До трагедии, о которой я писал ранее (ссылка внизу), на аэродроме Смирных произошёл ещё один трагический случай, связанный с лётчиком другого полка. На нашем аэродроме находилась часть, запускавшая крылатые мишени Ла-17. Поэтому к нам регулярно прилетали полки со всего Дальнего Востока для проведения стрельб.
При заходе в облаках уклонился в сторону гор
Это было где-то в 1983 году. Один из прибывших полков летал на МиГ-23. Во время одного из вылетов, при заходе на посадку в сложных метеоусловиях, один из лётчиков уклонился влево, в сторону гор, высота которых достигала двух с половиной тысяч метров. Он врезался в склон. После этого полёты были приостановлены, пока шли разборы причин, наказания виновных и невиновных — как это почти всегда бывало в авиации.
Место крушения искали долго. Район был труднодоступным, и к некоторым местам невозможно было подлететь даже на вертолёте. Густой лес, обрывы и скалы делали поиски особенно сложными. В процессе обнаруживали обломки других самолётов, потерянных в этих горах ещё во времена Великой Отечественной войны. Один из лётчиков нашего полка, позже делился этой историей, которая ему, видимо, крепко запомнилась.
– Высадили нас ниже точки, – рассказывал он. – С воздуха обломки вроде разглядели, но добраться до них было задачкой не из лёгких. Нас было четверо: я, Лёха, наш техник Володя и старшим зам. комполка Андреич. Вроде бы ничего особенного – лес, как лес, но подняться к обломкам оказалось настоящей пыткой.
Уже с первых шагов путь преграждали заросли кедрового стланика
Этот кустарник, с шишками похожими на настоящий кедр, переплетался так плотно, что пройти через него было невозможно. Каждый шаг давался с трудом.
– Володька, ты мачете-то по делу в запас тащил? – спросил Лёха, оборачиваясь к технику, который шёл последним.
– Тащил, конечно. Думал, что на поиски иду, а попал в джунгли Амазонки, – проворчал тот, доставая инструмент.
– Вот и отлично. Придётся прорубаться, – отрезал Андреич.
Работа пошла медленно: мачете раз за разом рассекало жёсткие ветви, которые будто нарочно переплелись, не пуская людей вперёд. В воздухе пахло смолой, а каждая минутная задержка заставляла всех нервничать. Солнце постепенно клонилось к закату.
– Долго так будем? – пробурчал Лёха. – Может, обойдём где-то сбоку?
– Ага, сбоку. Ты видел, где обломки? Вон, прямо над нами! – огрызнулся Андреич, смахивая пот с лица. – Хочешь обойти – вперёд, мы тебя тут подождём.
К вечеру, когда силы уже оставляли их, они поняли, что до цели не добраться. Андреич первым озвучил общее решение: – Всё, стоим здесь. Ночуем. Кто устал – давайте по-быстрому костёр разводить, пока свет есть. Завтра с новыми силами двинем.
Они устроились прямо на склоне. Погода, к счастью, была тёплая, но ночью поднялся лёгкий ветер. Костёр горел, разгоняя мрак, а аллюминеевая фляжка не веселила, а толька клонила в сон. Усталость была сильнее всего – говорили мало. Володя, засыпая, пробурчал: – Утро вечера мудренее. Разберёмся...
Утром выяснилось, что все запасы воды закончились. Иван вспомнил, как он в первый момент посмотрел на свою флягу, будто надеясь, что там вдруг появится капля воды. Не появилось.
– Вот тебе и утро мудренее, – проворчал Лёха, встряхивая свою пустую флягу. – Пить нечего.
– Найдём, – коротко бросил Андреич. – Хватит ныть.
– Да что мы найдём в этих горах? – с отчаянием в голосе проговорил Володя.
Когда они поднялись выше, Лёха заметил что-то блестящее на солнце.
– Смотрите, там, наверху! Снег или лёд!
– Если лёд, это наш шанс. Давайте быстрее, – ободряюще сказал Андреич, и вся группа прибавила шагу.
Подъём дался тяжело, ноги утопали в жёстких кустах, но ледник стал их спасением. Они добрались до него, припали, словно к источнику жизни. Иван потом рассказывал:
– Лёд-то приходилось лизать. Растопить нечем, сухое горючее кончилось, зато хоть так жажду утолили.
Когда они добрались до обломков, радости не было. Вместо искомого МиГа это оказался японский самолёт времён Второй мировой войны.
– Ну что, напрасно лизали? – с горечью съязвил Лёха.
– Не напрасно, – спокойно ответил Андреич. – Мы не выбираем, что найдём. Главное – не сдаваться. Завтра будем искать дальше, в другом месте. А сейчас обратно, на площадку.
И на аэродром вышли и рога не сбросили
Историй, связанных с этими поисками, было много. Одной из них поделились два наших лётчика, увлечённых охотой. Воспользовавшись ситуацией, они договорились с вертолётчиками высадить их в тайге утром и забрать вечером. Но что-то пошло не так: они не успели к назначенному времени. Вертолёт, покружив над точкой, улетел.
Лётчики всю ночь добирались до аэродрома пешком. Охота не удалась, но они принесли с собой огромные оленьи рога, найденные в лесу. Вернуться в четыре утра на торец взлётной полосы, да ещё с таким грузом, стало для них поводом для гордости в плане отличной штурманской подготовки. Этот случай они ещё долго вспоминали с улыбкой.
А место крушения МиГа нашли, когда надежды почти не осталось. Причину трагедии так и не удалось установить однозначно, но каждый из нас в полку чувствовал боль утраты. Таких моментов в нашей профессии, к сожалению, не избежать.
Второй случай, очевидцем которого был
Ещё одна катастрофа, о которой мне сложно не упомянуть, произошла на аэродроме Громово в 1989 году. Тогда я уже не летал, ожидая приказа. Вообще за время службы это был третий случай.
МиГ-31 заходил на посадку, когда на посадочном курсе сработала сигнализация «Пожар». На борту находились два опытнейших лётчика, оба полковники, начальники из корпуса. Они решили садиться, так как полоса уже была видна, и других признаков пожара не обнаружили. Но самолёт внезапно стал отклоняться влево, начав срезать верхушки сосен. Лётчики катапультировались, но слишком поздно. Один погиб сразу, второго доставили в госпиталь, но спасти его не удалось.
Я был на месте падения. Самолёт превратился в груду металла. Лес не загорелся, но сосны, высотой метров по тридцать, были срезаны, как спички. Тогда все задавались вопросом: какой был пожар, что его не было видно?
Авиация — серьёзная дама. Ошибок она не прощает. Но те, кто с ней связал свою жизнь, обязаны помнить: за каждым взлётом стоят годы усилий и тренировок, а за каждой трагедией — уроки, которые спасают жизни других, тех, кто идёт за ними.
Советую посмотреть: