В прошлых статьях мы приступили к знакомству с подводным флотом Финляндии, и тем действиям, которые совершили ее субмарины в годы войны с Советским Союзом. Начало статьи ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ , продолжение ТУТ.
Продолжение
Анализ действий финских подводных сил в первые дни Великой Отечественной войны показывает, что финны целенаправленно готовились вступить в войну, что они и сделали. Причем основным направлением они выбрали - скрытные минные постановки, о результативности мы уже говорили прошлый раз (Читать ЗДЕСЬ). После 8 минных операций в июне до конца 1941 года было выполнено еще две – одна в июле и одна в августе. С июля 1941 года лодки переключились на действия против судоходства и на разведку, причем в интересах своих вооруженных сил.
Таким образом, во второй половине июня 1941 года финские подлодки все еще интенсивно использовались как минные заградители. Достоверно определить, какие корабли погибли именно на этих минных заграждениях очень трудно, принимая во внимание, что даже мины использовались немецкие. Однако, без сомнения, эти заграждения создали дополнительные трудности минно-тральным силам Балтфлота и нашим кораблям при прорыве из Таллина. Надо учитывать, что все эти операции достались финнам «малой кровью». Подводные лодки, конечно обнаруживались нашими кораблями и самолетами, атаковывались, но без решительного успеха.
Так, например, 25 июня сторожевой корабль «Аметист» атаковал около мыса Юминда большой серией глубинных бомб обнаруженную лодку. Находившиеся на мостике слышали характерный звук подводного удара, видели на поверхности воды всасывающуюся воронку, пузыри воздуха и пятна масла. Тогда посчитали, что субмарина потоплена, но вероятнее всего это была «Ику-Турсо», которая на другой день смогла поставить мины южнее Вайндлоо. В это время лодки базировались на район Ловиза - Хамина, а район их действия простирался к востоку от линии Хельсинки - Таллин, что и позволяло им с высокой интенсивностью ходить на минные постановки и в патруль.
Действовали финские лодки весьма своеобразно. Выходя из базы, они шли до опушки шхер, там максимально заряжали аккумуляторы, погружались и малым ходом бесшумно двигались к фарватерам, где патрулировали 1-2 суток. Истощив энергоресурсы, лодки шли обратно к шхерам и только там всплывали.
Конечно, такой образ действий значительно повышал скрытность, но одновременно сокращал шансы обнаружить противника. Чаще всего лодки возвращались, не выпустив ни одной торпеды. Атаки движущихся кораблей - это не минные постановки: приходилось подвсплывать под перископ и становиться возможной добычей противолодочных сил.
2 июля 1941 года эсминец «Карл Маркс», охраняя конвой Таллин - Кронштадт в районе острова Гогланд обнаружил перископ, и капитан 3 ранга Л.В.Дубовицкий приказал сбросить бомбы. Командир «Весихииси» лег на грунт, и лишь через 47 минут после взрыва последней глубинной бомбы решился подвсплыть под перископ, когда конвой был уже далеко. В тот же день одна из лодок обстреляла пост СНиС и маяк на острове Вайндло.
3 июля финские лодки выполнили три атаки. В начале оставшаяся на Балтике «Саукко» выпустил две торпеды по катерам типа МО на якорной стоянке в бухте острова Соммерс. Лодка сразу же после атаки погрузилась и слышала взрыв, но не могла видеть, что торпеда попала в берег. Вторая торпеда заклинилась в аппарате и выхлопные газы устремились в лодку. Пока подводники смогли справиться с ситуацией, почти весь экипаж получил отравление угарным газом. С большим трудом два моряка, еще способных что-то делать, привели лодку в базу.
Другая атака была более успешной. Из Таллина в Кронштадт вышел без охранения теплоход «Выборг» с грузом из 4000 тонн зерна. Капитан И.Г.Гаврилов принял все меры против возможных атак подлодок, приказав выставить дополнительных наблюдателей на носу, корме, по бортам и на мачтах. Шлюпки были спущены до фальшборта.
У острова Вайндло «Выборг» попал в район патрулирования «Ветехинен». Капитан-лейтенант Каарло Паккола всплыл в миле перед носом судна и начал артиллерийский обстрел, но все 6 выпущенных снарядов легли мимо. Теплоход быстро повернул назад и пошел к острову Гогланд. Финский «Водяной» не стал преследовать пароход, а отпустил его. Причина такого благородства была простая: командир лодки углядел далеко на горизонте сторожевые катера, к тому же «Выборг» шел в район патрулирования «Вессико» и не исключалась взаимная ошибочная атака. По пути несчастный «Выборг» попал еще под атаку гидросамолета. Все это дало достаточно времени, чтобы капитан-лейтенант Олави Айтола тщательно приготовился к атаке.
Опасаясь, что могут вот-вот подойти катера, он решил сразу стрелять торпедами. В 14.40 последовал двухторпедный залп. От первой торпеды капитан Гаврилов сумел уклониться, но вторая, плохо различимая в лучах солнца, попала в корму. Повреждения были тяжелейшими: разбит гребной вал, остановилась машина, вышла из строя радиостанция.
Теплоход начал уходить кормой в воду, а экипаж спустился в шлюпки. Считая, что все происходит недостаточно быстро, Айтола выпустил последнюю торпеду, «Выборг» стал вертикально и затонул. Лодка всплыла, видимо собираясь взять в плен комсостав, а возможно и расстрелять экипаж. К счастью, место атаки было на восточном Гогландском плесе, в районе острова Суурсаари, и катера успели подойти вовремя и отогнать лодку, заставив ее погрузиться. Подготовительные мероприятия капитана Гаврилова дали определенный эффект: погиб всего один боцман Д.И.Денисов. Потопление «Выборга» - единственная результативная атака финских подводников в 1941 году.
Для справки: в мае 2024 года водолазами Русского географического общества на дне Финского залива найден теплоход "Выборг", который был идентифицирован на 100%. На корме под слоем ржавчины удалось обнаружить нарисованные краской буквы, где можно было разобрать фрагменты названия судна и порт приписки - Ленинград. Но главный объект для идентификации - судовой колокол. На нем выгравировано первое название теплохода («Каир») и порт приписки (Бремен). Это позволило сделать однозначный вывод, что найденное судно - «Выборг». Отдельное погружение было совершено, чтобы найти ту самую пробоину, которая погубила советский теплоход. Обнаруженная пробоина была двойная, в виде восьмерки.
На другой день в район Вайндло вышел в засаду катер МО № 131 лейтенанта Благодарева. Остров оказался в районе интенсивной деятельности финских лодок, пост СНИС и маяк обстреливались, здесь же попал под атаку «Выборг». Теперь ситуация переменилась.
Через час была замечена рубка лодки, возможно снова собирающейся обстреливать остров. Катер пошел в атаку и сбросил серию бом. Видимо лодка была повреждена, так как в дальнейшем на острове стало относительно спокойно. Резкая активизация противолодочных сил Балтийского флота, повреждение «Саукко» и, возможно, «Ветехинен» привели к отдаче 5 июля приказа всем лодка вернуться в базу в шхерах, где субмарины, базируясь снова на ледокол «Сису», встали на профилактический ремонт, который длился до августа 1941 года.
Всего в зоне Осмуссар - Вайндло с июня по август 1941 года зафиксировано 13 атак подводных лодок, но лишь в двух случаях дело дошлое стрельбы торпедами. К августу все большие и большие неприятности стала доставлять финнам база Ханко, а немцы беспокоились о взятии Моонзундских островов. Поэтому финские лодки получили приказ перейти из восточной части Финского залива в западную, на коммуникации Ханко - Таллин - Сааремаа.
В связи с этим лодки перебазировались на Бьерезунд (к западу от Поркалла-Удд). Всего в 1941 года на этих наиболее используемых коммуникациях финские и немецкие лодки обнаруживались 71 раз. Но судоходство в этом районе было не только интенсивным, но и хорошо охранялось.
5 августа из Таллина в Ханко вышел небольшой конвой: транспорт «Хильда» в охранении тральщика «Менжинский» и катеров МО № 212 и МО № 142. В 13.55 северо-западнее мыса Пакри «Весихииси» атаковала транспорт двухторпедным залпом. Рулевой не смог удержать лодку, и она показала рубку на расстоянии 4-5 кбт от МО № 21.
Командир катера лейтенант В.К.Яковлев (по другим данным П.Левшинский) дал полный ход и сбросил на место обнаружения лодки серию бомб. Взрыв третьей из них дал другой, более глухой звук и гораздо меньший всплеск воды, началось всплытие пузырей воздуха, а затем и масляных пятен.
Как оказалось, «Весихииси» сразу нырнула на глубину 50 м, но ей крепко досталось. Погас свет, началось поступление воды в корпус, вышел из строя ряд приборов. Мо № 212 сбросил по пятнам масла еще серию бомб, а МО № 142 лейтенанта А.А.Обухова все свои бомбы бросал по курсу движения транспорта.Это дало явный эффект: одна из торпед взорвалась, а вторая прошла за кормой транспорта, резко изменив начальный курс (неизвестно, использовала ли лодка в этой атаке английские или итальянские торпеды, но данный факт сам по себе практически не имеет аналогов). Сбросив всего 4 больших и 12 малых бомб, катера прекратили атаку. К сожалению, на них не было гидрооакустических станций, поэтому глубина срабатывания бомб устанавливалась «на глазок», все они рвались над лодкой, что гораздо менее эффективно. Например, взрыв 300-кг бомбы имеет зону поражения 40 м вверх и всего 20 м вниз. Все же серьезно поврежденная лодка с трудом вернулась на базу.
После ухода флота из Таллина прекратила свои действия и учебная флотилия немецких лодок, и финские остались в одиночестве. В сентябре - октябре они выходили в западную часть Финского залива. Но минно-сетевое заграждение в устье Невской губы, которое прикрывало подступы к Кронштадту, хорошо охранялось; каждая обнаруженная лодка подвергалась преследованию, и они не смогли добиться никакого успеха.
В ноябре финские субмарины вернулись к месту предвоенного базирования - в Хельсинки, и переключились на борьбу с кораблями, осуществляющими эвакуацию Ханко. Однако и здесь они не добились успеха: конвои шли ночью с сильным охранением на большой скорости. Так 2 декабря в районе маяка Кери лодкой «Весихииси» был атакован конвой с Ханко - сторожевик «Вирсайтис», канонерские лодки «Волга» и «Лайне», 2 тральщика, 2 сторожевых катера и 4 буксира. Лодка безуспешно выпустила 5 торпед. Поздней осенью после оставления Ханко лодки прекратили операции.
В общем за 1941 г успехи подводных сил Финляндии были весьма скромными - потоплен один транспорт (не считая подорвавшихся кораблей), но они смогли создать очень большое напряжение в действиях противолодочных сил КБФ. В контратаках повреждено 11 финских и немецких лодок, потоплена всего одна - U-144 (торпедирована нашей лодкой Щ-307 10 августа). Особняком стоит один эпизод, который не находит обьяснения до настоящего времени. В 1985 году в финском журнале «Под знаком Севера» опубликовано письмо моряка, служившего на плавбазе финских подлодок во время войны - А.Лиива. В нем говорится, что по рассказу одного из подводников с «Ику-Турсо», они при возвращении из похода обнаружили выскочившую из тумана бывшую эстонскую лодку и потопили ее тараном. Если это соответствует действительности, то так погиб «Калев». В настоящее время подлодка считается погибшей на минах западнее острова Найссар на меридиане Суурупи 30 октября - 1 ноября 1941 года. Больше ни в каких публикациях данный факт не фигурирует. Кстати, в упоминавшихся выше таблицах П.-О.Экмана «Калев» значится погибшим на мине у острова Кери 30 октября 1941 года. Возможно, что это искаженное изложение эпизода с Щ-305, происшедшего в 1942 году.
К концу 1941 года Балтийский флот оказался блокированным в восточной части Финского залива. Понимая, что в будущей кампании участие надводных кораблей КБФ маловероятно, финские лодки начали готовиться исключительно к противолодочной войне. Зимой лодки встали в ремонт и были оснащены новейшей гидроакустической аппаратурой; для усиления ПВО по немецкому образцу в кормовой части рубки смонтировали 20-мм автомат на специальной площадке.
С весны 1942 года начался прорыв советских лодок в Балтику. Вообще немцы и финны считали, что прорыв мощнейших противолодочных рубежей в Финском заливе – «Насхорн» и «Зееигель» - практически невозможен и, даже после фактического начала операций наших лодок, считали, что происходят подрывы на минах .Только после сообщения Совинформбюро от 11 июля об успехах балтийских подводников, они кинулись наверстывать упущенное. Малые лодки «Саукко» и «Вессико» были развернуты в Финском заливе, остальные - в Аландском море. Первоначально они занимали позиции за второй линией противолодочного рубежа. Они ожидали лодки, всплывающие на зарядку аккумуляторов после истощения энергоресурсов при подводном форсировании сетей и минных полей. Этот метод давал очень небольшие шансы встретить лодку. Тогда срочно началось восстановление старой базы российского флота в Мариенхамне на Аландских островах, а пока лодки перешли к другому методу использования. Они включались в состав охранения конвоя, замыкая его с кормовых углов, следуя в кильватер или несколько в стороне в надводном положении.
После обнаружения вражеской лодки они должны были погружаться и атаковать ее по данным гидроакустики. Этот способ был не нов, но также не принес успеха. Наши лодки чаще всего атаковали из-под воды и обнаруживались слишком поздно. Более того, охранение стояло перед дилеммой: или, боясь поразить свою лодку, не применять оружия по обнаруженным целям, либо же пытаться поразить все, что можно увидеть или услышать. Финны как правило выбирали первый метод, а немцы - второй. Одновременно использовалась и другая тактика 2 - 3 лодки вызывались конвоем к месту атаки и, получив определенный сектор, искали противника в подводном положении «на слух». Здесь было две слабых стороны: во-первых, «охотники» приходили к назначенному месту через определенный промежуток времени, и атаковавшая лодка могла уже уйти, а с другой стороны, резко возрастала опасность атаки своей лодки, что сковывало действия финских командиров. Оба этих способа привели к обнаружению нескольких лодок, но ни одна из них не была потоплена.
К середине лета, убедившись, что все применяемые способы не дают эффекта, район охоты был перенесен восточнее - на пути следования лодок к рубежам ПЛО. Это привело к резкому возрастанию опасности попасть под удар не только самолетов, но и надводных сил. В июле 1942 года в ходе обеспечения проводки лодок первого эшелона с Лавенсаари несколько раз выходил катер МО-107. При сопровождении Щ-320 с катера увидели перископ, и старший лейтенант Н.Д.Докукин сразу же применил бомбы. Поврежденная лодка отказалась от атаки и ушла в базу. Этому же катеру довелось повредить еще одну финскую лодку. 16 сентября 1942 года МО-107 нес дозор в районе острова Лавенсари. День был хмурым, часто шел дождь, но во второй половине дня сигнальщик Павлов заметил перископ. Командир катера и на этот раз сразу сбросил 3 бомбы в указанное сигнальщиком место. Эффект последовал мгновенно: появились пятна масла и пузыри воздуха. В воду пошла вторая серия бомб, и вдобавок к пузырям всплыли части одежды и обрывки карт. Командир катера был уверен, что потопил лодку, однако она уцелела и смогла дойти до базы.
Это была «Саукко» или «Весико», так как с 9 августа 1942 года остальные лодки ушли в Аландское море. В этом же месяце новым командиром дивизиона субмарин был назначен капитан 3 ранга Каарло Паккала; он занимал эту должность до окончания боевых действий.
В таких условиях финнам требовалось изменить тактику, и вскоре они произвели необходимые "трансформации"....
Продолжение следует (ссылка на продолжение статьи будет здесь)
Источники: Залесский, К. Кригсмарине. Военно-морской флот Третьего рейха. - М.: Яуза, Эксмо, 2005.- 640 с.; Блэйр, К. Подводная война Гитлера (1939-1942): Охотники. В 2-х частях. Часть 2. - М.: ООО "Издательство АСТ"; СПб.: Terre Fantastica, 2001. - 640 с.; Роувер, Ю.Субмарины, несущие смерть. Победы подводных лодок стран гитлеровской Оси. - М.: ЗАО "Центрполиграф", 2004. - 416 с.; Тайны подводной войны. Сборник № 4.- 1996.-96 с.; Нагирняк, В.А. Все субмарины Второй мировой войны: первая полная энциклопедия. - М.: Яуза: Эксмо, 2021.- 288 с.; Бишоп, К. Подводные лодки Кригсмарине. 1939-1945. справочник-определитель флотилий. - М.: Эксмо, 2007. - 192 с.