Найти в Дзене
Зинаида Павлюченко

Весенняя разлука. Два берега бурной реки 165

Как бы зима не злилась, но время её закончилось. В конце февраля подул тёплый ветер, а к середине марта зацвели подснежники и пролески. Семён привозил Фросе подвявшие букеты. Она ставила их в стакан с водой и постоянно нюхала, вдыхала любимый аромат детства. В ту зиму Фрося получила паспорт с пропиской в городе и новой фамилией. Она продолжала встречаться с Зоей. Познакомила подругу с женщинами из общежития. Как бы зима не злилась, но время её закончилось. В конце февраля подул тёплый ветер, а к середине марта зацвели подснежники и пролески. Семён привозил Фросе подвявшие букеты. Она ставила их в стакан с водой и постоянно нюхала, вдыхала любимый аромат детства. Фрося изменилась настолько, что старые знакомые её не узнавали. Столкнулась как-то на рынке с Ильдаром, остановилась, собираясь поздороваться, а он прошёл мимо, даже не глянул на неё. Фрося, конечно же, обиделась, тряхнула упрямо головой и пошла своей дорогой. В город и на рынок она уже спокойно ездила сама на трамвае. А то ве
Оглавление

картинка из интернета подснежники
картинка из интернета подснежники

Как бы зима не злилась, но время её закончилось. В конце февраля подул тёплый ветер, а к середине марта зацвели подснежники и пролески. Семён привозил Фросе подвявшие букеты. Она ставила их в стакан с водой и постоянно нюхала, вдыхала любимый аромат детства.

Глава 165

В ту зиму Фрося получила паспорт с пропиской в городе и новой фамилией. Она продолжала встречаться с Зоей. Познакомила подругу с женщинами из общежития.

Как бы зима не злилась, но время её закончилось. В конце февраля подул тёплый ветер, а к середине марта зацвели подснежники и пролески. Семён привозил Фросе подвявшие букеты. Она ставила их в стакан с водой и постоянно нюхала, вдыхала любимый аромат детства.

Фрося изменилась настолько, что старые знакомые её не узнавали. Столкнулась как-то на рынке с Ильдаром, остановилась, собираясь поздороваться, а он прошёл мимо, даже не глянул на неё. Фрося, конечно же, обиделась, тряхнула упрямо головой и пошла своей дорогой. В город и на рынок она уже спокойно ездила сама на трамвае. А то ведь раньше одна боялась из общежития нос высунуть. Только с подругами или с Семёном.

Семён теперь не каждый день приезжал домой, а только в субботу после обеда, а вечером в воскресенье уезжал. Служба, ничего не поделаешь. Привозил букетики весенних цветов и любил жену. Любил нежно и неустанно. Иногда Фросе казалось, что это последняя ночь в их жизни. Она плакала:

- Сеня, ты точно не бросишь меня? Ты приедешь в субботу?

- Девочка моя, конечно приеду. Куда ж денусь?! Не плачь, милая моя!

- Сеня, я без тебя умру. Не буду ни есть, ни пить, лягу и умру.

- Глупышка моя, жить нужно в любом случае. Не говори так! Я вернусь, что бы не случилось. Найду тебя на краю земли, ты только живи! Если вдруг что-то случится, возвращайся в Ахметовскую, я приеду за тобой.

***

Семён дома ел только в выходные дни, в остальное время он питался в столовой на аэродроме. Фросе не нужно было готовить каждый день. А вот к приезду мужа она не выходила из кухни. Обязательно готовила что-то с мясом, как и подсказали ей новые подруги. Мясо научилась выбирать самое вкусное.

Особенно Фрося любила еду своего детства – картофельный соус с курочкой. Таисия редко готовила это блюдо, курочек жалела, но готовила и Фрося очень его любила. Готовила Семёну, он ел и нахваливал.

Начало здесь

Глава 164 здесь

Целую молодую курочку ставила на огонь вариться. Варила долго, пока мясо начнёт отставать от костей. Вынимала тушку и снимала мясо. Таисия рвала мясо руками, а Фрося измельчала ножом и выкладывала снова в кастрюлю, туда же высыпала порезанную кубиками картошку. Много картошки и снова варила, пока разварится картошка. Делала зажарку из лука и постного масла. Выливала в кастрюлю. Божественный запах разливался по кухне.

Соседки всегда просили попробовать. Фрося не жадничала. Щедро делилась приготовленной едой. Вообще, жили дружно. Это Фросе нравилось. Но такой дружбы, как была в железнодорожном общежитии, здесь всё равно не было.

Правда, соус не получался таким вкусным, как у мамки. Фрося сначала грешила на куриц. Могли ведь и старую подсунуть. А потом поняла, что всё дело в печи. Готовить на плите и в русской печи - разные вещи. Мать всегда готовила соус в печи, поэтому он и был вкуснее.

Семён любил всё, что готовила ему молодая жена. Даже испорченный пересоленый борщ ел с удовольствием, да нахваливал.

***

В середине апреля Семёна отправили в командировку, в лётную школу. За эту зиму у него накопился опыт, и нужно было поделиться с молодыми коллегами. Улетал он на два месяца.

- Фросенька, вот тебе адрес школы, пиши, не стесняйся. Я тоже буду тебе писать. Два месяца пролетят быстро. Ты, главное, не сиди голодная. Вот тебе мои талоны, будешь ходить питаться в столовку. Так многие делают.

- А как же ты?

- Мне в школе талоны не понадобятся. В крайнем случае, выдадут на время работы. Я с Леной поговорю, чтобы первое время брали тебя в столовую с собой. Они дома не готовят. Нет у них на это времени.

- Хорошо, - кивнула головой Фрося, еле сдерживая слёзы. Прощание было тяжёлым. Фрося вбила себе в голову, что мужа больше не увидит. Она повисла на шею Семёну и голосила на всю комнату. Сбежались перепуганные соседи.

- Товарищи, спокойствие! Это я еду в командировку, и мы с Фросенькой прощаемся, - сообщил Семён столпившимся у двери людям.

- Ого! Меня б так жёнка провожала, я б никогда не задерживался, - сказал муж Ольги.

Все заулыбались. Знали, что Оля любит мужа и всегда плачет, когда он улетает надолго.

Семён уехал. Фрося от тоски не находила места. Стояла у окна и смотрела, как играли во дворе дети. Увидела Димку с мамой, оделась и вышла. Малыш сразу её заметил. Подошёл и потянул за руку в сторону качелей:

- Тётя, посли! Я хоцю катаця!

Потом они строили замок из песка. Димкина мама была тоже молода, как и Фрося. Только у неё уже был сынок. Была она из Туркмении.

- У нас рано выдают замуж. Меня родители любили и жалели, позволили в школе учиться и не выдавали замуж. Много было желающих взять меня второй и третьей женой. В 16 лет я влюбилась в русского лётчика, и он увёз меня на самолёте.

- И ты не боялась? – спросила Фрося.

- Нет, не боялась. Разве лучше выйти замуж за нелюбимого и всю жизнь быть рабыней?

- Плохо, конечно. Сколько тебе сейчас?

- Мне 20, сыночку 3, а мужу 30.

- Ты хорошо говоришь по-русски, - похвалила Фрося. – Как тебя зовут?

- Гызылгюль звали меня на Родине, а муж и все называют Гуля. Мне нравится.

- Что значит твоё имя?

- Красный цветок, - ответила женщина и улыбнулась. Только сейчас Фрося рассмотрела, как хороша эта женщина. Иссиня-чёрные волосы заплетены в две косы и струятся по спине. Смуглая кожа кажется бархатной, чёрные брови, глаза и ресницы ярко видны на смуглом лице.

- Я думала, ты армяночка. Была у меня подружка-армяночка, Маринка, такая же красивая была. Убили Мариночку. Мы выросли в одной станице. Она тоже хорошо говорила по-русски, совсем, как ты.

- А что означает твоё имя? – спросила Гуля.

- Не знаю. Вообще-то моё полное имя Ефросинья, все зовут Фрося. Мне так нравится. Я замужем недавно. Детей пока нет.

- Будут. Куда ты денешься? Наше предназначение детей рожать.

С того дня Фрося часто выходила во двор поиграть с Димкой и поговорить с Гулей. Новая подружка рассказывала много интересного о своей Родине, Туркмении. Фрося слушала с открытым ртом. А когда сама начинала рассказывать о своей станице, тут уж удивлялась Гуля.

***

Семён уже на следующий день приступил к работе. Курсанты лётной школы с интересом относились к его занятиям. Внимательно слушали на лекциях, записывали иногда. Зато после занятий в неформальной беседе расспрашивали в подробностях, и всё это с шутками и со смехом. Иногда к ним на шум заглядывали преподаватели и тоже усаживались послушать опытного лётчика.

Политрук тоже приходил.

- Товарищ старший лейтенант, зайдите ко мне после беседы, - сказал он, выходя из класса.

Курсанты зашептались и сочувственно посмотрели на лётчика. В тот день беседа быстро закончилась, и Семён направился в кабинет политрука. Постучал и, услышав ответ, открыл дверь.

- Разрешите войти?

- Входи. Так, так, - начал политрук, даже не предложив Семёну сесть. – Я вынужден прикрыть эту лавочку, которую ты развёл во вверенном мне учебном заведении.

Семён спокойно стоял и смотрел на неприятное лицо политрука, с заострёнными скулами, острым хрящеватым носом и ввалившимися щеками. Ледяные глаза смотрели в упор на лётчика.

- Ты не понимаешь, что творишь? – повысил голос майор.

- Прошу разъяснить ситуацию, - ответил Семён.

- Курсанты жалуются, что ты, старший лейтенант, ставишь себя выше партии и нашего великого товарища Сталина.

От такого заявления Семён дрогнул. Обвинение попахивало расстрелом. Он, видимо, изменился в лице, что майор довольно хмыкнул и продолжил более мягко:

- Объясни мне, Мазиев, по какой такой причине ты не упоминаешь в своих лекциях и беседах товарища Сталина, партию и правительство? Не ссылаешься на выступления Иосифа Виссарионовича и партийные документы? Ставишь себя выше них?

- Извините, товарищ майор. Исправлюсь, - чётко ответил Семён.

- Вот то-то же. Срочно исправься и продолжай работать. Вот тебе список постановлений и речей. Вот тебе газеты с этими источниками. Срочно всё изучи, законспектируй в отдельную тетрадь и принеси мне на подпись. Подпишу. Сразу вставь в свои лекции с полными ссылками на источники. Свободен.

Семён чётко развернулся и вышел из кабинета. Внутри всё дрожало. Перед глазами стояла Фрося.

Первое письмо Фрося получила через 2 недели. Семён написал всего несколько слов:

- Работаю. Скучаю. Люблю.

Фрося прочитала несколько раз, потом мысленно добавила к каждому написанному слову свои рассуждения. За этим занятием её и застала Лена.

- О, Семён Павлович уже письмецо прислал. Что пишет?

Фрося подала письмо подруге.

- Очень лаконично, - улыбнулась Лена. – Человек занят, но выкроил минутку написать любимой жене. Я могу добавить, судя по письму, что писать ему некогда. Но он всё-таки написал.

- Лучше бы вообще не писал, - недовольно ответила Фрося.

- Глупая ты! Он любит тебя и скучает. Это очень важно. И хочет, чтобы ты об этом знала. Ответ написала?

- Нет ещё. Письмо только пришло.

- А вот ты постарайся. Напиши много и не забудь о чувствах написать, - подсказала подруга. – Пошли обедать.

Продолжение здесь