Действительно ли «старый» барон Луи Геккерн усыновил красавчика-француза Жоржа Дантеса? А что вызвало вспышку гнева Пушкина, после которого он написал нидерландскому посланнику письмо, полное оскорблений?
Предлагаю читателям дайджест статей канала «Мой XIX век», посвященных милому семейству – двух баронов: Жоржа Дантеса и Луи Геккерна.
Первое, что не дает покоя многим почитателям гения Пушкина, - это ответ на вопрос: «А зачем француз вообще приехал в Россию?»
«На ловлю счастья и чинов» молодой француз прибыл окольными путями. Сначала он попытал счастья в Пруссии, где у него имелась многочисленная родня, а потом, вооружившись рекомендательными письмами, в том числе и от родного брата российской императрицы Александры Федоровны, отправился в Санкт-Петербург.
Почему бы господину Дантесу не делать военную карьеру на своей родине, во Франции? Ответ на вопрос – в событиях первой половины 1830-х годов.
По дороге заболевший француз встретился с бароном Луи Геккерном и… приглянулся ему. Геккерн заслуженно имел репутацию видного дипломата.
Работа в России должна была стать венцом его карьеры. Потому что в России правил Николай I, а в Нидерландах жила родная сестра российского императора, Анна Павловна - жена кронпринца и, следовательно, будущая королева.
Прожил бы барон жизнь в России небедно, но он умудрился влюбиться в светловолосого красавца Жоржа. Отношения с настоящими родственниками у барона Геккерна были, мягко говоря, натянутые. И возникла мысль: усыновить уже взрослого француза, передать ему свою фамилию, а затем и имущество, минуя многочисленную нидерландскую родню.
Даже в наши дни невозможно усыновить или удочерить того, кто УЖЕ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЙ. Как сделал это Луи Геккерн? А он не усыновлял. Хитрый нидерландский лис обманул императора России и весь высший свет. Подробно об этом в статье:
Позднее, уже в 1840-е годы Геккерн добился и усыновления, и действительно оставил наследство приемному сыну.
Было ли что оставлять барону Геккерну в наследство? Да! Он проявил себя не только как талантливый дипломат, но и как коммерсант. Его дипломатический статус позволял обходить законы Российской империи, связанные с таможенными пошлинами на ввоз импорта в страну. Покупал дешево в Европе, продавал дорого в России.
О бизнесе знали все, включая царя. Об этом подробнее здесь:
В статье есть пример, как обычный дворянин России выразил свое презрение уезжающему барону Геккерну. Без всяких-разных выражений и действий руками или слюной.
История д у э л и Александра Пушкина и Жоржа Дантеса – одна из самых загадочных в истории. А еще она очень запутанная. Например, многие думают, что дуэль в конце января 1837 года произошла из-за анонимного пасквиля, который Пушкин получил в начале ноября 1836 года.
На самом деле друзьям поэта удалось уладить ноябрьский конфликт. Одно из условий отказа от д у э л и - женитьба красавца Жоржа Дантеса (который благодаря деньгам посланника Геккерна к тому же стал богат!) на некрасивой бесприданнице Екатерине Гончаровой.
Дантес и Гончарова обвенчались, у них медовый месяц, балы и визиты. И в самый разгар Александр Пушкин пишет откровенно хамское письмо посланнику Луи Геккерну.
Как дипломат Геккерн не мог участвовать в каких бы то ни было д у э л я х. Поэтому честь «отца» пришлось отстаивать приемному сыну.
Но что послужило «толчком» к написанию письма? Цепь событий предыдущего года. Пушкин считал, что Геккерн плетет интриги. Ну, а «взорвался» Александр Сергеевич из-за скабрезности, которую Дантес прилюдно произнес на балу в присутствии многих людей.
И да, умников, которые лучше дворян России и Франции переводят каламбуры с французского на русский язык, я ба-ню на своем канале молча:
Всё, что хотела, я вам уже высказала здесь:
Итак, барона Жоржа Дантеса выслали из России. Его жена Екатерина и приемный отец должны были отправиться позднее. Луи Геккерн распродавал имущество, а беременная на раннем сроке Екатерина боялась потерять ребенка по дороге. Она и так себя плохо чувствовала.
События на Черной речке отразились на семье Гончаровых. Братья и сестры были дружны. Зная, что Екатерина уезжает во Францию, они попрощались. А великосветским сплетникам Петербурга и Москвы было о чем поговорить.
Баронесса Екатерина Дантес умудрилась заявить: «Я прощаю Пушкину!». Сказано это было по-французски. И есть две версии толкования смысла этой фразы.
Под статьями о Наталье Пушкиной некоторые комментаторы с гонором, достойным лучшего применения, утверждают, что жена поэта была д у р а, раз сама рассказывала мужу о шутках Дантеса и о своих ухажерах.
Я рада за мужей и жен таких комментаторов. Верю, что ваши семьи просто идеальные. А остальным предлагаю просто понять принципы семейной жизни, которые девочкам-дворянкам внушались:
Еще многих мучает вопрос: а можно ли было избежать ду-э-ли? Всегда ли вызов заканчивался печально? Можно. Просто в историю попадают печальные исходы, а когда вместо д у э л и дается обед и бал - это мало интересно. Правда? 👇👇👇
В 2019 году я завела канал «Мой XIX век» в надежде, что получится узнавать что-то новое. Объем литературы о Пушкине и его эпохе настолько велик, что один человек не может знать всё.
Я уже публиковала фото книги, в которой мелким шрифтом перечислены все книги, изданные за 4 года о Пушкине и пушкинском времени (книги, а не статьи научные и публикации в СМИ). 👇👇👇
Купить и прочитать это всё - невозможно. Даже узкому специалисту.
Думала, что буду задавать в статьях вопросы и получать ответы от тех, кто интересуется пушкинской эпохой, бытом дворян XIX века.
Оказалось, что комментируют люди, которые не знают элементарных вещей.
Например, на фразу «Пушкин родился в конце XVIII века» реагируют так: «Аффтар! Как нестыдно! А исчо про Пушкина пишити. Пушкин родился в 1807 году. Тьфу на тя, аффтар! Бан!»
Вопросов я задавала за почти 6 лет много, ответов получила штуки три и то в этом году.
В статье о несчастной младшей дочери барона Дантеса – Леони:
я предложила подумать: как французская баронесса могла самостоятельно выучить русский язык? Это технически невозможно!
На тему баронессы Леони Дантес-Геккерн слишком много спекуляций в пушкиноведении.
Матери не стало в 1843 году, Леони еще младенец. Дантес не стал бы дочери нанимать ни русскую няню, ни гувернантку со знанием русского языка. Горничная Екатерины Дантес с ней во Францию не поехала (осталась в России).
Так откуда Леони черпала свои знания?
Ответ на свой вопрос я нашла сама. Оказывается, одна из дочерей Дмитрия Николаевича Гончарова, Екатерина Дмитриевна, училась во Франции на врача. Кузина Леони стала одной из первых женщин-врачей в императорской России. И девушки общались несколько лет друг с другом, пока Екатерина училась в Европе.
***
Подборки статей, в том числе о приданом Натальи Гончаровой, о родственниках Гончаровых, о разных потомках Пушкина, можно найти на главной странице канала «Мой XIX век».