— Ну вот, наконец-то дома! — Артём с наслаждением вдохнул воздух родной квартиры, поставив чемоданы в прихожей. — Отпуск — это прекрасно, но в своей постели всё равно лучше!
— Да, я так соскучилась по нашему новому гнёздышку! — Марина счастливо улыбнулась, снимая солнцезащитные очки. — Знаешь, в следующий раз давай всё-таки поедем не на неделю, а хотя бы на десять дней! Только-только расслабишься, а уже пора возвращаться!
Артём щёлкнул выключателем в коридоре, и внезапно из глубины квартиры послышался незнакомый звук — будто кто-то двигал мебель.
— Ты слышала? — напрягся Артём.
— Может, соседи? — неуверенно предположила Марина, но в её глазах мелькнуло что-то странное.
Супруги осторожно двинулись по направлению к гостиной, откуда доносились звуки. Артём уже готов был схватиться за зонт, стоявший в углу прихожей, когда из комнаты вышла женщина средних лет с полотенцем на голове.
— Мама?! — воскликнула Марина.
— Виолетта Станиславовна?! — одновременно с ней произнёс Артём.
— О, дети! Вы уже вернулись? А я думала, вы только завтра прилетаете! — тёща приветливо улыбнулась, как будто её присутствие в чужой квартире было самым естественным явлением на свете. — Я как раз собиралась приготовить ужин! Вы, наверное, голодные с дороги?
Артём перевёл недоумённый взгляд с тёщи на жену.
— Марина, что происходит?
Марина виновато опустила глаза.
— Понимаешь, у мамы в квартире прорвало трубу перед самым нашим отъездом... Я дала ей ключи, чтобы она могла пожить здесь, пока нас нет!
— И ты не подумала, что стоит мне об этом сообщить? — Артём старался говорить спокойно, но его лицо заметно напряглось.
— Я не хотела портить нам отпуск… — шепнула Марина. — Думала, мама уже вернётся домой к нашему приезду…
Виолетта Станиславовна между тем деловито направилась на кухню, словно, не замечая нарастающего напряжения.
— Я переложила кое-какие вещи в шкафах, чтобы освободить место для своих! Надеюсь, вы не против? У вас так много пустого пространства!
Артём проследовал за тёщей на кухню и замер в дверном проёме, увидев, как изменилось их жильё: на стенах появились какие-то незнакомые картины, на подоконнике выстроились горшки с фиалками, а в углу примостилась старая кофеварка, которую он никогда прежде не видел.
— А где наша техника? — спросил он, пытаясь сдержать растущее негодование.
— Твоя кофеварка занимала слишком много места, я переставила её в кладовку! — отмахнулась Виолетта Станиславовна. — Моя компактнее и готовит намного лучше!
Артём глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться, и вернулся в прихожую, где Марина всё ещё стояла с виноватым выражением лица.
— Дорогой, это только временно! — попыталась оправдаться она. — Ремонт у мамы почти закончен! Так ведь, мам?
Но мать её не расслышала.
— И когда она планирует съезжать? — напрямик спросил Артём.
Марина замялась, и в этот момент из комнаты вышла Виолетта Станиславовна с большой вазой в руках.
— А вот эту вазу я поставлю в спальне, у окна! У вас там так пусто, никакого уюта! — она с неодобрением покачала головой.
— В нашей спальне? — Артём перевёл взгляд на жену. — Она спит в нашей спальне?
— Нет-нет, что ты, в гостевой! — поспешила заверить его Марина.
— А, ну тогда всё в порядке! — саркастически заметил Артём.
— Вот видишь! Я же так и…
— Ты совсем с ума сошла, дорогая моя?! Зачем ты дала своей матери ключи от нашей квартиры?
Марина прикусила губу.
— Артём, пожалуйста, давай обсудим это позже! Мама всё равно скоро уедет!
— Когда? — настаивал он. — Конкретные сроки, Марин!
В этот момент Виолетта Станиславовна вернулась в прихожую и радостно объявила.
— А я, кстати, испекла твой любимый пирог, Артём! Грушевый, с корицей! И давайте перенесём ваши чемоданы в гостиную, незачем им тут в проходе стоять!
Следующее утро началось с запаха жареной картошки и звона посуды на кухне. Артём открыл глаза и несколько секунд пытался понять, почему они с Мариной спят в гостиной на диване, а не в своей спальне. Реальность обрушилась на него, как только он увидел заботливо расставленные по комнате фотографии Виолетты Станиславовны в винтажных рамках.
— С добрым утром, молодёжь! — раздался бодрый голос тёщи. — Завтрак уже на столе! Я встала пораньше, чтобы всё приготовить!
Марина сонно потянулась и улыбнулась.
— Мам, не нужно было так рано вставать!
— Глупости! Вы после дороги, нужно хорошо питаться! Я ещё салат из морковки сделала, для пищеварения!
Артём молча поднялся и направился в ванную. Холодная вода помогла прийти в себя, но не унять раздражение. Когда он вернулся, Марина уже сидела за столом, а Виолетта Станиславовна раскладывала по тарелкам аппетитную яичницу.
— Артём, садись! Кофе уже налит!
— Спасибо! — сухо ответил он и отодвинул чашку. — Виолетта Станиславовна, нам нужно поговорить!
— Конечно, дорогой! — улыбнулась тёща, присаживаясь напротив зятя. — Я как раз хотела обсудить перестановку в гостиной! Этот диван прекрасен, но совершенно не к месту там, где вы его поставили...
— Нет, я не об этом! — перебил её Артём. — Я хотел узнать, когда вы планируете вернуться в свою квартиру?
Виолетта Станиславовна замерла с вилкой в руке.
— Что за спешка? Мы же одна семья! А в моей квартире ещё не закончили работы!
— Какие именно работы? — Артём старался говорить спокойно, но получалось с трудом. — Марина упоминала прорыв трубы! Разве это не починили за неделю?
— Ох, если бы всё было так просто! — всплеснула руками Виолетта Станиславовна. — Эти горе-сантехники только стены разворотили, а потом выяснилось, что проблема в стояке! А потом соседи снизу подали жалобу, потому что у них потолок промок! Одним словом, кошмар!
— И сколько всё это продлится? — настаивал Артём.
— Трудно сказать... — Виолетта Станиславовна неопределённо махнула рукой. — Неделя, может быть две! Максимум месяц!
— Месяц?! — Артём чуть не подавился кофе, который всё-таки решил попробовать.
— Артём! — вмешалась Марина. — Давай сначала позавтракаем нормально, а потом всё обсудим!
Но Артём уже не мог сдерживаться:
— Мы только въехали в эту квартиру, Марин! Мы мечтали о своём жилье, о том, как будем обживаться вдвоём! И первое, что ты делаешь — отдаёшь ключи матери, причём даже не посоветовавшись со мной!
— Но это экстренная ситуация! — возразила Марина. — Не могла же я оставить маму на улице!
— У неё много подруг, родственников! — парировал Артём. — Почему именно наша квартира?
— Потому что у меня аллергия на кошек, а у всех моих подруг питомцы! — вставила Виолетта Станиславовна. — И потом, у вас три комнаты, места предостаточно!
— Дело не в количестве комнат! — Артём отодвинул тарелку. — Дело в принципе! Мы с Мариной купили эту квартиру для себя! Мы даже не успели толком обжиться!
— Мальчик мой! — снисходительно улыбнулась Виолетта Станиславовна. — Когда создаёшь семью, нужно быть готовым к компромиссам! Я уверена, Мариночка выросла в правильных традициях и понимает важность семейных уз!
— Мама… — Марина явно чувствовала себя неловко. — Артём прав в том, что мне стоило обсудить это с ним заранее!
— Именно! — поддержал жену Артём. — И мы договорились, что первый год живём только вдвоём, обустраиваемся, привыкаем друг к другу!
— Первый год? — Виолетта Станиславовна рассмеялась. — Какие глупости! Вы уже три года в браке!
— Год в новой квартире! — уточнил Артём. — Виолетта Станиславовна, я всё понимаю, но нам с Мариной нужно личное пространство!
Тёща поджала губы и отвернулась к окну.
— Конечно, если вы меня выгоняете...
— Никто вас не выгоняет! — устало возразил Артём. — Просто хочется ясности! Когда завершится ремонт? Какие у вас конкретные планы?
Виолетта Станиславовна подняла на него глаза, полные праведного возмущения.
— Я что, должна отчитываться в собственных планах? В конце концов, половина стоимости этой квартиры — подарок от меня на вашу свадьбу, если вы забыли!
Повисла неловкая пауза. Артём почувствовал, как вспыхнули щёки. Он действительно забыл об этом. Вернее, старался не вспоминать, чтобы не чувствовать себя обязанным.
— Мама! — вмешалась Марина, заметив изменившееся лицо мужа. — Никто не забыл о твоей помощи! Мы очень благодарны! Но Артём прав, нам нужна конкретика!
Пять дней. Прошло ровно пять дней с их возвращения из отпуска, и за это время Артём понял, что обратный отсчёт до точки кипения уже начался. Виолетта Станиславовна не просто поселилась в их квартире — она преобразовывала пространство под себя.
В понедельник она «немного переставила» мебель в гостиной, чтобы «визуально увеличить пространство». Во вторник прибыла её швейная машинка и заняла половину обеденного стола. В среду на стенах появились её вышитые картины. В четверг она поменяла шторы во всей квартире на «более практичные». И вот настала пятница — день, когда Артём обнаружил, что в холодильнике не осталось места для его продуктов, потому что Виолетта Станиславовна закупила продукты «для правильного питания».
— Марина… — Артём перехватил жену вечером в коридоре, когда Виолетта Станиславовна отправилась принимать ванну. — Так больше не может продолжаться!
Марина нервно поправила волосы.
— Я знаю, дорогой! Я пыталась узнать у неё, когда закончится ремонт, но она каждый раз уходит от ответа!
— Потому что никакого ремонта нет! — Артём понизил голос до шёпота. — Я сегодня позвонил в управляющую компанию её дома! У них не зарегистрировано никаких аварий или ремонтных работ в её квартире за последний месяц!
Марина застыла.
— Ты уверен?
— Абсолютно! Твоя мать нас обманывает!
Вдруг Виолетта Станиславовна вышла из ванной, завёрнутая в объёмный махровый халат — Артём с удивлением узнал свой подарок Марине на День святого Валентина.
— О чём шепчетесь, голубки? — спросила она, промокая волосы полотенцем.
— Мама, нам нужно поговорить! — решительно начала Марина. — Артём звонил в твою управляющую компанию! Они сказали, что в твоей квартире нет никакого ремонта!
На лице Виолетты Станиславовны не дрогнул ни один мускул.
— Конечно нет! Потому что ремонт делают частные мастера, а не управляющая компания! Эти бюрократы даже не в курсе половины того, что происходит в их домах!
— А можно этим мастерам позвонить? — вмешался Артём. — Узнать, когда они закончат?
Виолетта Станиславовна усмехнулась.
— Можно, если найдёте их! Они из Средней Азии, работают без договора! Я им плачу наличными, так дешевле!
— Тогда давай мы сами съездим и посмотрим, что там происходит! — предложила Марина. — Может, они уже заканчивают?
— Исключено! — внезапно резко ответила Виолетта Станиславовна. — Там пыль, грязь, дышать невозможно! Я не позволю тебе рисковать здоровьем!
— Мама, я не ребёнок! — возразила Марина. — И потом, я хочу убедиться, что ремонт действительно движется!
— Ты мне не веришь? — Виолетта Станиславовна театрально прижала руку к груди. — Родной матери не веришь?
— Дело не в доверии! — попытался сгладить ситуацию Артём. — Просто нам нужно понимать, сколько ещё продлится ваше... Гостевание!
— Ах, вот оно что! — Виолетта Станиславовна сбросила напускное огорчение. — Значит, вам настолько невыносимо моё присутствие? Собственную мать выставляете, как надоевшую гостью!
— Никто тебя не выставляет! — Марина начала заметно нервничать. — Просто мы хотим ясности!
— Ясности? — Виолетта Станиславовна рассмеялась коротко и резко. — Хорошо, вот вам ясность: я остаюсь здесь столько, сколько потребуется! Моя квартира непригодна для проживания, а ваша — наполовину моя, если уж начистоту!
Артём почувствовал, как кровь прилила к лицу.
— То есть вы шантажируете нас своими деньгами?
— Я напоминаю об элементарной благодарности! — парировала Виолетта Станиславовна. — В конце концов, кто помог вам с первым взносом? Кто оплатил ремонт на кухне?
Марина выглядела растерянной, переводя взгляд с матери на мужа. Артём видел, как она разрывается между двумя близкими людьми, и ему стало её искренне жаль. Но продолжать эту игру он больше не мог.
— Виолетта Станиславовна… — он старался говорить спокойно. — Ваша помощь неоценима, и мы с Мариной действительно благодарны! Но наша квартира — это наша территория! Если вы хотите жить с нами, давайте хотя бы обсуждать это, а не ставить перед фактом!
— Обсуждать? — фыркнула тёща. — Что именно? Выгонять пожилую женщину на улицу?
— Вам пятьдесят два года! — не выдержал Артём. — Вы моложе большинства моих коллег! И у вас есть собственная квартира!
— С которой неизвестно что происходит! — вмешалась Марина. — Артём, давай всё-таки завтра съездим и посмотрим, что там с ремонтом!
Виолетта Станиславовна внезапно сменила тактику.
— Доченька, не нужно никуда ехать! Я всё поняла! Если вы хотите, чтобы я ушла — так и скажите! Я переночую у Ларисы, она давно звала!
— Мама, прекрати! — Марина была близка к слезам. — Никто не просит тебя уйти прямо сейчас! Мы просто хотим понимать, какие у нас планы!
Утро субботы выдалось пасмурным, как будто природа решила отразить атмосферу, царившую в квартире. Виолетта Станиславовна демонстративно не разговаривала с Артёмом, обращаясь к нему исключительно через Марину. Завтрак прошёл в гнетущем молчании, и когда Марина предложила всё же съездить и проверить квартиру матери, Виолетта Станиславовна неохотно согласилась.
— Только предупреждаю, там настоящий хаос! — бросила она, натягивая пальто. — И не говорите потом, что я не предупреждала!
Поездка в такси прошла в напряжённой тишине. Артём смотрел в окно, Марина нервно теребила ремешок сумки, а Виолетта Станиславовна сидела с каменным лицом, словно её везли на эшафот.
Когда они подъехали к дому, Виолетта Станиславовна внезапно засуетилась.
— Знаете, пожалуй, я сначала сама загляну! Подождите меня здесь!
— Нет, мама! — твёрдо сказала Марина. — Мы идём вместе!
Поднявшись на четвёртый этаж, они оказались перед дверью квартиры Виолетты Станиславовны. Тёща долго копалась в сумке, якобы в поисках ключей, потом внезапно заявила.
— Боюсь, я их забыла! Придётся вернуться!
Артём молча достал из кармана связку.
— Я взял запасные! Те, что вы оставили у нас в прошлом году, помните?
Виолетта Станиславовна побледнела, но ничего не сказала. Артём вставил ключ в замок и открыл дверь.
Квартира предстала перед ними в идеальном порядке. Никаких следов ремонта, разрушений или протечек. Всё было чисто, аккуратно расставлено, и лишь лёгкий запах затхлости говорил о том, что здесь некоторое время никто не жил.
— Что это значит, мама? — Марина обернулась к матери, и в её голосе звучало неподдельное разочарование.
Виолетта Станиславовна поджала губы.
— Значит, они уже всё закончили! И даже убрали за собой! Вот это сервис!
— Прекратите! — не выдержал Артём. — Вы нас обманывали с самого начала! Никакого ремонта не было!
— А ты кто такой, чтобы меня обвинять? — взвилась Виолетта Станиславовна. — Залез в семью с помощью моей дочери, живёшь в квартире, наполовину купленной на мои деньги, и ещё указываешь мне!
Марина встала между ними.
— Хватит, оба! Мама, почему ты солгала нам?
Виолетта Станиславовна на мгновение замешкалась, но быстро взяла себя в руки.
— Я просто хотела побыть ближе к тебе, доченька! С тех пор, как ты вышла замуж, мы почти не видимся! Ты всё время с ним! — она кивнула в сторону Артёма. — А на мать у тебя времени нет!
— Это не оправдывает ложь! — тихо сказала Марина. — Ты могла просто попросить! Мы бы что-нибудь придумали!
— Правда? — скептически усмехнулась Виолетта Станиславовна. — А твой благоверный был бы не против? — она презрительно посмотрела на Артёма.
— Я никогда не запрещал Марине видеться с вами! — ответил Артём. — Но вы решили, что проще обмануть нас обоих и вторгнуться в наше пространство!
— Вторгнуться? — глаза Виолетты Станиславовны сузились. — В квартиру, которая наполовину моя?
— Мама, перестань! — повысила голос Марина. — Ты подарила нам деньги на свадьбу! Подарила, а не одолжила! И если каждый раз при конфликте ты будешь попрекать нас этим, то я лучше продам квартиру и верну тебе твою половину!
Повисла тяжёлая пауза. Виолетта Станиславовна смотрела на дочь с таким выражением, будто та её ударила.
— Значит, вот как ты меня благодаришь… — наконец произнесла она. — Выбираешь этого человека вместо родной матери!
— Я никого не выбираю! — Марина покачала головой. — Я просто хочу, чтобы вы оба были в моей жизни! Но на честных условиях, без манипуляций!
Виолетта Станиславовна подошла к окну и долго смотрела на улицу, прежде чем повернуться.
— Хорошо! Я останусь здесь! Но знай, Марина, ты разбила мне сердце! Я всю жизнь посвятила тебе, а ты выставляешь меня из своей жизни ради этого мужика, которому нужна была только моя помощь с квартирой!
— Это несправедливо, мама! — глаза Марины наполнились слезами. — Артём любит меня, а я люблю его! Мы строим нашу семью, и ты всегда будешь в ней желанной гостьей! Но только гостьей, понимаешь? У нас своя жизнь!
— Прекрасно понимаю! — отчеканила Виолетта Станиславовна. — Можете не беспокоиться, я не побеспокою вас больше своим присутствием! Ни в вашей квартире, ни в вашей жизни!
— Мама, не драматизируй! — Марина сделала шаг к матери, но та отступила.
— Уходите! — произнесла Виолетта Станиславовна с холодной решимостью. — С этого дня считай, что у тебя нет матери!
Артём взял Марину за руку, чувствуя, как она дрожит.
— Пойдём, Мариш! Ей нужно время!
Когда они вышли из подъезда, Марина наконец дала волю слезам. Артём обнял её, прижимая к себе.
— Всё наладится, вот увидишь! Она остынет!
— Ты не знаешь мою мать! — всхлипнула Марина. — Она может годами держать обиду!
— Зато теперь я лучше понимаю тебя! — тихо сказал Артём. — И ценю ещё больше за то, что ты смогла поступить правильно, несмотря ни на что!
Они вернулись домой и впервые за долгое время почувствовали, что квартира снова принадлежит только им. Артём налил Марине чай, и они сидели на кухне, держась за руки, обсуждая, как будут заново обустраивать своё пространство — свой дом, где теперь снова будут только они вдвоём…