Часть первая:
Ночь была беспокойной. Незнакомый старик всколыхнул в душе то, о чём она пять лет даже думать не хотела, и встав утром совершенно разбитой, Анна поплелась в библиотеку.
Здание, в котором она работала вот уже четыре года, раньше было дворянским особняком в два этажа и четыре уровня, один из которых был в цоколе, а второй - под крышей.
Каждый раз, входя в двери, Анна не уставала восхищаться: высокие сводчатые потолки с остатками ручной росписи, резные панели из дуба на стенах, инкрустация паркета и камня на полу - когда-то хозяева гордились уникальной обстановкой и принимали высокопоставленных гостей. В доме даже остался зал для приёмов и танцев, все стены которого от пола до потолка занимали огромные зеркала в золочёных рамах с канделябрами, а в углу стоял старый рояль, накрытый запылённой чёрной тканью. В одной части зала оборудовали небольшую сцену, в другой - станки для занятий балетом и танцами, но со дня открытия библиотеки ими не воспользовались ни разу - в советское время "буржуйское наследие" вообще хотели снести, и только заслуженные архитекторы города, благодаря своему авторитету, смогли отвоевать особняк под библиотеку, а балетную студию открыли уже позже при театре.
Всю неделю Аня искала предлог, чтобы вернуться в Дом престарелых. Перебрала подшивки газет и журналов, отложила несколько ветхих книг, но никак не могла выбросить из головы того старика в очках. Такое бывает - когда мысль о ком-то или чём-то вертится в мозгу, избавиться от неё можно, лишь разобравшись с причиной этого интереса. Твёрдо решив, что ей жизненно необходимо ехать, Анна с трудом дождалась очередного выходного и с самого утра поехала за город, погрузив на заднее сиденье коробки с периодикой и старыми собраниями сочинений.
Наталья по-хозяйски проводила девушку и оставила наедине с полками и пылью. Пока возилась с книгами, Анна услышала, как из комнат, шаркая тапочками, потянулись старики на завтрак. На полу увидела ведро с пыльной тряпкой - похоже, кто-то не успел прибраться, и девушка решила продолжить уборку сама.
Складывая видеокассеты в стопку, она увидела название одной: "Богатырёвы. Последнее выступление". Она замерла: только об одних Богатырёвых ей было известно, и это - невероятно талантливая чета танцоров балета, Николая и Елены. О них ничего не известно больше тридцати лет, карьера их оборвалась внезапно, и они исчезли с балетного Олимпа неожиданно и бесследно.
Видеомагнитофон был исправен, и включив его, Анна заворожённо смотрела, как по сцене порхают два человека. Столько любви и грации, сколько было в этих танцорах, она не видела никогда, казалось, они - единое целое, а любовь в их глазах будто освещала полумрак зрительного зала.
За этим занятием её и застала Наталья.
— Простите, увлеклась... - смутилась Анна. — Хотела помочь прибраться и вот... Засмотрелась... Откуда у вас эта запись?
— Это Николая Ивановича, нашего постояльца. Он поначалу смотрел записи вечерами, но потом попросил убрать их с глаз долой. Мы не стали выбрасывать - память, всё таки - и оставили кассеты здесь.
— Николая Ивановича?! - Анна выкатила глаза. Неужели тот самый?.. — Богатырёва?!.. - она даже испугалась своего предположения, ведь Николай Иванович Богатырёв - знаменитый на весь мир танцор балета, но много лет ни о нём, ни о его партнёрше (и жене) ничего не было слышно. Поговаривали, что они покинули страну, но точных подтверждений этому факту нет. Они исчезли из внимания мгновенно, не оставив после себя ни одного интервью и ни разу за всё это время на связь не выходили.
Наталья кивнула.
— Он жив?! - Анна приложила ладони к груди.
— Конечно. И даже вполне здоров. - Наталья улыбнулась шире, но не поняла, почему девушка таким восхищённым тоном говорит о странном постояльце.
— Проводите меня к нему, умоляю! - заломила руки Анна. — Встретить мэтра - моя мечта с самого детства, с тех пор, как... - она осеклась. — Впрочем, неважно.
— Мэтра?.. - она недоверчиво хмыкнула. — Так вы видели его! - Наталья показала в сторону одиноко сидящего старика в тёмных очках. — Вот же он!
— Как?! - девушка растерялась. Некогда цветущий и полный жизни красавец-мужчина теперь выглядел настоящим дряхлым стариком, безразлично доживающим свой век. — Это он?!
— Ну, да... - Наталья обиженно улыбнулась, а потом принялась оправдываться: — Вы не подумайте, у нас здесь очень хороший уход, трёхразовое питание, гимнастика, развлечения, персонал доброжелательный, все с опытом большим...
— Да нет, я не это имела ввиду... - Аня тронула женщину за плечо. — Вы знаете, кто он?
— Нет... А кто? - Наталья снизила голос, будто боялась, что их услышат.
— Самый знаменитый в своё время танцор балета! Сам Николай Богатырёв! - Аня вознесла руки к небу, будто обращаясь к Богам.
— Нет, не знаю такого... - виновато улыбнувшись, Наталья продолжила: — Мы иногда тут так устаём, что нам, поверьте, не до танцев. Ноги бы до дому донести, и голову до подушки.
— Ну да... Вы позволите мне к нему подойти?
— Попробуйте. Может, хоть с вами он парой слов перекинется... - Наталья махнула рукой и ушла.
Сердце девушки заколотилось. Наверное, с древних времён в нас сохранился пиетет перед сильными мира сего - Богами, коими мы, порой, считаем знаменитостей. Николай Иванович начал свою карьеру давно, в конце шестидесятых годов прошлого века, достиг невероятных высот и признания, объездил с супругой весь мир, и был обожаем всеми ценителями балета. До сих пор его техники ставят в пример танцорам, только становящимся на этот тяжёлый путь.
Делая шаги по направлению к мужчине, Анна чувствовала страх - встреча с гением пугала её, как и его возможная реакция. Он может ответить ей что угодно, или даже прогнать, но... пока не попробуешь - не узнаешь.
— Николай Иванович, здравствуйте... - робко начала Анна, приблизившись сбоку и прикоснувшись к спинке кресла. — Как вы себя чувствуете?
Он даже не шевельнулся, и девушка сделала ещё попытку:
— Николай Иванович, меня зовут Анна, и я - ваша искренняя поклонница и почитательница вашего необыкновенного таланта.
Тут он слегка дёрнул бровью, и вздохнул.
— Николай Иванович, дорогой, я нашла в подсобке ваши кассеты с выступлениями. Хотите посмотреть? Я не могла оторваться от вашего завораживающего танца... Вы просто необыкновенно талантливый и гениальный танцор... Позвольте познакомиться с вами поближе, прошу вас. Для меня это - огромная честь, клянусь вам. - она присела рядом на стул, чтобы смотреть ему в лицо.
Ни один мускул не дрогнул на его лице, только чуть шевельнулись пальцы рук.
Анна приняла это за одобрение и продолжила пылко:
— Учиться у такого невероятного мастера, как вы, для каждого танцовщика - мечта, как и знакомство с вами. - она приблизила к нему лицо и попыталась увидеть глаза сквозь чёрные стёкла очков.
Он дёрнулся и вдруг раздражённо выкрикнул:
— Что вы всё ходите?! Что вам нужно от меня?! Подите вон!!! - схватив клюшку, Николай Иванович замахнулся на Анну, та пригнулась и вжала голову в плечи. На шум забежал медбрат и испуганно спросил:
— Что тут у вас?
Анна резко встала и выпрямив спину, тихо сказала с обидой в голосе:
— Ничего, простите. Я уже ухожу.
Перед тем, как уйти, она спросила у Натальи:
— Можно я возьму его записи и фото?
— Конечно. А зачем они вам?
— Дороги, как память. - Анна бережно сложила видеокассеты, фотографии, дневники и вырезки из журналов и газет в коробку, и ушла, глядя прямо перед собой.
Проходя по засыпанной листве дорожке, она обернулась на окна второго этажа, где только что пыталась разговорить маэстро.
У окна, сняв очки, напряжённо стоял Николай Иванович и смотрел ей вслед.
Продолжение: