Всем известно, что лучшая в мире на начало Великой Отечественной войны авиационная пушка НС-37 была разработана А. С. Нудельманом и В. С. Сурановым, что было отмечено в названии этого орудия. Но почему-то мало кто даже сегодня говорит о том, что прототип НС-37 был разработан с не очень ясным участием Нудельмана под индексом ПТБ-23 («пушка Таубина-Бабурина») еще его начальником Я. Г. Таубиным до войны. За это последний получил в 1940 году высокую награду из рук самого «всесоюзного старосты» М. И. Калинина, но вскоре Таубина расстреляли «за вредительство», а Нудельман получил в свое полное распоряжение созданное им ОКБ-16 и пушку ПТБ-23, которую доработал вместе со своим помощником Сурановым и запустил в серию, но уже под собственным под названием - НС-37 («Нудельман-Суранов»). Но про участие расстрелянных Таубина и Бабурина в создании этого типа оружия мало кому известно. Это загадка, ли нет?
КРАТКОЕ ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА КАНАЛА
История полна всяких конспирологических версий, а история советская – тем более, причем в кубе, помноженном на множество квадратов. И в деле создания оружия для советских ВВС во время Великой Отечественной тоже есть свои тайны.
Например, известно, что самыми массовыми авиационными пушками во время Великой Отечественной были ШВАК, ВЯ и НС-37. Но в то время как первые два орудия с 1941 по 1945 выпускались десятками и сотнями тысяч (70 тысяч и более 100 тысяч соответственно), то НС-37 было выпущено менее 7 тысяч (официально) и около 10 тысяч (неофициально). Правда, НС-37 начала выпускаться только в 1943 году, но это как-то не в полной мере оправдывает ее очень малое количество в сравнении с основными конкурентами.
Дело в том, что это, без всякого преувеличения, была самая убойная авиационная пушка в мире, калибр ее - 37 мм (против 20 мм у ШВАК и 23 мм у ВЯ). И хотя отдача при выстреле была такая, что могла легко развалить самолет, тем не менее, опытные летчики ее боевые качества очень ценили, особенно штурмовики на Ил-2. Под эту пушку была даже создана отдельная модификация истребителя Як-9, и этот истребитель – Як-9Т, - был первым в истории авиации, который мог штурмовать с воздуха, наряду с Ил-2, и танки, то есть, индекс Т как раз и означал - «противотанковый самолет». И было выпущено этих противотанковых Як-9 почти 3 тысячи машин, и если кто не знает – на них всю войну пролетали французы из полка «Нормандия – Неман» и на пушку не жаловались.
Ясное дело, что иметь дело с такой убойной и для врага, и для себя пушкой могли только умелые бойцы, но таких у нас было много, отсюда и такое совсем не маленькое, в принципе, количество выпущенных орудий. А вот «маломощные» ШВАКи и ВЯ предназначались для тех, кто в азарте боя забывал все инструкции, которые запрещали давать из этой пушки очереди более 3 снарядов.
Короче, пушка НС-37 вышла вполне себе приличной, если применять этот эпитет к орудию, аналогов которого во время войны не было ни у немцев, ни у союзников – вообще ни у кого. Поэтому ее главный разработчик Александр Эммануилович Нудельман и удостоился Сталинских премий (трижды) и Государственных премий (дважды), а также множества других весьма значительных советских наград. А вот его соавтор Александр Степанович Суранов, имя которого в индексе пушки тоже заложено, получил всего две Сталинские премии, а прочих орденов – гораздо меньше своего шефа.
То есть, тут как бы признавался приоритет именно Нудельмана, а Суранов шел только помощником в гениальной разработке своего шефа.
Кстати, вместе с Сурановым в помощниках у Нудельмана во время разработки НС-37 был еще один конструктор-оружейник – Михаил Павлович Бундин, который за участие в проекте тоже, как и Суранов, получил две Сталинские премии, но его фамилия в названии пушки так и не засветилась.
Ну ладно, всё это прелюдия, чтобы можно было понять значимость авиационной пушки, которая была разработана Нудельманом и Сурановым. А вот интермедия заключается в том, что кроме пушки НС-37 и ее неудачного варианта НС-45 оба эти известные сегодня конструкторы больше ничего не изобрели ни до того, ни после. То есть, пушка НС оказалась единственным достижением этих двух людей, хотя они прожили долгую жизнь, и умерли уже задолго после развала СССР (в 1996 и 2009 годах соответственно).
Вот, например, еще один известный наш оружейник Борис Гавриилович Шпитальный создал целую линейку пулеметов и орудий, и не только авиационных, но и зенитных, но за Нудельманом, помимо НС-37, ничего больше не числится. После войны Нудельман перешел на административные должности, и, пользуясь разными случаями, принимал участие в некоторых научных разработках, но часто не оборонных, а медицинских, например, он курировал разработку лазеров для лечения глазных болезней. Конечно, он очень долго являлся директором конструкторского бюро, разрабатывавшего лучшее в мире оружие для советских вооруженных сил, но директор – это не главный конструктор, а тем более не ведущий.
И вот, если всмотреться в корень, то Александру Эммануиловичу Нудельману кроме авиационной пушки НС-37 поставить в заслугу больше совершенно нечего. То есть не изобрел он кроме этой пушки совсем больше ничего, хотя всю жизнь крутился в кругах, которые этим занимались.
И тут как черная плесень из кирпичной стены, вылазит информация о том, что знаменитая на весь мир пушка НС-37, с помощью которой наши летчики во время Великой Отечественной победили немцев, была изобретена вовсе не Нудельманом. А ее настоящим автором на самом деле был расстрелянный незадолго до этого его начальник – оружейный конструктор Яков Григорьевич Таубин, который до начала 1941 года руководил ОКБ-16. Яков Таубин разработал и почти довел до полной готовности мощную авиационную пушку МП-6 (мотор-пушка-6), она же - ПТБ-23, «пушка Таубина-Бабурина». В ноябре 1940 года Таубин и ведущий конструктор его ОКБ Михаил Никитич Бабурин были награждены орденами Ленина, кстати, орденом Трудового Красного знамени вместе с ними был награжден и второй ведущий конструктор ОКБ А. Э. Нудельман.
И вот буквально через полгода после этого Таубина и Бабурина арестовывают по обвинению во «вредительство в сфере оборонной промышленности», еще через полгода главу ОКБ-16 расстреливают, а Бабурин умрет в 1944 году на зоне.
Но Александра Нудельмана почему-то не трогают, а назначают главным конструктором ОКБ-16 вместо Таубина, и в начале 1942-го он преподносит ВВС РККА свою новую авиационную пушку 11-П-37, за которую уже в следующем году получает свою первую Сталинскую премию.
То есть, став в начале 1942 года главным конструктором ОКБ-16, А. Нудельман считается разработчиком самой крутой на тот момент авиационной пушки в мире. А если копнуть поглубже, то можно узнать, что рабочая модель пушки 11-П-37 (впоследствии – НС-37) была готова еще в июле 1941-го, то есть, через два месяца после ареста Таубина и Бабурина и нового назначения Нудельмана. А можно ли разработать самое лучшее в мире оружие за два месяца?
Вряд ли лучшее в мире авиационное оружие можно разработать за этот короткий срок.
Но самое главное, что оба варианта пушки Нудельмана – и 11-П-37, и НС-37 – как две капли воды походили на недоработанную пушку Таубина и Бабурина МП-6 (ПТБ-23). А если еще учесть, что Таубина и Бабурина обвинили во вредительстве, несмотря на полученные ими награды за самую мощную в мире авиационную пушку, то на ум приходит мысль о том, что Нудельман просто подставил своих начальников, чтобы присвоить себе их изобретение, и для этого сговорился с Сурановым и Бундиным. Сталинская премия – это вам не это.
Да, мысль эта интересная, но если подумать еще лучше, то она просто конспирологическая. Нудельман ведь не в безвоздушном пространстве работал, и после такого поворота дела даже самому последнему дураку стал бы ясен корыстный мотив нового генерального конструктора новой «самой мощной в мире авиационной пушки». Однако никто А. Э. Нудельмана ни в чем подобном никогда не обвинял даже за глаза, мало того – он всегда пользовался среди своих коллег уважением и авторитетом. Да и памятник ему при жизни на его родине – в Одессе – ставили с полным пониманием значимости этого выдающегося конструктора.
Мало того – бывшее ОКБ-16, со временем превратившееся в огромное предприятие по разработке самых передовых вооружений, также назвали именем нашего персонажа - «КБточмаш имени А. Э. Нудельмана», причем якобы совершенно не зря.
Поэтому версия о подставе и присвоении чужого изобретения как-то не вырисовывается, хотя главные факты косвенно говорят о другом. Таубин и Батурин создали отличную систему вооружения, но получили за это смерть. А Нудельман и Суранов с Бундиным подхватили эту чужую систему, немного допилили, перекрасили, назвали ее своими именами и получили за это Сталинские премии.
Что-то тут не то, что-то тут не так, и похоже, что перед нами всеми своими цветами блистает тайна, которую современные исследователи почему-то раскрывать не хотят.
Я тоже больше не буду пытаться раскрывать эту тайну, потому что я не исследователь. Я просто приведу своим читателям раритетный очерк «Оружие победы для истребителей и штурмовиков», написанный самим А. Э. Нудельманом и опубликованный в старом советском журнале «Авиация и космонавтика» в 1976 году. В этом очерке спустя 30 лет после окончания войны он вовсю расписывает прелести своей авиационной пушки, но ни одним словом не упоминает ни Таубина, ни Бабурина. Хотя, вроде бы, оба эти репрессированных при Сталине персонажа уже в 50-е были реабилитированы, то есть с них были сняты все обвинения.
Но сам Нудельман до самого конца перестройки этих имен в своих выступлениях вообще не упоминает, словно это именно он организовал знаменитое ОКБ-16, впоследствии названное его именем, и это именно он «сочинил» самую лучшую в мире авиационную пушку, которой так боялись немцы во время войны. А Яков Таубин тут как бы совсем не при делах, даже его имя оказалось вычеркнуто из истории советского оружейного дела очень надолго. Странно это как-то, что еще больше запутывает всё дело.
В общем, представляю своим читателям очерк А. Э. Нудельмана, в котором он сам себя представляет как лауреата Государственной и Ленинской премий выданных ему через 20-30 лет после окончания войны, но ни словом не упоминает про премии Сталинские 40-х годов. Ну, это и понятно – это дискредитация, и нечем тут гордиться, особенно в 1976 году. Также как убитый молчит о том, где он взял свою знаменитую пушку, которая начала разрабатываться, как он сам заявляет, еще до войны, но после ареста Таубина вдруг сменила название с ПТБ («пушка Таубина-Бабурина») на НС («Нудельман-Суранов»).
И вообще вся первая часть очерка похожа на коммунистическую агитку, но зато из второй части можно сделать кое-какие выводы, если, конечно, правильно ее прочитать с учетом сведений, изложенных выше.
Журнал «Авиация и космонавтика», 1976 г., №5.
ОРУЖИЕ ПОБЕДЫ
ДЛЯ ИСТРЕБИТЕЛЕЙ И ШТУРМОВИКОВ
Автор: А. Нудельман, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской и Государственных премий, доктор технических наук
Укрепление оборонной мощи социалистической Родины, оснащение Советских Вооруженных Сил первоклассной боевой техникой и оружием всегда находились и находятся в центре внимания нашей партии и ее Центрального Комитета.
В моей памяти еще свежи события и даты, которые, уверен, сохранятся на всю жизнь, ибо они неразрывно связаны с выполнением заданий партии, с осуществлением ее воли. В тревожные предвоенные и военные годы необходимо было создавать новые образцы авиационных пушек для советских ВВС.
Осенью 1940 года группу конструкторов пригласили в Кремль для вручения правительственных наград. Принимал нас М. И. Калинин. Как сейчас вижу его добрую улыбку, вспоминаю обаяние и простоту, слышу лаконичную и ясную речь Всесоюзного старосты.
Поздравляя нас с высокой наградой, Михаил Иванович от имени Центрального Комитета партии призвал ускорить разработку новой боевой техники. Этого требовали события на международной арене, возможность агрессии фашистской Германии против нашей страны. Мы с удвоенной энергией продолжи ли работу по созданию мощных авиационных пушек.
Еще задолго до начала Великой Отечественной войны Центральный Комитет партии наряду с производством других видов боевой техники серьезное внимание уделил развитию и совершенствованию пушечного вооружения самолетов как важного средства завоевания нашей авиацией господства в воздухе. Это, в частности, подтверждает и история создания 37-мм авиационных пушек.
Надежности, высокому качеству этого оружия во многом способствовало соревнование между конструкторскими коллективами. Надо подчеркнуть, что и в трудное военное время продолжалось и развивалось такое творческое соперничество, стремление в установленные партией сроки создать наиболее эффективные образцы боевой техники, в том числе и крупнокалиберные авиапушки. В мае 1941 года на вооружение ВВС была принята пушка ВЯ (А. А. Волкова и С. А. Ярцева). Соревнование конструкторов, занятых разработкой 23-мм авиационной пушки, завершилось.
Еще накануне войны в нашей стране начались работы по созданию 37-мм авиапушек Ш-37 (Б. Г. Шпитального) и НС-37 (А. Э. Нудельмана и А. С. Суранова). Они продолжались до конца 1942 года.
Известно, что в 30-х годах наши истребители в основном вооружались пулеметами калибра 7,62 мм. На И-15, И-153, И-16, например, устанавливались пулеметы ШКАС. Однако события в Испании показали, что истребителям уже необходимо оружие более крупного калибра.
И вот в 1936 году у нас появилась 20-мм пушка ШВАК (Б. Г. Шпитального и С. В. Владимирова), в 1939-м - 12,7-мм пулемет М. Березина. И поступившие на Вооружение наших ВВС уже в 1940 году истребители ЛаГГ-3, МиГ-3 и Як-1 имели это оружие.
Однако пушку ШВАК главным образом предполагалось использовать в ближнем воздушном бою, так как для поражения некоторых наземных целей противника она оказалась недостаточно эффективной. Учитывая это, еще 1938 году конструкторские коллективы приступили к созданию 23-мм авиационных пушек, которые летный состав мог успешно применять как в воздушном бою, так и при поражении слабобронированных наземных целей.
Война постоянно ставила перед творцами авиационного вооружения сложные задачи. От их решения во многом зависело и завоевание советскими ВВС господства в воздухе. Вооружение истребителей должно было обеспечить увеличение эффективности огня при сравнительно большой дальности стрельбы, создать летчику хорошие условия для уничтожения фашистских самолетов первой очередью. А для повышения эффективности поражения наземных целей, особенно танков, требовалось увеличить калибр авиационных пушек.
В 1941 году приближались к завершению работы по созданию 37-мм пушки Шпитального (Ш-37), которая предназначалась для установки на истребителе. Зная результаты ее испытаний, мы хорошо понимали, что нужна новая, более совершенная и мощная пушка.
Уже в мае 1941 года мы начали активно работать над проектом пушки НС-37. Следует отметить, что Центральный Комитет партии постоянно помогал нам. Много полезных рекомендаций мы получили тогда и от Военного совета ВВС. Вскоре состоялись испытания новой авиационной пушки НС-37. Она по ряду боевых качеств превзошла Ш-37. Надежность автоматики, удобство в эксплуатации, меньший вес, непрерывное звеньевое питание и неподвижное крепление - все это дало возможность более рационально разместить пушку на самолете. В полтора раза выше, чем у Ш-37, была и ее скорострельность.
В середине 1942 года Ш-37, установленная на самолеты ЛаГГ-3, испытывалась в войсках. К тому времени подходили к концу государственные испытания и пушки НС-37.
30 декабря 1942 года по решению Государственного Комитета Обороны пушка НС-37, как более совершенная, была принята на вооружение. В течение трех месяцев удалось наладить ее серийное производство, в короткие сроки испытать на фронте, а уже весной 1943 года ею стали вооружать истребители ЛаГГ-3, Як-9т и штурмовик Ил-2. В своих воспоминаниях главный Маршал авиации А. Новиков отмечал, что немцы не располагали такой мощной пушкой. Ее высоко оценили и французские летчики авиаэскадрильи «Нормандия», которые в декабре 1943 года летали на самолетах Як-9Т.
С первых дней боевого применения на фронтах пушек НС-37 в наше конструкторское бюро стали приходить письма от летчиков-истребителей и авиационных командиров. В них высоко оценивалась пушка НС-37. До завершения Великой Отечественной войны было выпущено более 10000 этих пушек.
В результате изучения опыта боевого применения НС-37 в Центральном Комитете партии пришли к выводу о необходимости иметь еще более мощные крупнокалиберные пушки. И в июле 1943 года было принято решение о разработке 45-мм авиационной пушки для вооружения истребителей.
5 июля 1943 года, в первый день битвы на Курской дуге, вопросам реализации этого решения было посвящено специальное заседание, на котором присутствовали авиационные конструкторы, в том числе и автор этих строк. Выполнение задания было поручено КБ Шпитального и нашему.
Помню, с каким вдохновением, сознавая всю ответственность, возложенную на нас партией, взялись все сотрудники нашего конструкторского бюро за новое дело.
В течение одного года оба КБ, соревнуясь, разработали 45-мм пушки и боеприпасы к ним. По результатам испытаний на вооружение была принята: НС-45. Ее установили на истребитель Як-9К. Этот самолет, располагая столь мощным оружием, отлично проявил себя в заключительный период Великой Отечественной войны, и в частности в Берлинском сражении.
В целом же об авиационных пушках, состоявших на вооружении советской авиации во время Великой Отечественной войны, можно судить из приведенной таблицы.
На опыте развития авиационного вооружения как в предвоенные годы, так и в ходе борьбы с жестоким и сильным врагом мы вновь и вновь убеждались, какое благотворное влияние на непрерывное совершенствование авиационной техники оказывала постоянная забота Коммунистической партии и Советского правительства.
КОНЕЦ ОЧЕРКА.
НЕКОТОРЫЕ ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ:
Советский летающий танк А-40 «КТ» в 1942 году успешно полетел, но в бой так и не пошёл