поэтому решила выждать. Конечно ему нужно время, чтобы принять ситуацию. Просто нужно набраться терпения.
«Один, два, три, четыре, пять…» - стала она считать про себя.
Тимур застыл в позе капитана дальнего плавания, внимательнейшим образом изучая горизонт.
Пауза на сцене длилась несколько долгих минут. Наконец, герой оборачивается к героине и, грозно сдвинув брови, произносит:
- Ты это выбрала сама! Сама же и расхлёбывай! Ты думаешь, что всё так просто? Стоит тебе захотеть и мир повернётся к тебе нужной стороной? Ну что ж, - он улыбнулся так, что Айша сделалось страшно, - скоро ты всё поймёшь. Убедишься! На собственной глупой шкуре прочувствуешь. И не надо на меня так смотреть, - он вынул из пачки сигарету и зажигалку из кармана. Поджечь получилось аж с третьей попытки.
- А ты о нём подумала? - поинтересовался он, кивая на живот, - что ты ему скажешь? На что собираешься растить? Учить? Что ты ему дашь? – повторил он, повышая голос.
- А-аа-ах, - издали эхом отозвалась чайка.
Следовало что-то ответить «прокурору». Именно так теперь выглядели их отношения: Она – преступница, он – обвинитель. А ведь каких-то полчаса назад они были просто парой, которая наслаждалась молодостью и весной. Надо же что-то сказать в своё оправдание. Пусть и нелепое, пусть он и посмеётся над ней.
- Нет, ты ответь, - требовал Тимур, - не мне ответь. А себе и прежде всего ему. Что ты можешь дать, кроме нищеты?
- Жизнь, - выдохнула Айша, и вновь почувствовала слабый, но настойчивый всплеск внутри.
- Тьфу, - сплюнул Тимур себе под ноги жёлтую табачную слюну, - ну и дура! И оставайся со своим тупым бабьим упрямством. А про меня забудь.
Он резко повернулся и зашагал по дубовой алее. Однако, сделав несколько уверенных шагов, вдруг остановился, повернулся и произвёл последний "контрольный" выстрел.
- А я, между прочим, женат, дорогая! Чтоб ты не питала иллюзий. У меня жена в Узбекистане. Законная!
Выкрикнул и пошёл, не обращая внимания на прохожих, что с удивлением пялились ему вослед. Кто-то, кажется даже успел заснять всю сцену на камеру. Человек на пике эмоций – то ещё шоу.
(Продолжение следует) - здесь!
Иллюстрация - старые яблони в Коломенском (фото)
Начало истории - тут! 2 глава, 3 глава, 4 глава, 5 глава,
6 глава, 7 глава, 8 глава, 9 глава, 10 глава, 11 глава,
12 глава, 13 глава, 14 глава, 15 глава, 16 глава, 17 глава,
18 глава, 19 глава, 20 глава, 21 глава
Спасибо за внимание, уважаемый читатель!