Рассказ Нины:
Частые сны с участием родственников, особенно тех, кого уже нет с нами, стали для меня необычным явлением. Эти сны невероятно реалистичны, запоминающиеся до мельчайших подробностей. Ощущение, что через них мне передают важную информацию, становится всё сильнее. Два сна особенно ярко запечатлелись в моей памяти.
Первый сон был о большом доме из светлых, новых деревянных досок. Всё внутри было из того же дерева – мебель, лестница, ведущая с просторной кухни на чердак. Лестница – широкая, без перил. На первом этаже шумно: моя тётя и её дочери. Стремясь к тишине, я поднимаюсь на чердак. Там – идеальная чистота, пустота, лишь в дальнем углу у окна стоят кресло, торшер и шезлонг, приглашая к отдыху. Но пол… пол оказался туго натянутой тканью, имитирующей деревянное покрытие. Я не могла ступить на него.
Проснувшись, я через пару часов получила звонок от тёти: умер её брат, мой дядя.
Второй сон был совсем другим. Поздняя осень, листва опала. Я нахожусь в селе, окружённая тёмными, мокрыми заборами из старого дерева. Тропинки между ними сходятся к маленькому пруду, рядом с которым растёт ярко-красная рябина и стоит скамейка. На скамье сидит женщина, и я узнаю свою недавно умершую бабушку. Её верхняя одежда соответствовала погоде, но снизу она была одета только в колготки, без юбки. У меня возникло чувство, что ей холодно. Проснувшись, я позвонила тёте, и та, в шоке, рассказала, что во время похорон они не смогли найти любимую юбку бабушки. Её обнаружили только недавно. Эти сны, безусловно, наводят на размышления. Они словно подтверждают существование некой связи между миром живых и ушедших. Может быть, это попытка близких, уже покинувших нас, связаться с нами, передать важную информацию, предупредить или просто напомнить о себе? Однозначно ответить на этот вопрос сложно...
Рассказ Ирины:
Мой отец, которому 15 февраля исполнилось бы 83 года, угасал. Болезнь сковала его тело, лишив возможности самостоятельно вставать. Отёки, постоянные спутники последних месяцев, усилились, и мы с сестрой приняли решение о госпитализации. В больнице отёки удалось снять, и врачи готовились к выписке. Но именно тогда началось нечто необычное, что до сих пор остаётся для меня загадкой.
Отец словно начал жить в двух мирах одновременно – в мире живых и в мире мёртвых... Его речи стали странными, полными метафор и образов, которые мы сначала принимали за бред. Но постепенно я стала понимать, что за этими словами скрывается глубокий смысл, отражение его внутреннего состояния, его прощания с жизнью. Он ждал смерти. Более того, он её звал, за что мы, естественно, его ругали. Он говорил об этом открыто, не скрывая своего желания уйти.
В один из дней он описал мне сон или видение: «Иду по полю, горит оно, как солнце перед закатом. Впереди два пути – чёрный и красный». Когда я спросила о значении, он ответил: «Твой муж знает». Тогда я поняла: чёрный путь – болезнь, красный – смерть. А мой муж знал, имелось в виду, что его родители уже ушли из жизни. За день до смерти он был совершенно беспокойным, метался, не находя себе места. На следующий день сестра покормила его, и его сердце остановилось.
После реанимации он погрузился в кому. Мы с сестрой сидели рядом, я гладила его руки. В какой-то момент, потерев свои пальцы, я вдруг ощутила прилив радости, такую чистую, безмятежную радость, которую я могла интерпретировать только как его радость, прощальное чувство облегчения. Затем я почувствовала лёгкое, но очень ощутимое прикосновение к своему плечу. Я инстинктивно отшатнулась, приняв это за прикосновение медсестры или врача. Но никого рядом не было. Это стало вторым знамением.
На всякий случай мы с сестрой попросили у отца прощения за всё, что могли сделать не так, и уехали. Через несколько дней нам сообщили о его смерти. Я сказала своим близким, что Бог услышал молитвы отца, дав ему возможность уйти без боли и мучений, о которых он тайно молил. Во время подготовки к похоронам я нашла прекрасную фотографию отца – он улыбался. Эта улыбка стала для меня символом его спокойного ухода, освобождения от земных страданий. Эту фотографию и выбрали. На последней проповеди, когда гроб стоял в зале, а гости и родственники находились рядом, я увидела искусственный куст. Вдруг один листок поднялся и выпрямился. Это был третий знак от папы. Он смотрел на нас .Он дал мне шанс убедиться , что он жив, но находится в другом мире.