- Муромцева сейчас нет, - сказал Орлов, поднявшись во весь рост и направившись к Сарычеву, который хоть и продолжал выпячивать грудь, но все же явно слегка струхнул. Из всех сотрудников «Золотой чаши» именно айтишник оказался и самым спортивным, и самым нахальным. Он уже несколько раз вступал в жесткий спор с Цициановым по поводу ящиков, валяющихся под ногами, и тот в конце концов заявил: «Я вижу Виктор, что в вас нет тонкости».
Сарычев тоже сразу понял, что никакой тонкости в Орлове нет. Поэтому ещё немного потоптавшись на пятачке возле двери, он ретировался, пообещав напоследок:
- Я ещё вернусь!
Когда за ним захлопнулась дверь, Фёдор пробормотал:
- Ждём – не дождёмся. – После чего отложил камеру и, засунув руки в карманы брюк, громко спросил: - Какого чёрта вообще происходит? Ванда, ты у нас главная сыщица, что скажешь?
- Скажу то, что уже говорила: пока мы не обезвредим главного гада, который охотится за боссом, босс не сможет вернуться. А вокруг «Золотой чаши» так и будут крутиться темные личности, как вот этот вот, Сарычев.
- И ведь обратите внимание, - воскликнул Цицианов, - Сарычев заявил, что у него украли именно проклятый гримуар, который купил Кудияров. Это ведь не случайность. Как же я хочу во всём этом разобраться…
- Давайте дождемся, пока приедет Варвара Олеговна со своим сотовым, - предложила Ванда. - Если сотовый в самом деле взломали, воспользуемся тем, что бандиты нас слышат, и подбросим им приманку, как и планировали. Вы, Виталий, пока что можете записать сообщение, которое Варвара Олеговна получит якобы от Муромцева. И подумайте, как отправить его так, чтобы телефон отправителя не отследили. По крайней мере, сразу.
- Айн момент! – воскликнул Орлов и практически в ту же секунду уткнулся в свой лэптоп. Клавиши мягко застрекотали.
Ванда между тем уселась в свое рабочее кресло и принялась крутиться то вправо, то влево, вспоминая события последних дней. Все свои поездки, разговоры с людьми… В какой-то момент кресло остановилось. Ванда замерла, уставившись на плакат с героями фильма «Касабланка», который висел на стене над столом киномана Фёдора. Хэмфри Богарт смотрел с плаката насмешливо и печально.
На самом деле, Ванда перестала крутиться, потому что вспомнила об одном малюсеньком несоответствии, за которым могло прятаться нечто грандиозное. Возможно… Возможно, она знает, кто её обманул. В конце концов, тот, кто играет по-крупному, чаще всего прокалывается на мелочах.
- В принципе, почему бы и нет? – пробормотала она. - Скорее да, чем нет.
Орлов сказал, что готов записать сообщение, только нужно сначала согласовать текст. Довольно быстро текст был составлен. Орлов прочитал его вслух: «Варвара Олеговна, я с поручением от Николая Николаевича. Он просил сказать, что ему необходимо срочно передать сотрудникам «Золотой чаши» один очень важный предмет, улику. Николай Николаевич будет ждать сегодня в пять часов вечера возле памятника Пушкину. Вы фигура заметная, так что сами не ходите, пришлите Ванду».
Встречу специально назначили довольно скоро, чтобы не дать врагам подготовиться как следует. Пусть импровизируют, тогда легче будет их вычислить и поймать.
Вскоре появилась Черноярова, которая вместо того чтобы выключить телефон, завернула его в тряпочку, а тряпочку прихватила канцелярской резинкой. Орлов посмотрел на бухгалтершу мрачно, но ничего не сказал. Потом приложил палец к губам, показывая всем, чтобы молчали. Встал и быстро вышел в коридор, унося с собой опасный предмет.
Через несколько минут вернулся и сказал:
- Да, Варвара Олеговна, вы у нас, оказывается, троянская лошадь. Жучок у вас стоит, вот ведь как.
- Какая же я лошадь? Да ещё троянская! Меня никто никому не дарил, - запальчиво ответила Черноярова. – Что ты с моим сотовым-то сделал? Разбил, что ли?
- Я похож на умалишённого, который топчет чужие мобильники? – удивился Орлов. – Кроме того, вы за ним ездили не для того, чтобы мы его сломали, а наоборот: чтобы использовали для передачи дезинформации противнику. Да не переживайте вы так. Я отдал его охраннику ненадолго, пока мы обо всем договоримся.
Фёдор повернулся к Ванде и спросил:
- Ну, так что? Твой друг Стас нас подстрахует? Кстати, Стасу я доверяю, как себе, он боец проверенный.
- Конечно, подстрахует, - ответила Ванда. – Я ему уже написала. Он приедет сам и возьмет товарища.
- Так я запускаю «утку»? – потёр руки Орлов. – Очень волнуюсь, хотя всё это похоже на какую-то забаву.
- Хороша забава, – Ванда покачала головой. – Тетерников мёртв, его сиделку задавила машина, босс исчез, Влада избили, меня хотели проткнуть отвёрткой…
- Да ладно вам, - у Орлова вытянулась физиономия. – Это я просто так сказал.
- Нам ещё младшего босса нужно уговорить, - напомнила Ванда. – А то запустим «утку», а он возьмет и откажется изображать Николая Николаевича.
- Так звони ему, Вандочка, - почти что простонала Черноярова, которую очень сильно выбила из колеи обнаруженная прослушка.
Ванда вздохнула и набрала номер Влада. Разговаривать приходилось под пристальным наблюдением коллег, поэтому она повела разговор, стараясь казаться уверенной и спокойной.
Сначала Влад заявил, что они всё плохо придумали. Но поскольку альтернативного плана предложить не смог, в конце концов согласился сыграть роль своего старшего брата. «Если меня убьют, Ванда Горелик, вы больше никогда не выспитесь как следует, потому что я буду являться вам в кошмарах», - пообещал он.
Итак, пришло время приступить к спектаклю.
Сначала Орлов отправил «утку» на телефон Чернояровой с какого-то кривого номера. Потом сходил за телефоном к охраннику, принёс его и отдал владелице.
Однажды Черноярова хвасталась, что в молодости играла на сцене. Если и так, то из театра её наверняка выперли, потому что притворяться она не умела вообще. Когда Орлов отдал ей телефон, она громко и совершенно ненатурально воскликнула радостным голосом:
- Ой, а мне тут сообщение пришло! Прослушаю-ка я его.
Пока она слушала, все с тревогой смотрели на неё, опасаясь, что она что-нибудь ляпнет в своем духе, а потом будет страдать и обмахиваться тетрадкой. Но нет, Черноярова, продолжая держать сотовый в руке, во всю мощь своих лёгких сообщила коллегам, что ей передали весточку от любимого босса. После чего понесла какую-то отсебятину, от которой у Цицианова случился приступ немой ярости.
Все остальные справились со своими репликами гораздо лучше. Они вполне правдоподобно обсудили так называемую весточку и велели Ванде собираться в поход. Давали ей советы, просили узнать у Муромцева, что случилось, и всё такое прочее.
В конце концов, Черноярова по своему обыкновению спрятала телефон в косметичку, косметичку убрала в сумку, а сумку закрыла на молнию. Плюхнулась на стул и стала отдуваться, как будто только что выскочила из парной.
Ванда посмотрела на часы и сказала:
- Если брать время с запасом, то мне пора ехать. Так что пожелайте мне ни пуха, ни пера.
Она уже почти что дошла до лифта, когда её догнал Фёдор.
- С тобой поеду, - сказал он. – Мало ли что. Стас, конечно, сила, но я тоже могу пригодиться. Мы в текст сообщения вставили слово «улика». Если бандиты, обчистившие Тетерникова, и в самом деле убили сиделку…
- А может быть, и самого Тетерникова, - подхватила его мысль Ванда. – Конечно, поедем вместе, я не возражаю.
От волнения Ванду даже начало подташнивать. Она понимала, что они затеяли авантюру. Но коллеги единогласно решили, что обращаться в полицию без санкции Муромцева нельзя. Полиция любит конкретные заявления, подкреплённые фактами. А у них одни догадки.
Бронзовый Пушкин, чуть склонив голову, задумчиво взирал на прохожих, которые бродили мимо постамента, вовсе не глядя на поэта, к чьему величавому присутствию давно привыкли. Лишь туристы время от времени фотографировались на его фоне, принимая самые причудливые позы.
Фёдор не стал светиться рядом с Вандой и, купив себе мороженое, скрылся из виду, собираясь вернуться ровно к пяти. Ванда решила, что как хорошая помощница она вполне могла прийти на место встречи заранее, поэтому топталась возле памятника, взволнованно озираясь по сторонам.
Ванда была уверена, что Стаса еще нет, она бы его заметила, потому что он высокий и мощный, недаром в школе у него была кличка Бензовоз. Однако получила от него сообщение: «На месте, вижу тебя. Мой человек ведёт Влада от подъезда его дома, всё тип-топ».
Как будут дальше развиваться события, Ванда могла только воображать. Если враг Муромцева узнал об этой встрече благодаря прослушке, он либо явится сам, либо пришлёт исполнителя, чтобы отобрать «улику» или убить самого Муромцева. Но какой способ он изберёт? И как от него защититься?
Ванда полагалась на то, что Стас, участвовавший в сотнях военных спецопераций, часто секретных, справится и на этот раз. Наверное, когда Влад выйдет из метро и направится к Ванде, кто-то из прохожих метнётся к нему, а Стас с товарищем его перехватят. Да и Фёдор где-то поблизости и тоже начеку.
Один из законов Мёрфи гласит: ничто не бывает таким простым, как кажется вначале. Наверное, согласно этому закону всё произошло совсем не так, как Ванда себе представляла.
Она заметила Влада практически сразу, как только тот вышел из подземного перехода. Он шел спокойно, чуть опустив голову. Козырёк скрывал верхнюю часть его лица. Ванда успела подумать, как сильно он похож на старшего брата…
И тут услышала позади себя характерный размеренный стук трости - он приближался. В голове Ванды мелькнула мысль о том, что преступника ей вычислить всё-таки удалось. Она стремительно обернулась – и нос к носу столкнулась с Анной Михайловной.
Администратор аукционного дома «Бабушкин чердак» смотрела на нее широко отрытыми голубыми глазами. В лучах послеполуденного солнца они казались почти стеклянными. На губах ее застыла едва заметная улыбка – жестокости и превосходства. В одной руке Анна Михайловна держала свой длинный зонт. В другой – какой-то предмет, который Ванда заметила лишь краем глаза.
Анна Михайловна чуть отвела руку назад… Двое туристов, которые только что, оживленно переговариваясь, фотографировали группку нарядно одетых женщин, в тот же миг оказались возле неё. Взятая в «коробочку», Анна Михайловна не смогла завершить задуманное, её в буквальном смысле слова поймали за руку.
Она пыталась сопротивляться и выронила зонт, а потом хотела отбросить от себя предмет, который держала в руке. Оказалось, что это маленький шприц, наполненный желтоватой жидкостью. Один из мужчин схватил ее за руку, не давая разжать пальцы. Ванда не могла оторвать от взгляда от иглы, на кончике которой висела мутная капля.
Ванда смотрела на каплю, на побелевшие ногти Анны Михайловны и не двигалась. Ей казалось, что время остановилось, хотя действо длилось буквально несколько секунд.
Наконец, звуки и запахи снова начали проникать в её сознание. Оказалось, что Стас уже стоит рядом с Вандой и обнимает её за плечи.
- Дела-а-а, - протянул он. - Не вмешивайся, Ванда, работает полиция.
Сотрудники правоохранительных органов, задержавшие Анну Михайловну, не обращали внимания ни на Ванду, ни на Стаса, ни на стремительно подошедшего к ним Влада. Они быстро увели свою подопечную к неприметной машине, приткнувшейся к бордюру на краю ближайшей стоянки. Патрульные ДПС, прогуливавшиеся по краю проезжей части, издали наблюдали за ними, словно подтверждая тот факт, что операцию по задержанию администратора аукционного дома провела именно полиция.
- Почему эта чёртова кукла нацелилась на тебя? – воскликнул Стас, продолжая обнимать Ванду за плечи. – Ты сказала, она нападёт вот на этого парня.
Он подбородком указал на Влада, который подошел вплотную и как раз стягивал с головы бейсболку.
- Я вообще не понял, что сейчас произошло, - заявил тот, избавившись и от тёмных очков тоже. Сердито посмотрел сначала на Ванду, потом на Стаса. – Так меня будут убивать или нет?
- Никого не будут убивать, - ответил Стас и протянул руку для знакомства.
Пока мужчины обсуждали случившееся, Ванда стояла, словно заколдованная. Звуки улицы казались далёкими, люди виделись расплывчатыми цветными пятнами. Только один вопрос бился в голове девушки: почему шприц был направлен на неё?
Скорее всего, Анна Михайловна собиралась издали показать нацеленный на Ванду шприц появившемуся Муромцеву. Чтобы тот понял - если он не отдаст ей свою «улику», да ещё попытается привлечь чье-то внимание, Ванде конец.
Будь это ее настоящий босс, и будь у него в руках настоящая улика, он, конечно, отдал бы её этому монстру в юбке, не раздумывая. Ванда ни секунды в этом не сомневалась.
- Ей бы коньячку выпить, - донёсся до неё голос Влада. – А то она что-то побледнела.
- «Она» в полном порядке, - ответила Ванда, тряхнув головой.
Из-за спины Стаса вынырнул Фёдор, держа в поднятой вверх руке свой телефон. Вероятно, он давно уже был рядом, но Ванда его просто не заметила.
- Ребята! – воскликнул Фёдор. – Только что звонил Цицианов. Сказал: Карлсон вернулся.
- Какой Карлсон? – не понял Влад.
- Брат ваш, Николай Николаевич. Приехал в офис собственной персоной.
- Серьёзно?! – Влад так удивился, как будто такой исход дела ему вообще никогда в голову не приходил. – И что же он там делает?
- Орёт на Черноярову, - засмеялся Фёдор и впервые за все время, что Ванда его знала, отбросил чёлку с лица. Лицо было счастливым.
Продолжение:
Начало всей истории о Ванде: