Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Истории с Людмилой

Отдай своего сына, мне он не нужен

- Он с нами будет жить, - Ульяна удивлённо смотрела на супруга, который проходил в квартиру не один, а с мальчиком, которому было приблизительно три года, - Паша, давай-ка, ты же взрослый у меня, раздевайся, будем с тобой коробку открывать, интересно, что за машина там. Борис разговаривал с мальцом так, будто бы ребёнок ему был более чем знаком, а между тем Уля совсем не понимала, что происходит. Мальчик стоял, как вкопанный, не слыша то, что ему говорил Борис. Он с таким же застывшим выражением лица рассматривал чужую тётю перед собой. - Павел, - Борис ещё раз окликнул его, - давай, я тебя раздену. Мужчина присел на корточки, расстёгивая крохотные ботиночки на ногах мальчика, которого он называл Павлом. Сняв их с обеих ног и установив в сторону, Боря стал стягивать пальто, потянув сначала за один рукав, затем за другой. - Надо будет тебе крючок сюда прибить, - указал Боря на место в шкафу, расположенное напротив ребёнка, - чтобы ты сам раздевался. Ты же у меня взрослый, да? – Боря взъ

- Он с нами будет жить, - Ульяна удивлённо смотрела на супруга, который проходил в квартиру не один, а с мальчиком, которому было приблизительно три года, - Паша, давай-ка, ты же взрослый у меня, раздевайся, будем с тобой коробку открывать, интересно, что за машина там.

Борис разговаривал с мальцом так, будто бы ребёнок ему был более чем знаком, а между тем Уля совсем не понимала, что происходит. Мальчик стоял, как вкопанный, не слыша то, что ему говорил Борис. Он с таким же застывшим выражением лица рассматривал чужую тётю перед собой.

- Павел, - Борис ещё раз окликнул его, - давай, я тебя раздену.

Мужчина присел на корточки, расстёгивая крохотные ботиночки на ногах мальчика, которого он называл Павлом. Сняв их с обеих ног и установив в сторону, Боря стал стягивать пальто, потянув сначала за один рукав, затем за другой.

Яндекс картинки
Яндекс картинки

- Надо будет тебе крючок сюда прибить, - указал Боря на место в шкафу, расположенное напротив ребёнка, - чтобы ты сам раздевался. Ты же у меня взрослый, да? – Боря взъерошил волосы мальца, затем стянул с него шапку, запихивая её в рукав, - пойдём, я тебе коробку открою.

- Пап, а что это за тётя? – мальчик легко подал Борису руку, - она с нами будет жить?

- Да, сынок, с нами.

- Папа? – у Ульяны глаза словно бы из орбит выходили от удивления, - не поняла. Борис, может ты объяснишь, это что за сюрпризы? Или шуточки у тебя такие?

- Уль, подожди меня на кухне, я сейчас, - он завёл ребёнка в комнату сыновей, в которой в послеобеденное время никого не было, и закрыл за собой дверь.

Она не могла найти себе место, продолжая ходить из угла в угол. Руки также не были спокойными, то становясь по бокам, то ударяя по столу, то укладываясь в замок на груди.

- Присядь, - муж наконец-то объявился на кухне, собираясь поведать жене, что происходит.

- Кто это? Борис, что происходит? Объясни, - Ульяна догадывалась по тому, что ребёнок назвал мужа папой, что ничего хорошего от разговора ждать не следует, но всё же, где-то в глубине души, очень надеялась на какое-то логичное объяснение всего происходящего.

Борис дождался, пока жена уселась на стул, который он ей выдвинул из-за стола, далее расположился напротив неё, выставив руки на стол, скрепляя пальцы.

- Это мой сын, - он не поднимал на неё свой взгляд. Какое-то время Боря молчал. Ульяна же находилась в растерянности, не находя слов на такое утверждение, - прости, я тебе изменял. Нет, не так даже. У меня была вторая семья на протяжении пят последних лет. Я часто ездил к родителям, сама знаешь, тебе говорил, что остаюсь у них. На самом деле, конечно, я там бывал, но ночевать никогда не оставался, так как было где спать.

Марина очень добрая, она ни разу мне не устроила ни одного скандала, не требовала, чтобы я ушёл из семьи, не истерила. Она была довольна всегда тому, что имеет. Не похожа она на тебя, совсем никак. Тебе постоянно всего мало, хочешь большего, ругаешься, что мало зарабатываю, что не иду по карьерной лестнице вверх, как твой брат Толик, а Марина вовсе иначе говорила.

Она всегда меня хвалила. Марик, так я её ласково называл, была всегда убеждена, что не нужно рвать и метать в этой жизни, так как она короткая и важно думать о себе. Будто бы напророчила сама себе.

- Ты нормальный? – всё это время Ульяна в упор смотрела на мужа, пока тот говорил. Борис же ни разу так и не поднял взгляд.

- Я знаю, это предательство, пойму, если не простишь. Марина умерла неделю назад, я сам себя простить не могу, чувствую сволочью.

На этих словах терпение Ульяны закончилось, она начала кричать, бросая в мужа то полотенце, то коробку с пакетиками чая, которую кто-то не успел убрать в шкаф. Когда жена успокоилась, Борис продолжил.

- Павел мой сын, я не отдам его никому, он будет жить с нами.

- Ну ладно, нажил ребёнка на стороне, ну ладно, изменял, но зачем его сюда тащить? Почему не скрыл всё? – кричала жена.

- Сестра Марины хотела забрать Павлика, но нет, он потерял маму, ещё и отца может лишиться. Так не пойдёт. Он будет жить тут.

Ульяна была потрясена заявлением супруга. Она никак не ожидала от него такого предательства. Их брак длился 15 долгих лет. В семье росли два сына. Старшему Кириллу 14 лет, младшему Никите – 10.

Семья Лариковых жила в собственной квартире, где у родителей была своя спальня, а у сыновей своя. Да, Уля всегда старалась воздействовать на супруга, требуя, чтобы тот захотел куда-то стремиться, а не работал много лет на одном и том же месте. Часто Уля приводила в пример своего брата, который стремительно шёл по карьерной лестнице, когда-то придя в банк простым сотрудником.

Она же сама за годы своей работы добилась также многого, от простого оператора сотовой связи до начальника отдела. Сейчас Уля руководит людьми, управляет большой командой и гордится собой.

Её супруг, как устанавливал кондиционеры в фирме, так и проработал там последние десять лет, не продвинувшись по карьерной лестнице ни на шаг. Ульяну всегда смущало такая странная апатичность супруга и нежелание двигаться дальше. Она постоянно проводила с ним беседы, надеясь, что когда-то Борис передумает.

Со свекровью Уля не ладила с самого начала. Матери Бориса она не понравилась с первого взгляда. Женщина назвала её слишком напористой, уверяя, что именно Ульяна принимает все решения в семье. Свёкор так и шутил часто, что муж у них в семье Уля, а Боря жена.

В дом к родителям супруга Уля не ездила, чувствуя там укоризненные взгляды от матери своего мужа, когда она что-то отвечала вместо него, желая высказать свою точку зрения.

Пять лет назад Боря познакомился с Мариной. Девушка подрабатывала в такси, приехав как-то за ним на вызов. Жила она недалеко от родителей Бориса, так и закрутился роман у женатого мужчины.

Он много раз порывался бросить жену и уйти к любовнице, но всё не мог принять самое последнее решение, что-то ему постоянно мешало. То сын заболевал как раз в момент, когда Боря собирался с духом и желал сообщить жене о том, что полюбил другую, то старший нахватал двоек и отец был ему нужен для серьёзного разговора.

Всегда находилась какая-то причина для того, чтобы не уходить. Он понимал, что любит Марину, желает жить с ней, но уйти боялся. Был ещё один страх у мужчины.

С Ульяной они жили в собственной квартире, Марина же снимала себе жильё, не имея собственного. Если бы он ушёл, то следовало принимать решение о покупке новой квартиры, не будет же он делить ту, в которой проживают его дети.

Попасть вновь в кабалу и нищенствовать Борис никак не хотел. Он помнил, как им было тяжело, когда они платили кредит за эту квартиру. К тому же со стороны Марининых родителей был также неприятный момент. Им он не нравился.

Борис не придумал ничего лучше, чем создать вторую семью. В квартире, которую снимала Марина, у Бори была зубная щётка, тапочки, своё полотенце, какие-то вещи. И приходил он не в гости, а к себе домой.

Материально сильно вкладываться Марина не требовала. Ей помогали родители, да и сама она пыталась подзаработать при возможности. Неделю назад молодая женщина разбилась на машине по дороге домой. Её просто в один момент не стало.

Всю неделю Боря ходил сам не свой, не сообщая ничего супруге. Он страдал от того, что потерял любимую, переживал от чувства вины перед ней и не понимал, что же делать с родным сыном?

Сестра Марины уговаривала отдать ей Павлика. У неё была своя семья. Племянник, как она уверяла, никак бы не помешал, но Боря знал, он чувствовал, что сын его не простит.

Может быть сейчас Павел не понимает до конца, что происходит, но когда вырастит, то обязательно поймёт, что отец его предал. Так поступить Борис не мог, чувство вины грызло бы его.

Старшие сыновья, как ни странно, спокойно восприняли новость о том, что у них есть младший брат. Да, у них было недоумение на лицах. Кирилл, заметив недовольный вид матери, выразил, конечно, своё пренебрежение в сторону отца, но вот Никита и вовсе не особо понял, что к чему.

Павлу поставили кроватку в их комнате. Мальчик был рад, что теперь приобрёл двух старших братьев. Чаще всего с ним играл Никита, но и Кирилл не отталкивал малыша, проявляя просто меньше внимания к нему.

Прошло две недели. Ульяна перестала ругаться с мужем, но вот к малышу она не подходила. Он напоминал ей о предательстве супруга, о том, что сделал муж, знали всё, начиная от родителей Ульяны, заканчивая коллегами на работе.

Женщину жалели все, считая её жертвой в данной ситуации. Это надо же, супруг привёл своего ребёнка, нагулянного от другой женщины, в свой дом, где есть жена и дети!

- А я тебе сразу сказала, что никудышный он муж, - тёща первая взялась хаять зятя, - ты всё тянешь, зарабатываешь, а он что? Нет, чтобы придумать, откуда деньги взять, ещё где-то подзаработать, так он решил женщину себе завести. Бесстыжий! Гони его, дочь!

Конфликт между мужем и женой назревал всё больше. Павлушу Боря устроил в детский сад рядом с их домом, отводил и приводил ребёнка он сам, жена и не собиралась прикасаться к чужому ребёнку.

- Нам нужно поговорить, - она ждала мужа на кухне, когда все дети поужинали и пошли в свою комнату, - я не хочу, чтобы вы с Павлом жили тут. Вот тебе моё условие: либо вы съезжаете вместе, либо ты отдаёшь его сестре твоей Марины, и мы забываем, как плохой сон, что произошло.

- Я его не отдам, - супруг не раздумывая произнёс своё решение, - хорошо, мы уйдём. Всё равно с тобой жить стало ещё сложнее.

- Ты издеваешься? – Уля округлила глаза, - но это же ты виноват, именно ты мне изменял. Нет, чтобы устроиться на вторую работу, нет, чтобы карьеру сделать и стать хотя бы бригадиром или мастером каким-нибудь, ты вместо этого бабу себе завёл. Отдай его, мне он не нужен, я не собираюсь его любить!

- Ты мне чувство вины пытаешься внушить? Нет у меня его. Я перед ней чувствую, что не прав был. Нужно было всё же уйти от тебя, а я не мог решиться. Слабак я.

- Бросить семью и детей ради любовницы?

- Она не была мне любовницей, женой была, любимой женщиной, которая тепло дарила и не требовала бесконечно денег, как ты. Я для тебя кто? Я же давно не мужчина, ты всё носом воротишь, это не так, то не этак. Сделал кран, так и слова не скажешь, обязанность. Плитку уложил в ванной, корячился весь отпуск. Что получил? Сама сказала, что я обязан. А Марине помню дверь установили с Серёгой, так она мне благодарной была ещё месяц, всё припоминала, какой я у неё молодец.

- Ну раз у неё молодец, то и говорить не о чем, - Уля зацепилась только за последние слова, пропустив всё упрёки супруга мимо ушей, будто всё говорилось не ей.

Супруги развелись. Боря вместе с Павлом переехал жить к своим родителям. Несмотря на то, что Ульяна была очень зла, старшие дети часто приезжали, чтобы повидаться с Пашей и отцом.

Уля всё ждала, когда муженёк одумается, поймёт, что потерял и станет просить прощения, но этого так и не произошло. Он ни разу не заговорил о том, чтобы вернуться домой, продолжая воспитывать Павла.

Также будут интересны другие истории: