—Ты ж не голодаешь, —ссутулился Вася, устремив колючий взгляд на жену. —Водки мужику пожалела?
Люба вела себя странно. Первое время, когда Вася вернулся из «заточения», жена была ласкова, как кошка, встречала с работы, провожала на работу.
Глава 23
Январь
Пить он бросил, но только на время. Глядя на часто принимающую за воротник жену, Вася сорвался. Только-только устроился на работу, но практически ежедневные попойки Любы заставили Василия вернуться к прежней жизни.
Однажды, завалившись в дом, поддатый Вася ухватился за дверной косяк и исподлобья посмотрел на Любу, сидящую за столом и закусывающую водку свежими овощами. В полном одиночестве.
—Выгнали, с позором, —икнул Василий, зацепившись пяткой за порог, чтобы снять кирзовый сапог, вымазанный в свежем навозе. —Пришел бригадир и вытащил меня из трактора. Любка! Меня! Работягу! За воротник!
Вася стукнул кулаком себя в грудь и от обиды пустил слезу. Сапог полетел к печке. Согнувшись, Вася начал стягивать второй. Но он не поддавался. Вася злился, краснел, пускал пузыри, но все же ему удалось скинуть тугой сапог с ноги и отбросить в сторону стола.
—Но-но! —вскочила на ноги Люба. —Хорош грязь разводить!
—Уберешь, ничего с тобой не сделается, —пробубнил Вася. Усаживаясь за стол.
Подняв пустую бутылку, он прищурился.
—Неси еще.
Люба, усмехнувшись, села.
—Заработай, а потом принесу. Сидишь на моей шее с тех самых времен, как тебя выпустили. А я тебе кто? Служанка?
—Женка ты моя, поэтому перечить не имеешь права. Неси, сказал. Горе надо замыть.
—Ха! Горе у него, —собрав хлебные крошки со стола, Люба закинула их в рот. —А мы тут прям все богачи! Ни беды, ни горя.
—Ты ж не голодаешь, —ссутулился Вася, устремив колючий взгляд на жену. —Водки мужику пожалела?
Люба вела себя странно. Первое время, когда Вася вернулся из «заточения», жена была ласкова, как кошка, встречала с работы, провожала на работу. Не отходила от мужика ни на шаг, крутилась рядом и пела ему дифирамбы, забыв о существовании дочери, которая все больше времени проводила в комнате или на улице. А сейчас Любку не узнать. Сидит, ногой покачивает, не улыбка, а звериный оскал. Глядя на ехидное выражение лица жены, Вася ощущал, как внутри поднимается волна злости.
—Дай денег, сам схожу, —встал Вася, но Люба расхохоталась:
—Ага, разбежался. —ее голос звучал в издевательском тоне. —Чтобы своей мамаше отправить?
—Что ты сказала? —побагровел Вася.
—Что слышал! —Люба выпрямилась. В ее глазах блеснула ярость. —А то я не знаю, куда ты калымные отправлял. Что, зараза, думал, не узнаю? А на почте мне рассказали, сколько ты ей передавал, а мне копейки подкидывал. Ну ты и…
—Замолчи! —рявкнул Вася и ударил кулаком по столу. —Она больная вся. Нервы ни к черту, а ты ей денег пожалела?!
—Да! —вскочила на ноги Люба. —Пожалела! Нам самим они нужны, а ты раздаешь той, которая чуть у меня ребенка не украла!
—Да кому он нужен, ребенок твой?! Мать помочь хотела, а ты смылась, как воровка! Сбежала и даже не попрощалась!
—А то, что я в больницу попала, а она увезла грудного малыша черт знает куда, это как? У меня молоко пропало, а она пичкала мою дочь всякой химией!
—Люба!! —заорал во все горло Вася. —Столько времени прошло, что ты взъелась??
—Ты с ней втихаря общался, а мне ни полслова! Ненавижу твою мамашу. Я ее никогда не прощу!
—Закрой рот, —прошипел Вася, надвигаясь на жену.
—Не буду молчать! Она меня за человека не считает, а я ее любить должна?
—Замолчи, сказал!
И тут Любу понесло. Она была пьяна. Размахивала руками и кричала непотребные выражения в адрес свекрови, которая, как оказалось, все эти годы была на попечении Васьки. Люба даже нашла письмо, которое валялось на печке. В нем было написано, что женщина скучает по Анечке и просит привезти ее хотя бы на время.
«… дочку хотела, но не срослось. Васенька, привези Аню, она мне нужна, как воздух…»
Слова свекрови гремели в ушах Любы. Она не могла успокоиться. Ор стоял на всю хату. Люба выплескивала всю ненависть, которая выстрелила из-за клочка бумаги.
Вася, не выдержав бабского крика, одарил жену пощечиной. Люба чуть не отлетела к стене. Покачнувшись, женщина краем глаза увидела кочергу, стоящую у печи. Не помня себя, Люба схватила ее и… Вася рухнул грудью сначала на стол, а потом – на пол…