Глава ✓7
Возвышенные чувства, язвительные замечания и пылкие объяснения. Увы, в настоящей жизни всё было немного (намного) прозаичнее.
Начало саги
Отсюда пляшем
Воскресенье, выходной
После церковной службы (утренней уборки и растопки каминов) Мэри отправится домой, к матушке. Сегодня у неё законный выходной. Правда, уйти она должна после церковной службы и вернуться в поместье - до 22.00. До того святого для британцев часа, как дворецкий запрёт на ночь двери и проверит все окна, иначе штрафа и выволочки не миновать.
Помните бессмертного Бэрримора? Это его святая обязанность и привилегия: проверить, что всё заперто, везде потушены свечи и камины.
Почистив и повесив у окна проветриваться свои рабочие платья, Мэри одевает прелестное платьице, которое ей подарила миссис Беннет на прошлое Рождество. Это платье из тонкого полосатого сукна цвета какао мисс Китти случайно порвала на перелазе, возвращаясь из Мэритона от тётушки.
Прореха на боку не сильно бросалась в глаза, но штопать его не стали. Вместе с остальными вещами мисс Китти и мисс Лидии его отдали Мэри. А вшить в прореху карман горничная догадалась сама. Свежий кружевной воротничок Мэри вышивала сама, как и оборки на выходном чепчике. Мило и практично!
Осталось помочь одеться старшим мисс Беннет и можно отправляться в церковь. сегодня все должны выглядеть безупречно! А Лидия всё копается...
Конечно, перед выходом из дома Мэри снимает чепчик и белоснежный фартук, а нарядный воротничок уже приколот к вороту.
Само платье под плотным плащом из колючей шерсти, защищающим от пронизывающего ветра, не видно. Но походка Мэри, знающей, что она одета нарядно, на выход, от этого сильно меняется.
Её шляпку сегодня украшают свежие нарциссы. Вон, как смотрит на неё сынок сыровара. Даже проповедь слушает невнимательно и получает от батюшки своего ощутимый тычок в бок.
Мэри сидит слева, на третьей скамье, сразу за своими господами, и отлично видит, что происходит справа.
Сегодня в сумочке Мэри притаилась небольшая вчерашняя булка и кусочек ветчины. Свою долю на завтрак Мэри припрятала в салфетку, чтобы побаловать матушку, ей и простой каши сегодня хватит. А саму полотняную салфетку тоже можно оставить дома. Хорошее полотно, да ещё и с вышивкой, тоже денег стоит. И пусть продать не получится из-за невыводимого пятна от соуса, зато и самим попользоваться не грех тем, что на стол господам уже положить зазорно.
Март на дворе, начинаются полевые работы, а у мисс скоро новое обновление в шкафах произойдёт. Что-то они оставят для себя, для переделки, а что-то и Мэри достанется. Полинявшее, прохудившееся, ветхое.
На минувшее Рождество Мэри много вещей матушке принесла. Что-то переделали для её младших сестричек, а что-то продали.
Ткани на платьях юных мисс всегда отменного качества, а ручное кружево, даже тоненькая ленточка, дорого стоят. Простой селянке или фермерской дочке платье новое такого качества, как и благородных мисс, не по карману, а вот слегка поношенное - вполне.
Шляпка, которую мисс Лидия купила в Мэритоне, наполовину распорола, желая переделать, да так и не переделала, тоже оказалась в том свёртке. Наверное, мисс Китти с мисс Лидией сами сунули её туда.
Если бы миссис Беннет заметила, она бы стала браниться и велела Мэри обновить отделку, коли барышням лень. Основа совсем новая и соломка яркая и блестящая. Сегодня эта шляпка украшает головку самой мисс Мэри, а её никто даже не узнал, только мисс Лиззи глянула насмешливо, но ничего не сказала, а с неё станется - эта мисс за словом в карман не лезет!
Бальные башмачки и прогулочные ботинки, из которых выросли обе мисс, совершенно крепкие, только немного поношенные.
Кстати, интересный факт, о котором вы вряд ли знаете: вся обувь на ножках мисс, миссис и даже мистеров в те времена шилась без разделения на левую и правую стопы. И создатели сериала "ГиП" в 1995 году (подумать только, 30 лет ему в этом году исполняется!), честь им и хвала, не стали изменять исторической правде. Вся обувь сшита исторически правильно, без разделения, но по меркам актёров. Обошлось без натёртостей, травм и мозолей
Видела Мэри, как поглядывала на те башмачки экономка миссис Беннет. За них в лавке можно не один шиллинг выручить. Ботинки-то модные, господские, на каблучке изящном, из отличной телячьей кожи.
Мэри сама их носить не станет, больно дорого, а матушка в Мэритон их снесёт. В городской лавке, если их предварительно хорошо почистить и смазать жиром для мягкости, можно продать любой горожане среднего достатка. У лавочника тоже дочка на выданье. Вон она, вторая слева стоит, рядом с батюшкой своим.
До дома Мэри идёт вместе с родными, которые не могли пропустить воскресную службу даже сейчас, когда и землю надо пахать, и за коровами присматривать - отёл скоро, и овечки с малышами того и гляди через перелаз на чужое поле сбегут.
Много у них новостей: у младшего братишки зубки режутся, старший брат нанялся в лавку, мясо рубить, а батюшка чуток простудился, надо бы ему горчичники поставить да в носки её сухой перед сном насыпать. Да как убедишь упрямого мужчину, что это для его же блага куда полезнее, чем 4 пенса за пинту эля в пабе оставить. В пабе веселее, и не пилит никто...
Слушает ворчание матушки Мэри и всё крепче её убеждение, что ей с местом повезло! Пока она в услужении - не будет у неё семьи. Слуга только одному господину служить должен! А муж для жены всегда первый после Господа.
Вот сосватается к ней кто-нибудь, так уволят её тут же, коли согласится. А потом рожать без остановки, как матушка: семь ребятишек у неё, мала мала меньше.
Лицо, некогда столь же свежее и прелестное, как у Мэри, обветрилось, морщинки горькие появились - троих малышей она схоронила - и это немного, поверьте. Руки огрубели от вечной стирки, от мытья посуды в холодной воде, от дойки да уборки навоза в стойле.
Оттого, хоть и готовит себе Мэри приданое, а мечтает дорасти до экономки в доме миссис Беннет. И пусть мистер Беннет уже мужчина в годах, новому хозяину Лонгбона понадобится прислуга, которая всё и всех знает в округе, так почему бы не Мэри подсуетиться.
Вот уже и смеркается, пора возвращаться. Нежно целует Мэри матушку, батюшку и малышей, но возвращение в господский дом, просторный, тёплый, красивый - как путешествие в другой мир.