Одна из главных целей арт-сообщества Креаторов из Петербурга – "Chicken Creators" – познакомить зрителя с представителями рынка искусств. Также есть и закадровая, не менее приоритетная миссия. Она заключается в сращивании интересов людей из миров искусства и бизнеса. В данной рубрике мы будем представлять вашему вниманию предпринимателей с помощью интервью формата. Если желаете стать участником данной активности, то пишите на почту сообщества – chickencreators@yandex.ru
А ссылки на гостей ищите в самом конце нашей статьи.
ЯНА КЛИМОВА и АЛЕКСАНДР ОСТАПЕНКО
— Самый светлый йоу, друзья! На связи Егро Бирюза и 2025 год. Сверстав новую обложку для статьи я открываю очередной сезон освещения креативных индустрий на страничке Дзена от арт-сообщества "Chicken Creators". Ура!
Повестка дня. Каждый раз, когда мне попадается столь горячо ожидаемый формат текстового интервью, хочется сиюминутно его модернизировать, прокачать, развить. Страннее, интереснее, информативнее. Хотя, казалось бы куда лучше.. Но ради любимого зрителя и читателя нет границ и пределов.
Поспешим к сути – благо мне не пришлось искать инновацию. Она сама себя, на энтузиазме так сказать, интегрировала в статью. От того и спешу представить вам интервью сразу с двумя разносторонними собеседниками, которых объединяет одно креативное начинание, связанное с гончарным мастерством. PR & Brand-менеджер Яна Климова, инженер Александр Остапенко – двойное рукопожатие и теплейшие обнимашки! Давайте совместно экспериментировать, знакомиться и общаться. И, чтобы всем нам было удобнее и понятнее, я буду задавать преимущественно общие вопросы, на которые вы сможете отвечать поочерёдно, но обязательно остановлюсь и на частных! Первое, с чего мы начнём – расскажите про себя, откуда вы, местные или приезжие? Почему Петербург это ваш выбор?
Яна: Саша коренной петербуржец и, как недавно выяснилось, один из потомков архитектора Василия Стасова. А я приезжая – родилась на Дальнем востоке в городе Тында, большую часть жизни прожила на Северном Кавказе в Ессентуках, а в 18 поступила и вот уже 8 лет живу тут. Я всегда хотела тут жить и другие города даже не рассматривала, просто без громких слов мой город, я хорошо в него вписалась, а он в меня.
Саша: Я тоже другие города не рассматривал, для меня Петербург родной и лучший город в стране и мире: здесь все памятные места, все друзья, родные и любимый Зенит
— Сегодня вы на "ты" с керамикой, но с чего всё начиналось? Проявлялись ли в вашей жизни, в вашем детстве, какие-либо творческие или креативные интересы?
Яна: я с юных лет «творческая», но везде по чуть-чуть – меня всю жизнь тянет знать и уметь как можно больше, при этом нет идеи зацепиться за одно ремесло и развивать его всю жизнь. Однако если меня цепляет какая-то тема, она на время становится моей фиксацией (практически ничего вокруг не вижу и живу идеей) – до тех пор, пока не почувствую себя достаточно опытной, чтобы интегрировать навык или знание в личность и переключиться на что-то новое. Кажется, как-то так в том числе развивается креативность – это качество метапредметное, рождающееся на стыке, порой, несовместимых навыков и знаний.
Я с детства плотно занималась литературой – своей поэзией, прозой и глубоким анализом чужих произведений, – а также пела сначала в хоре, а потом в трио, танцевала и рисовала для души, какое-то время занималась гимнастикой, переслушала десятки тысяч музыкальных произведений (но так и не научилась ни на чём играть), пробовала вязать, гербарии собирала – в общем с миру по нитке.
Саша: в начальной школе я учился играть на фортепиано, потом на гитаре, но забросил, когда встал выбор между музыкой и профессиональным занятием баскетболом в спорт-школе. Ходил в театральный кружок, а ещё очень любил мастерить всякое из дерева с дедушкой – разные столы, табуреточки, стулья, шкафчики и т.д., наверняка это тоже можно назвать творческим проявлением.
— Из пластилина лепить любили? Как считаете, навык подобной лепки может перерасти и адаптироваться в гончарное мастерство?
Яна: дааа, мне это очень нравилось, а ещё лепка из солёного теста. Любая лепка и рисование, аппликации, а также игра на музыкальных инструментах хорошо развивают мелкую моторику, а этот навык, в свою очередь, помогает координировать движения рук и пальцев – вы просто лучше чувствуете, что делаете, и проще достигаете желаемого результата. Поэтому тем, кто решил стать керамистом, развитая мелкая моторика и усидчивость (которую эти занятия также развивают) сильно упростят задачу. Но это не значит, что если опыта не было, ничего не получится – любой навык можно развить.
Саша: а ещё мелкая моторика может развиться довольно неочевидными путями: так, к нам на мастер-класс однажды пришла девушка, которая за очень короткое время слепила очаровательный чайник с множеством деталей, даже особо не слушая мастера, по наитию. На вопрос, был ли у неё когда-то опыт с глиной и пластилином, сказала «нет» и дополнила: «просто я нейрохирург». Мне тоже нравилось лепить из пластилина, но не могу сказать, что я этим прямо увлекался или уделял этому много времени.
— Яна, Ты представилась как пиарщик и бренд-менеджер. Это тот профиль к которому Ты стремилась и зона где хочешь развиваться? Или оное не более, чем временный этап?
Яна: вообще по образованию я журналист и действительно к этому стремилась с подросткового возраста – в итоге несколько лет проработала шеф-редактором сначала в просветительском журнале, потом в бизнес-аналитическом агентстве. Но потом как-то перегорела и перепрофилировалась – ушла пиарить психологическую школу и попутно стала лидировать там бренд-направление. Пиар и журналистика тесно связаны, а психологию я обожаю и тоже глубоко в неё погружалась несколько лет, поэтому переход получился вообще безболезненный, радостный, с быстрым и качественным ростом. Сейчас пиар и брендинг – это классная часть моей жизни, которая мне интересна, приносит доход и в том числе даёт моральную опору в развитии нашего проекта, поэтому, даже если это временный этап, я в нём надолго.
— Был ли у Тебя какой-нибудь интересный кейс в пиар-менеджменте, которым Ты могла бы поделиться с нашим читателем? И да, актуально ли к Тебе обращаться за пиаром?
Яна: банальный ответ, но таких кейсов действительно очень много и я все их нежно люблю, но если бы нужно было прямо выделить какой-то, – я рассказала бы про большущее исследование с молодёжным сообществом «Двор» от ЮНЕСКО, посвященное расстройствам пищевого поведения у молодых россиян. Мы опросили более 1000 людей по всей России и достали кучу интересных, но печальных цифр. Оформили всё это в отдельный красивый исчерпывающий лэндинг с ответами на все волнующие людей вопросы по этой теме и рекомендациями по самопомощи и помощи близким. Помимо социальной значимости этого проекта (проблема РПП получила новый виток с появлением «Оземпика»), он, конечно, принёс нам огромные охваты – несколько миллионов в самых топовых российских СМИ. Его до сих пор периодически цитируют и, уверена, что когда проблема снова войдет в острую фазу, как это было в начале и середине 2010-х, он многим поможет справиться проще.
А насчёт того, можно ли ко мне обращаться за пиаром – наверное, на данном этапе своей жизни я бы взялась только за проект, который мне будет искренне интересен, в котором буду видеть хороший потенциал. Без искры даже за деньги нет.
— Какие навыки пиар-менеджмента помогают Тебе в бытовой жизни или профдеформация в этом направлении незначительная?
Яна: в бытовой жизни, пожалуй, никакие. В жизни мне хорошо помогают развитые soft skills, без которых пиарщику никуда, но развитые софты это скорее навык, в том числе благодаря которому я пиарщик, а не что-то, что, наоборот, перекочевало в мой быт из профессии. А вот с развитием «Керамишной» пиар помогает ещё как!
— Сложно ли развиваться в нише пиара в последние пару лет? Как дела с конкуренцией?
Яна: по моим наблюдениям, часто пиарщики выбирают себе одну или несколько отраслей и развиваются в них, а отраслей у нас много, так что каждому спецу найдётся своя. Лично я особой конкуренции не чувствую. Возможно, потому, что у меня нет цели конкурировать. Как по мне, если хорошо делать свою работу, вас непременно заметят, особенно в нише пиара, так как суть pr (public relations) как раз заключается в том, чтобы общаться с большим количеством людей и специалистов, налаживать качественные партнёрские и дружеские связи. Как бы это ни звучало, именно социальный капитал больше всего бустит карьеру.
— Яна, могла бы Ты поделиться с нашими читателями современными рабочими инструментами в Твоей профессии, которые помогут начинающим специалистам.
Яна: классический пиар отличается от большинства направлений маркетинга тем, что часто пользуется бесплатными (или условно бесплатными – требующими бюджетов на продакшен, но не требующими бюджетов для публикации в медиа) инструментами продвижения – повышает узнаваемость бренда и формирует доверие за счёт постоянного мелькания перед глазами у аудитории. Сегодня для того, чтобы топовые СМИ захотели взять вашу новость бесплатно, важно уметь создавать качественные инфоповоды: проводить громкие мероприятия, снимать социальные ролики и т.д. На мой взгляд, для таких целей хорошо справляются исследования, опросы, кастдевы, неочевидные результаты, которые могут быть интересны СМИ. Издания очень любят сухие факты и цифры. Только важно помнить, что выдумать их из головы не получится – в любой момент у вас могут запросить базу данных для проверки фактов. А ещё залог успеха – хорошо написанный релиз с понятным цепляющим заголовком, логичной и чёткой структурой без воды.
— Саша, теперь немного о Тебе. Ты, получается, по образованию инженер. Расскажи об этом этапе своей жизни, чем он знаменателен?
Саша: на самом деле, я бы не сказал, что он чем-то знаменателен. Учёба на инженера-проектировщика в сфере строительства давалась мне нелегко, потому что это не особо меня интересовало. Вообще я хотел быть профессиональным баскетболистом и долгие годы к этому шёл, а потом получил череду травм, которые не позволили мне это сделать. Я пошёл учиться на инженера, потому что в школе учился на физмате и увлекался черчением, поэтому это решение показалось мне логичным. В середине учёбы ушёл в армию, потом доучился. Выпустился три года назад и до сих пор не забрал диплом из ВУЗа, хех.
— Как считаешь, инженер это творческая профессия или больше сфера ремесла? Нужно ли в Твоём профиле иметь креативный образ мышления?
Саша: помимо знания всех технических аспектов строительства, инженер-проектировщик действительно должен обладать креативной жилкой, потому что в его компетенции также входит продумывание внешнего и внутреннего облика здания. Но сейчас я работаю инженером на судостроительном заводе – там, наоборот, креативность не в почёте, потому что завод выпускает серийные ледоколы, и всё строительство идёт по чётким чертежам. В этом смысле всё зависит от сферы, в которую инженера занесет.
— Ребята, Если бы у вас был шанс изменить свои специальности, или, возможно, обрести новые, то какие это были направления и по какой причине вы бы выбрали их?
Саша: если бы можно было отмотать время назад, я бы пошёл на специальность, близкую к управлению бизнесом, чтобы сейчас не приходилось делать всё на ощупь. Но уже сегодня, в настоящее время, пока не стал бы получать новую профессию, опыт лучший учитель.
Яна: а я очень долго хотела переучиться на психолога, мне кажется, это прямо моё, и хорошо и просто мне даётся, мне нравилось копаться в головах людей, которые были на это согласны, и многие открыто соглашались и даже сами просили, помогало. Но где-то около года назад оставила эту затею, почему-то она перестала быть для меня привлекательной, как будто я сама достаточно себя поняла, чтобы перестать бесконечно хотеть понять других. Сейчас, если бы у меня было больше времени в сутках, я скорее тратила бы его на новые навыки, которые могут меня позабавить. Я до сих пор нежно лелею мечту научиться играть на фортепиано, но, раз так и не научилась, значит это точно не приоритет.
— Простите мне мою нескромность, но вы же, если я правильно понимаю, пара? Расскажите, как вы познакомились?
Саша: да, мы пара, познакомились на Twinby летом 2023 года. Нас часто об этом спрашивают и, кажется, мы очень хорошо зарекламили приложение среди друзей и знакомых.
Яна: я внимательно следила за показателями психологической совместимости в приложении, тогда оно только недавно запустилось и странно показывало высокую совместимость в процентах с людьми, которые мне точно не подошли бы, судя по расшифровке. Алгоритмы, видимо, исходили из логики «противоположности притягиваются», что лично для меня неподходящая история. Тогда я стала смотреть на расшифровки, они были представлены в виде отрезков с полярными качествами, внутри которых по оси координат размещались склонности человека: «интровертность-экстравертность», «консервативность-открытость к новому», «ответственность-безответственность» и т.д. У Саши не было никакого описания профиля, кроме фоток, возраста и роста (192, между прочим!), а наша совместимость в процентах отражалась как 52%, но вот в расшифровке на этих осях по всем показателям мы стояли рядышком, стало интересно. Я написала первая.
Саша: а я ни на какие расшифровки не смотрел, Яна мне просто понравилась. Мы встретились и очень долго и много разговаривали, – всё в этих разговорах было так просто и понятно. Ну и вот мы здесь.
— Ваши рабочие "стороны" достаточно далеки друг от друга. Не мешает ли это вам находить общий язык во взаимопонимании? Противоположности притягиваются или это всегда контекстно?
Яна: вот как раз к вопросу о противоположностях – имхо, нет, это не так работает, но, возможно, только для нас. На мой взгляд, противоположность вызывает бурю эмоций, в том числе негативных, и, возможно, для каких-то творческих парочек это может быть топливом. Наше же топливо – взаимопонимание, эмпатия, забота, надёжность.
Саша: ага, мы кстати вообще не ссоримся даже, а когда конфликты возникают, просто всё обсуждаем. Общий язык вообще не сложно найти, когда уважаешь партнера и считаешься с его виденьем. Ну и не сказал бы, что наши виденья как-то шибко различаются. Всё-таки мы люди одного поколения, похожего склада характера и близких взглядов.
— Керамишная. Студия дофаминовой керамики. Это ваш совместный проект, о котором хочется поговорить, ибо не каждая мастерская позволит себе закладывать на старте своего развития этически полезные ценности и экологичные манифесты. Знаю, что вы её открыли в 2024 году. Расскажите, как к вам пришла идея данного проекта?
Саша: вообще мы долго думали о том, чтобы открыть какой-то бизнес, и постоянно перебирали разные варианты – хотели организовать агентство для стильного ремонта под ключ, думали арендовывать землю у государства и поставить глэмпинги, – кучу разного. Когда куда-то ходили, постоянно «препарировали» активность на предмет бизнес-идеи, но зачастую для этого нужен был внушительный первоначальный капитал, которого у нас не было. А тут в январе 2024-го Яна позвала меня на свидание в гончарку. Нам очень понравился процесс и через месяц, когда пришли забирать свои изделия, увидели в студии аншлаг. Начали изучать вопрос и поняли, что рынок действительно растущий, посчитали экономику и решили делать!
Яна: при том, что рынок растущий, конкуренция за внимание на нём есть, и открывать новую студию, похожую на десять других, очень не хотелось. Я хорошо чувствую и предсказываю тренды, потому что послеживаю за зарубежными медиа и рынком. Концепция дофаминового дизайна интерьера очень нас зацепила, потому что многим людям из нашего поколения постепенно начинают надоедать минималистичные скандинавские интерьеры, к которым все так стремились, выбрасывая «старьё» и закупаясь икеей. Ноль претензий к икее и минимализму, мы сами такие же – просто захотели и заметили растущий спрос на яркие акценты в монохромных квартирах – теперь молодые люди наполняют дома цветными ковриками, столами, лампами, вазами, винтажной посудой, перекрашивают мебель и плитку, добавляя интерьерам жизни, красок и индивидуальности.
— Почему вектором ваших идей на первом плане стоит здоровье тела и сознания потребителя супротив внешнего массива “общества потребления”? Есть ли в этом часть коммерческого решения и эксплуатация тренда на эко?
Яна: мы и правда точно эксплуатируем тренд на дофаминовый интерьер, но что касается здоровья тела и сознания – абсолютно личное решение, которое, кстати, немного замедляет наш рост. Сложнее донести до потребителя ценность практики, процесса, осознанного погружения, чем продать развлечение и результат. Люди любят результат и часто склонны рационализировать: «Я иду делать кружку, чтобы у меня была кружка, которую я сделал» – не всем нужна психологизация процесса, кому-то просто нужен опыт и предмет, и это тоже ок, и люди с таким виденьем также являются нашими клиентами.
Саша: что касается эко – мы действительно постарались сделать интерьер студии максимально экологичным – закупали материалы на вторичном рынке (даже бу-ламинат и краску), реставрировали старую мебель, а что-то мастерили своими руками (например, наш большой стол мы сделали с дедушкой за два дня из паллет). На это было две причины: этическая и экономическая. Круто похвастаться тем, что мы все такие осознанные, но и это правда дешевле и креативнее, потому что ни у кого не будет такого, как у нас. В то же время мы, например, только сейчас пришли к раздельному сбору мусора благодаря инициативе мастерицы-Гели.
— А кто ваша целевая аудитория? Есть ли зонирование по возрасту, идеалам, задачам?
Саша: в задумке нашей целевой аудиторией были в основном молодые женщины с активной жизненной позицией, но в итоге всё оказалось по-другому. Помимо молодых женщин к нам приходят люди вообще любых возрастов и пола – и пожилые, и дети, и подростки. Часто приходят парами на свидания – опять же, без ограничений по возрасту: и молодые, и зрелые, и пожилые.
Среди них есть как люди, которые выбрали нас именно потому, что мы представляем из себя как бренд и пространство, так и те, кто просто ищет новый опыт и притягиваются на яркие интерьеры и необычную локацию на мансарде, удобное расположение в центре.
— Яна, в позиционировании студии я прочитал, что Ты лично связана с проблемой РПП – это частично и повлияло на внутренние ценности Керамишной. Если это уместно и чтобы мы с читателями вместе смогли понять и проникнуться, сможешь ли Ты поделиться историей этой трудности?
Яна: ага, я болела РПП с 12 до 19 лет. Началось всё с затянувшейся простуды в 10 лет, от которой меня лечили около года, и я немного набрала вес. На это обратили внимание и в семье, и в школе, меня это задело, в 11 я села на свою первую диету, а в 12 нашла на тот момент недавно зародившийся паблик «Типичная анорексичка» и понеслась. Я перепробовала все диеты оттуда, считала калории даже в дольке огурца, и в течение нескольких лет мой вес постоянно скакал от -10 до +10 кг. А в 15 лет я открыла для себя голод (в том числе сухой), голодовки заканчивались срывами, и у меня началась булимия. Это было ужасное время, когда все вокруг понимали, что со мной происходит, постоянно пытались склонить к смене поведения, а я не могла остановиться и на попытки мне помочь отвечала агрессивно и с классическим подростковым «вы меня не понимаете». Постоянно голодала или сидела на жёстких диетах, за этим непременно всегда шли срывы, а после срывов отработки – тяжёлые изнурительные тренировки, слабительные, диуретики и то самое классическое, с чем обычно больше всего ассоциируют булимию. Важно понимать, что это заболевание психики, и «просто остановиться» здесь как минимум очень сложно, а во многих запущенных случаях невозможно. К помощи психиатров на тот момент никто не стал прибегать, потому что такой повсеместной осведомленности о психическом здоровье не было, а у старшего поколения посещение психиатра ассоциировалось с «клеймом на всю жизнь, даже на работу никуда не возьмут» – мрак, в общем.
— Что помогло Тебе справиться с проблемой РПП? Советы и рекомендации для тех, кто столкнулся с этим сегодня.
Яна: на это повлияло два фактора – первый я не хотела бы озвучивать, это своего рода нетрадиционная медицина, но могу рассказать об этом лично тому, кому будет очень интересно. В одну ночь, когда мне было 19 лет, ко мне пришло много важных осознаний – на самом деле, очень простых истин – о том, какие мы маленькие в масштабах вселенной, как красив и многогранен мир, как коротка жизнь и как хочется прожить её качественно, здорОво, полно, а для того, чтобы это случилось, нужно разомкнуть бесконечный цикл. Утром моё решение ещё больше укоренилось – оказалось, в ту ночь от рака умерла моя милая бабушка. Рак у неё начался после неправильно сделанной операции на пищевод (с ним были проблемы) – после операции пищевод заблокировало и она не смогла нормально есть, несколько лет её кормили через гастростому, она исхудала до состояния живой мумии. Со смертью бабушки закончился и мой внутренний конфликт – мы обсуждали это с моей терапевткой как гипотезу: долго живя рядом с бабушкой и наблюдая её болезнь, я проживала параллельный процесс, пытаясь то почувствовать, что чувствует она, не имея возможности нормально есть, то пытаясь есть как бы за двоих во время срывов.
Главный совет, как выходить из рпп, – разрешить себе всё и есть всё, что хочется, и тогда, когда захочется. Выкинуть весы и сантиметровые ленты минимум на год, не стоять долго перед зеркалом, использовать какое-то время лучше портретное. Сначала организм будет многое хотеть и много есть. Всё это нужно себе позволять. Нужно смирится с тем, что на какое-то время вес немного поднимется. Но вскоре есть всякое вредное надоест, и организм сам попросит нормальной еды. Это то, как делала я, не имея в студенческие годы возможности обратиться к хорошему психологу. В наше время уже рекомендовала бы делать эти шаги под присмотром специалиста.
— Спасибо за такой откровенный ответ, надеюсь для кого-то он может стать полезным поводом к решению трудностей. А мы продолжаем. Каким способом у вас получилось интегрировать в занятия по гончарному мастерству практики с телом и сознанием?
Яна: на самом деле, занятия с глиной сами по себе терапевтичны и очень про телесность, тактильность. У нас с мастерами есть пара интересных гипотез, как работает эта связка: 1) когда люди лепят из глины, особенно в первый раз, чаще всего они лепят себя – не буквально фигурку, а предмет, который похож на них – формами, деталями, характером, и по этим деталям можно как по рисунку понять многое о личности и её особенностях; 2) когда люди с небольшим опытом лепят, чаще всего они так увлечены процессом и погружены в него, что начинают вести себя, как дети, и проявлять те черты характера, которые с детства стали «несущей конструкцией» личности – кто-то наслаждается процессом, не ждёт от себя шедевров и разрешает себе ошибаться, а кто-то стремится сделать всё идеально, кто-то капризничает, когда что-то не получается с первого раза, и порой даже готов сдаться, кто-то хочет, чтобы проконтролировали каждый его шаг, а кто-то любит «незаметно» делегировать работу другим, мол «у меня лапки» – таких случаев множество, и если человек готов к обсуждению, важно умение правильно задать вопрос и поддержать, показать возможность другой перспективы – совсем не обязательно делать всё идеально, вы сами можете принимать решение, каким будет ваше творение, а навыки приходят только с опытом.
Саша: больше всего с телесностью мы работаем на мастер-классах по лепке 18+ с сексологом и комиком «Разговоры о влажном» – на этих мастер-классах люди могут слепить откровенное изделие (или скромное – по желанию), задать любой интересующий вопрос сексологу (и клиническому психологу по совместительству) в безопасной атмосфере, найти новых знакомых. А комик помогает разбавлять атмосферу, снимать напряжение людей от табуированной темы.
Яна: что касается темы еды – мы обсуждаем питание и рпп с теми, кто этого хочет (чаще всего это именно люди, которые пришли делать изделие в виде еды, по факту у нас можно делать что угодно и на свободную тематику) – поддерживаем друг друга, внимательно эмпатично слушаем, валидируем опыт – обычно этого достаточно, чтобы снять напряжение. Но пока люди с острыми формами РПП к нам не приходили, – для этих случаев у нас есть свой лекторий от психологов и нутрициологов. В ноябре мы провели лекцию от клинического психолога и специалистки по РПП на тему «Как полюбить своё тело» – на него в основном собрались люди, которые страдали РПП раньше, и психологи, которые хотели больше узнать про эту тему. Собрали очень положительные отклики, но хотелось бы, конечно, чтобы такие наши лекции были заметны для людей, которые в них действительно нуждаются.
— С какими сложностями вы столкнулись или продолжаете сталкиваться при открытии и развитии Керамишной? Что на ваш взгляд важно брать в расчёт при создании чего-то подобного?
Саша: две наши главные сложности на данный момент – операционка и маркетинг. Мы пара-оркестр: и основатели, и администраторы, и печники, и глазуровщики, и пиарщики, и smmщики, и уборщики, – я всё чиню и мастерю, а Яна иногда ещё выходит на замены как мастер. Классика для молодого бизнеса. Мы потихоньку, очень осторожно сейчас начинаем из этого выходить, понемногу делегируем, но о каком-то выходе из операционки пока и речи нет.
А маркетинг с ограниченными бюджетами это реальная боль. То инфлюэнс-каналы перформят через раз, то авито внезапно решает за полторы недели скрутить месячный бюджет и не принести лидов вообще, то конкуренты жёстко демпингуют на авито (демпинг очень вреден для рынка), обесценивая формат и свою же работу. Но с нового года у нас появилась очень Крутая стратегия, согласно которой мы теперь постепенно движемся.
Что точно важно учитывать в начале – хороший первоначальный капитал, чтобы было больше свободных денег на эксперименты с маркетингом. Найм крутых знающих своё дело спецов (как мастеров, дизайнеров, так и маркетологов) – как их найти, не расскажем, у нас просто очень классные друзья, родственники, коллеги, а ещё немного чуйки. Если с наймом людей трудности, возможно, HR-специалисты смогут помочь сессионно.
— Расскажите про локацию. Как выбирали, где находитесь, в чём её уникальность?
Саша: ох, это очень долгая и сложная история, которая хорошо описана в наших рилс, в которых мы рассказывали про весь процесс открытия от поиска помещения до ремонта и запуска. Если вкратце: мы целились именно в мансарду, нравится этот тип помещений и мастерских на мансардах ещё не было до нас. К тому же, мансарды в культуре плотно ассоциируются с мастерскими художников. Но найти такое оказалось невероятно сложно, мы искали несколько месяцев, перерывая тонны объявлений. В итоге нашли риэлтора, который специализируется именно на мансардах, с ним и с коммуникациями в помещении тоже были трудности, но всё-таки мы влюбились в нашу мансарду на Коломенской 14, и «Керамишная» поселилась здесь. Это в 5 минутах пешком от метро Лиговский проспект/Владимирская.
— Саша, внезапное между строк, а Твои инженерные навыки помогают при создании изделия из глины, или это совсем другая стезя?
Саша: мои инженерные навыки помогли нам самим положить пол, сколотить стол, они же помогают чинить розетки и приборы, проводить электричество в новые уголки студии и т.д. Из меня так себе лепщик, я умею сделать что-то простое спокойно, хотел бы развиться в этом, но приоритет пока отдаю нашим бизнесовым делам и работе. Это Яна уже всё умеет, даже гончарить.
Яна: да брось, я ещё не умею прямо вот гончарить!
Саша: ты видела, какую вазу ты недавно подняла?
Яна: да видела, конечно, но вот на гончарном кругу мне ещё учиться и учиться. Если в лепке я уже на продвинутом уровне, то в гончарном только освоила базу.
Саша: то есть да, мы не метим в звания керамистов, наши керамисты профессиональные мастера с несколькими годами опыта и постоянной практики. Мы основатели, идейные вдохновители, менеджеры проекта, всё в этом духе.
— Давайте перейдём к вашим услугам. Какие варианты впечатлений, мероприятий и обучения предлагает Керамишная?
Саша: у нас можно всё – индивидуальные и групповые занятия, свидания, дни рождения (как взрослые, так и подростковые, дети младшего возраста – под присмотром родителей), девичники, корпоративы и всё в этом духе, мы открыты к экспериментам и можем собирать мероприятия под ключ, делать, так сказать, кастом. Ещё, как мы говорили выше, мы периодически проводим лекции и практики, а также лепку с сексологом и комиком. Вот и обучение очень скоро запустим! А вот какое – пока очень крутой секрет :)
— Вспомните какой-нибудь особенный актив, запомнившийся вечер, который вы организовывали?
Яна: на самом деле у нас каждый актив особенный, потому что каждый здесь выражает свою индивидуальность. Помимо классных кейсов, о которых Саша рассказал, мне очень запомнилась серия корпоративов для сотрудников Fitness House – это было круто, душевно и весело. Приятно было осознавать, что свои итоги года ребята подводят у нас, и что такая крупная компания нам доверяет. А ещё мы очень любим дни рождения – дружные веселые компании, улыбки, шутки, объятия и, конечно, еда!
— Есть ли открытые планы на особые или масштабные мероприятия в 2025 году?
Саша: да, у нас есть ряд сюрпризов, которые сейчас находятся в разработке, и, конечно, мы появимся на керамических маркетах.
— Что касается коллабораций. Как к ним относитесь, есть ли идеи, которые хотели бы реализовать в совместном формате взаимодействия?
Яна: коллабы обожаем, это один из моих любимых инструментов повышения узнаваемости. Открыты к ним максимально и сами к нескольким любимым брендам скоро нагрянем. Небольшим молодым брендам типа нашего непросто достучаться до брендов с большой аудиторией, но, уверена, мы всё сможем.
— Кто придумал название и дизайн? И вот этот слоган: “Ешь, лепи, люби"? Мне очень понравился ваш сайт, хочется узнать о тех, кто за кадром помогал создавать Керамишную.
Яна: название придумал Саша экспромтом: «керамика» + питерская «булошная». Оно правда крутое и звучное, и лично меня очень радует и поражает, как среди многих наших клиентов и знакомых «Керамишная» становится именем нарицательным – другие гончарки тоже начинают называть керамишными. А слоган придумала я с отсылкой на «ешь, молись, люби» – замена одного слова стала классной игрой.
Дизайн нашего бренда продумала Сашина двоюродная сестра Карина, она профессионально занимается брендингом. Сайт нам собрала моя коллега Соня, веб-дизайнер из компании, в которой я работаю. Контент помогают пилить наши самые активные мастерицы Регина и Геля. А консультировать нас по маркетингу мы доверили коллегам из уральского агентства Cultura marketing – мы им очень доверяем и нацелены на внушительный рост в этом году.
— Вернёмся к конкуренции. Насколько тяжело в гончарном деле существовать, когда вокруг такое большое количество мастерских?
Саша: на мой взгляд, тяжесть мера относительная. Мы существуем и развиваемся, бывает трудно, но мы не ожидали, что будет легко. Мастерских много, но таких, как наша, точно нет. Рынок ещё растущий, но когда он выйдет в зрелую фазу, многих небольших игроков, скорее, не останется, – просто не вытянут «битву» маркетинговых бюджетов. Мы в свою очередь сейчас делаем всё, что от нас зависит, чтобы в будущем не стать такой мастерской.
— Была ли ситуация, когда хотелось закрыть проект? Выгорание, усталость, уход в минус?
Саша: было всё: «и по мне стреляли, и я упал в лужу, и лежал…». Вообще изначально мы давали себе время а-ля «закроем проект, если он не начнёт приносить прибыль до нового года». Прибыли у нас до сих пор нет, мы чаще уходим в ноль (траты довольно крупные), но прошло всего три месяца с открытия, для нас это очень хорошая динамика, да и делать выводы, думаю, можно будет только минимум через полгода. А ещё мы так прикипели к своему детищу, что очень долго готовы его растить и вкладываться. Наш первенец, как никак.
Яна: ага, и очень много находится рядом по этой же причине. Чтобы проект мог уверенно двигаться, нужно для начала научить его ходить, а для этого родителям первое время всегда нужно быть на подхвате.
— Что помогает вам при таких нагрузках активно развивать проект? Пользуетесь ли вы какими-нибудь практиками из дисциплинирования или менеджмента?
Яна: на данный момент просто делаем всё, что в наших силах, а это очень многое. Я периодически пытаюсь внедрять нам новые практики тайм-менеджмента, проектного мышления, но на обоих нас сейчас так много ответственности, что в какой-то момент все практики идут лесом и делаем не то, что приоритетнее в идеале, а то, на что хватает сил. И так волнами. Живём впервые, первый раз в жизни открыли бизнес, начинали как слепые котята, которые только недавно прозрели.
Возможно, дисциплина – это то, чего нам действительно сейчас не хватает. Но пока что лично меня от слова дисциплина немного тошнит. Может, дело во влиянии медиа и «успешного успеха» – когда заходишь в соцсеть с картинками на 10 минут посмеяться над мемами, а уходишь через полчаса с мыслями, что ты до сих пор «не заработал свой первый миллион», потому что не скачешь на скакалке в 6 утра.
— Сложно ли работать над бизнесом, будучи не только партнёрами, но и парой в романтическом ключе? Сталкиваетесь ли с соперничеством идей или решений?
Саша: нет, нам не сложно, а наоборот, проще. Мы друг друга поддерживаем, соперничества идей у нас нет, мы оба за пробовать всё, часть решений, за которые ответственен я, принимаю я, а Яна принимает свои, мы их обсуждаем. Иногда мы можем покритиковать решения или действия друг друга, но мы ещё на берегу договорились, что разделяем личное и рабочее, и то, что мы можем обсудить по работе, наших романтических отношений не касается.
Яна: поддерживаю, да, так и было!
— Когда ваш проект добьётся максимального результата, хотелось бы вам сделать из него сеть или франшизу? Или это разовая история?
Яна: сеть или франшизу в классическом понимании – точно нет. За счёт особенности нашей студии и высокого сервиса нашу студию можно считать бутиковой – несмотря на нашу вполне рыночную ценовую политику, мы не массмаркет. И когда мы будем расширяться дальше, то это точно будет что-то новенькое.
— Если бы не Керамишная, то какой другой совместный проект вы бы открыли?
Саша: однозначно рестобар, и, скорее всего, откроем через пару-тройку лет.
— О себе за пределами работы. Как отдыхаете? Ходите ли на какие-нибудь мастер-классы в другие мастерские?
Саша: сейчас мы всё чаще отдаём предпочтение отдыху в уединении на даче, либо дома с сериалами и вкусностями, так как количество выходных с открытием бизнеса у нас сократилось в несколько раз. А раньше да, довольно активный образ жизни вели: часто гуляли, ходили в музеи, интерактивные выставки, кино, кафешки и бары. Яна активно занималась танцами, а я уже любительским баскетболом.
— Интересуетесь современным искусством?
Саша: я открыт к новым опытам, но не сказал бы, что меня как-то тянет к современному искусству, в этом плане я приземлённее, а Яна разбирается.
Яна: разбираюсь – громкое слово. Но вот хорошо чувствую и понимаю – точно да. И люблю. Моя большая проблема (или нет?) в том, что я совершенно не стремлюсь запомнить имя автора, погружаться в его бэкграунд и т.д. Не интересно это, правда, может, потому что в своё время я очень прониклась Бартовской «Смертью автора». Для меня произведение современного искусства скорее возможность пощупать через него свои собственные чувства и мысли, нежели выстроить у себя в голове систему, кто чей ученик, а кто дружил друг против друга. Знания о годах создания работы зачастую вполне достаточно для того, чтобы получить необходимую информацию и при желании как-то расширить контекст, если есть представление, что примерно происходило с обществом в те или иные годы.
— Думали о создании своей выставки изделий в галерейном формате? Или это не ваше направление?
Саша: мы точно будем выставляться немного позже, но в этом году!
— Кто из вас больше любит гончарное мастерство как профиль? Если я правильно понял из вопроса выше, Саша же почти не гончарит?
Саша: Яна и Яна, я гончарить вообще не умею.
Яна: но гончарят у нас в основном мастера, я пока познаю ремесло для себя. Например, Регина может поднять огромную вазу хоть из 8 кг глины, а ещё умеет гончарить с закрытыми глазами. Этому она училась в своём родном городе Магнитогорске у создателя глины, на которой мы сейчас работаем.
— Можете ли вы назвать себя счастливыми людьми? Что делает вас таковыми?
Саша: да, однозначно. Меня таким делает Яна, семья, друзья, наше дело, тепло и поддержка близких, совместное время.
Яна: тоже да. В моих ценностях то же самое, плюс я ещё люблю самовыражаться всячески.
— Что же, это был действителньо увлекательный диалог – за что и благодарю. Желаю вам обоим самых успешных реализаций в своём детище. Но без последнего слова не отпущу. Советы и пожелания для читателей, секреты мастерства!
Саша: ваш главный секрет вы всегда знаете сами, и если он пока скрывается от вас, не прекращайте искать, важно сохранять любопытство.
Яна: ага, иногда идти наощупь в полной темноте, доверившись себе, – самая эффективная тактика.
— И последнее, классическое. Как быть такими крутыми, как вы?
Яна: быть крутыми круто! И очень приятно, конечно.
______________
Спасибо за внимание к статье! Поддержать автора проекта вы можете в донатной форме:
Ниже прикрепляю ссылки на соцсети предпринимателей:
Предыдущие статьи:
Если вы хотите поучаствовать в интервью, поделиться секретами своего бизнеса и найти внимание у творческого пласта, то присылайте запрос по сотрудничеству на почту Chickencreators@yandex.ru