Баба Надя напоила Любу каким-то мутным, странно пахнущим отваром.
– Это такие травки, от которых и уснуть не уснешь, и как бы поплывешь в реальности, - сказала бабушка, - Будешь одновременно в двух мирах.
– Это опиаты что ли? – с испугом спросила Люба.
– Нет, это не опята, это вытяжки из других грибов, - помотала головой баба Надя, - Но ты не бойся, я знаю, что делаю. Не ты первая, кто в Нави травмируется. Там все создано для того, чтобы покалечить живую душу. Мертвым да нечисти все равно, откуда торчат шипы, да сучки, да иголки. Они их не задевают, не трогают, не ранят. Идем, моя хорошая, в баню. Мы уже там все нужные веники и травы запарили. Сейчас тебя лечить будем.
Люба поднялась и тут же рухнула обратно на лавку.
– Ох ты, - она с испугом посмотрела на бабушку.
– Василиска, помоги, - попросила баба Надя, - Цепляй ее с той стороны. Чего сморщилась?
– Навью от нее тянет, - мотнула головой Василиса, - Не чуешь?
– Чую, но надо пробовать. Если ничего не делать, то и не получится ничего.
Они подхватили с двух сторон Любу под руки и потащили в баню. Настя с Верочкой с испугом смотрели на происходящее.
– Мама бяка, бо-бо, - погрозила кому-то пальчиком Верочка.
– Да, - кивнула Настя, - Люба хорошая, хоть бы ей помогли.
Баба Надя с Василисой затащили Любу в баню и стали ее раздевать. Сняли все и натянули белую длинную рубашку с вышитыми по горлу и подолу и краям рукава обережными знаками.
– Помогать мне будешь? - спросила баба Надя Василису.
– А у меня есть выбор? - хмыкнула Васька.
– Выбор есть всегда.
– Ну да, скажешь тоже.
Васька быстро скинула с себя всю одежду и натянула почти точно такую же рубашку на себя. Отличалась она только вышивкой. Баба Надя сделала то же самое.
– А ты говорила: сначала бабье, а потом Навье, - нахмурилась Василиса.
– Постараемся сделать так, чтобы она в Яви задержалась, а не сразу в Навь перешла. Ей еще пару-тройку деток родить и воспитать надо, внуков увидеть, а может и правнуков, и только тогда идти на службу.
– Хочешь свой век продлить? - с усмешкой спросила Василиса.
– Ой, давай пока не будем с тобой на эту тему разговаривать, а то поругаемся, - махнула на нее рукой баба Надя, - Хватай ее под руку и тащим в парилку.
Люба же в это время находилась в каком-то своем странном мире. Она то видела туманное поле с избушкой, то банника под лавкой, то Калинов мост, то ухмыляющегося кота Баюна, который сидел на крыльце и умывался. В какой-то момент она узрела чернявую девицу в белых одеждах. Она внимательно рассматривала Любу.
– Значит, ты наша новая баба Яга, - задумчиво сказала она.
– Я не баба Яга, я Любовь.
– Как красиво звучит – Любовь, - по-доброму улыбнулась девица, - А я ведь тебя помню. Ты к нам приходила как-то.
– А вы Мара?
– Мара я для своих, а для всех остальных я Марена.
– Как скажете, так и буду вас называть.
– Бабка твоя вроде не померла, а ты уже к нам на пост собралась. Решила земную жизнь доживать? Да и не обучила она тебя толком. Ох и наделаешь ты нам проблем.
– Да я как бы и не собираюсь пока у вас тут работать. Это меня Баюн за ногу цапнул.
– А с этим про-хвостом надо ухо держать востро, - кивнула Марена, - Значит, это не твое решение перебраться к нам на работу в Навь?
– Нет. У меня еще дочка маленькая, совсем крошка. Ее вырастить надо, образование дать, в жизни устроить. Нет у меня пока желания торчать у вас в Нави, да и навыков и умений никаких не имеется.
– Ясно. Ладно, Любовь, так уж и быть я тебе помогу, но это не из каких-то там симпатий или хороших отношений с Надеждой, а чисто из своих корыстных побуждений. Бардак нам тут не нужен. Мы и так не успеваем за всеми следить, то там, то тут всякие безобразия творятся. Нам нужен опытный человек, а не зеленая поросль.
– Вы случаем в отделе кадров никогда не работали? - усмехнулась Люба.
– Где? - с удивлением спросила Мара.
– У нас тоже так собеседования устраивают.
– А-а-а, таких, как я, в Яви нет. Но опустим этот момент. В общем, помогу я тебе по долгу службы. В какое место он тебя цапнул?
– За ногу.
Люба задрала подол рубашки.
– Одна нога в Явь, другая в Навь, - задумчиво сказала Мара, - Все равно тебе сюда пока рано. На метле летать умеешь?
– Нет, - Люба с удивлением посмотрела на нее.
– А бабка твоя умеет. Ногами тут далековато идти. Ладно, смотри, перекувыркнись три раза через голову, и обернешься кем-нибудь.
– Кем-нибудь – это кем? – Люба с подозрением глянула на Мару.
– Не знаю, может, птицей, а может, животным каким, - пожала плечами Мара.
– А я обратно смогу вернуться в прежний вид?
– Сможешь. Надо будет грудью об землю удариться, и тогда станешь сама собой.
– Может, я лучше на метле полетаю? - Люба посмотрела на нее с сомнением.
– Ты же не умеешь, а обучаться нет времени. Пока мы с тобой тут разговариваем, нога твоя усыхает, и в Нави процесс этот идет быстрей.
– Ладно, - кивнула Люба. – Давно я никаких таких упражнений не делала.
Она три раза перекувыркнулась через себя и превратилась в обыкновенную сипуху.
– Неожиданно, - проговорила Мара, окинув птицу взглядом. – Тогда полетели за мной.
Марена расправила руки в разные стороны и обернулась огромным белым лебедем. Она взмыла в небо. Люба последовала за ней. Она старалась не упустить из вида огромную птицу. Дух захватывало от высоты и от возможности парить над землей.
– Вот бы так на Яву попробовать, - подумала она.
Через некоторое время они приземлились около небольшого родника с чистой прозрачной водой. Вокруг раскинулся яркий, густой зеленый лес. Мара вернула свой прежний человеческий образ.
– Перекидывайся обратно, - сказала она Любе, - Об земь надо удариться.
Люба прикрыла глаза и свалилась на землю кульком. Марена расхохоталась.
– Для первого раза сойдет, но нужно еще потренироваться, - смеялась она, - Пробуй еще. Грудью об земь. А то так и будешь потом ходить и в Явь вернуться не сможешь.
Люба потерла крылом лоб и рухнула на землю грудью. Теперь она полностью обратилась в человека.
– Больно, - поморщилась она.
– Ты просто еще не умеешь этого делать.
– Это Явь? – стала осматриваться Люба.
– Нет, это Навь, - мотнула головой Мара.
– Это морок?
– Нет, это все настоящее. Это место не для всех.
– Свой Эдем для избранных, - хмыкнула Люба.
Марена на нее посмотрела с недоумением.
– Не важно, - махнула рукой Люба, и у нее из рукава вылетело перо.
– Сейчас мы твою ногу сделаем мертвой, а потом ее оживим, - сказала Мара.
– Как это?
– Увидишь. Сядь на камень и вытяни ногу вперед, подол только задери.
Люба так и сделала, как сказала Марена. Та присела перед ней на корточки и стала водить по ноге рукой. Плоть сначала побелела, потом стала чернеть, а потом просто сползла с ноги, обнажив белую кость. Люба от увиденного закричала.
– Не ори, - строго сказала Мара, - Теперь свою косточку суй в ручей. Там вода живая.
– Как я до него доберусь?
– Не переживай, доскачешь.
Люба кое-как поднялась и поскакала к ручью, поскользнулась на камне и рухнула в него полностью. Нырнула в его воды с головой.
– Ох и глубокий он, оказывается, какой, - промелькнула у нее мысль.
Побултыхалась в нем немного и вынырнула.
– Вылезай давай, - сердито сказала Мара, - А то весь источник запачкаешь.
Люба аккуратно выбралась на камни и стала рассматривать и щупать свою новую ногу.
– Ну всё, теперь можешь возвращаться к себе домой, - сказала Мара.
– Благодарю вас.
– Во благо, - хмыкнула Мара, обернулась огромной белой птицей и взмыла ввысь.
– А как же я? – с удивлением посмотрела ей вслед Люба.
– А ты как-нибудь сама, голубушка, - ответило ей отражение в ручье.
Люба шарахнулась от ручья в сторону. Она перекувыркнулась три раза через голову, обернулась сипухой и полетела искать избушку на курьих ножках.
Нашла ее довольно быстро и попыталась приземлиться сразу около нее, а не на краю поля. Но откуда-то сбоку выпрыгнул кот Баюн и чуть не сцапал птичку зубами. Еле успела Люба увернуться от когтистых лап. Она быстро спикировала вниз, ударилась об земь грудью и обернулась человеком.
– Ну вот и свиделись, - хмыкнул кот Баюн и куда-то исчез.
– Вот ведь зараза пушистая, слинял, - проворчала Люба.
Но ей было не до пушистого негодника, следовало срочно попасть домой, пока еще что-нибудь не приключилось с ней. Она быстро нашла тропку, добежала до избушки, вошла внутрь и нырнула в печь.
– Надеюсь, Марино колдовство сработало, - подумала она.
– Не вышло, - поморщился кот Баюн, провожая взглядом Любу.
– Пожалуйста, не делай так, если тебе дорога твоя шкура, - рядом с ним возникла Марена, - Нам не нужны недоучки.
– Анархия – мать порядка! – громко мявкнул кот и скрылся в дебрях Нави.
– Вот ведь лохматый обормот, - вздохнула Мара и исчезла.
Автор Потапова Евгения