Вспоминаем подробности похода советской дизель-электрической подводной лодки проекта 641 под командованием капитана 2 ранга Ивана Николаевича Паргамона (в будущем - контр-адмирала). Лодка в августе 1960 года была отправлена в дальний поход на полную автономность в Атлантику с задачей пройти вдоль Африки, пересечь экватор, дойти до острова Святой Елены и после выполнения определенных действий вернуться в базу, на Северный флот. Поход оказался не простым и для механизмов, и для экипажа - металл не выдерживал (иногда требовалась сварка), люди выдержали. Слава советским подводникам!
Окончание, НАЧАЛО ЗДЕСЬ и ВОТ ТУТ
После экстремальной сварки на глубине (см.предыдущую статью, ссылка выше) автономный Б-94 поход продолжался, и лодка неумолимо приближалась к экватору. В экваториальной зоне зафиксировали полное отсутствие каких-либо проходящих судов, воздушная обстановка также оставалась спокойной. И советской дизель-электрической подводной лодке уже не приходилось, как было в Северной Атлантике, соблюдая скрытность плавания, часто уклоняться от самолетов и надводных целей срочным погружением на глубину. Появилась возможность идти в надводном положении более продолжительное время, экономя электроэнергию и запасы регенерации.
При прохождении экватора командир лодки- капитан 2 ранга Иван Николаевич Паргамон разрешил команде отметить праздник Нептуна. Изготовили соответствующие тропические экваториальные костюмы и доспехи, сделали самодельную печать Нептуна, "выписали" удостоверения за его подписью о пересечении экватора, которое и было вручено каждому члену экипажа в "тот самый момент". Экипаж не остался в стороне от такого "мероприятия" - матросы, старшины и офицеры подготовили концерт художественной самодеятельности, выступали с номерами на экваториальную тему, читали юмористические стихи, отражающие быт, успехи и негативные стороны подводной жизни. Все в традиционном стиле- "как умели, как учили", уверен - и "Боевой листок" выпустили, и "Молнию", ))) (кто в теме - тот поймет). В кормовом отсеке лодки была имитирована «купель», в которой побывал каждый член экипажа, именно после этого купания и вручалось удостоверение! Праздник прошел на славу, удалось добиться главного - снизить уровень нервного напряжения у экипажа. Отпраздновав праздник Нептуна лодка продолжила плавание уже в Южном полушарии.
Командир постарался использовать новый, ранее неизвестный район для подготовки офицеров. Определяя место корабля по Солнцу и звездам, штурманы и вахтенные офицеры впервые наблюдали светила и звезды в Южном полушарии земного шара, учитывая при этом особенности астрономической практики в других условиях.
Как вспоминал сам Паргамон: "...Для определения местонахождения судна по Солнцу и звездам были организованы три группы по 3 человека, которые попеременно измеряли высоты и азимуты светил. После этого лодка погружалась на глубину, где проводились расчеты координат места по астрономическим таблицам. Координаты всех определений наносились на карту, и выводилось среднее значение местонахождения, которое и принималось к дальнейшему и путеисчислению".
Такое интеллектуальное занятия заинтересовало и самих офицеров. Штурманы Б-94 так увлекли офицеров этим нужным занятием, что в группу «наблюдателей светил» вошли даже инженер-механики и корабельный врач. Получилось так, что такое своеобразное соревнование на лучшее определение места корабля не только способствовало повышению точности определенных координат, но и в какой-то мере снимало психологическую нагрузку, возраставшую с каждым днем.
Приходилось планировать и проводить другие мероприятия, чтобы личный состав "не заскучал". Чего только не сделаешь для поддержания рабочей обстановки - проводились диспуты по прочитанным в походе книгам, принимались зачеты у вахтенных офицеров по определению лучших по знанию устройства лодки, по силам и средствам вероятного противника, по морскому театру. Проводились соревнования по определению лучшего рулевого-горизонтальшика (в нем участвовали и вахтенные офицеры) и многое другое, снимающее психологическую нагрузку при длительном плавании, в условиях многих ограничении активной жизнедеятельности.
Мы прошлый раз отметили тот факт, что у же в походе командир Б-94 лишился своего заместителя по политической части, и теперь его отсутствие сказывалось достаточно сильно. Да, и роль и задачи замполитов в тот период сейчас оцениваются достаточно критично, в комментариях прозвучали мнения, что эти офицеры "ничего не делали, путались под ногами". Но представьте - вы командир, и на вас не только ваши обязанности, но и обязанности по работе с личным составом, в том числе проведение мероприятий, которые раньше выполнял другой офицер.
Паргамон честно признался тогда: "...При различных отношениях некоторых товарищей к роли политработника на корабле, в походе его отсутствие было весьма заметно. На меня, командира лодки - легла задача по выполнению его обязанностей, особенно в создании благоприятной моральной обстановки, организация и проведение воспитательной работы. Пришлось, используя комсомольский актив, организовывать выпуск боевых листков, дружеских шаржей, политинформации. Как показал опыт длительного плавания, значение высокого уровни воспитательной работы трудно переоценить....". У каждого свой опыт работы с офицерами такого профиля - я высказал свое мнение: когда они занимаются своей работой - их вклад в общее дело значительный.
Дни плавания в Южном полушарии проходили достаточно спокойно, по определенному распорядку с проведением занятий по специальной подготовке, тренировок и учений на боевых постах, корабельных учений. Проводились занятия, групповые упражнения и тренировки офицерского состава по тактической подготовке. Все это способствовало успешному выполнению задач. Но были и необычные задачи.
По программе государственных испытании подводной лодки нового проекта (проект 641), во время полной автономности (90 суток) в Южном полушарии необходимо было выпустить практическую торпеду с целью определения исправности всей лодочной системы обеспечения торпедной стрельбы и работы гироскопа, управляющего курсом торпеды на заданной глубине хода. Торпеда была приготовлена к выстрелу, установлена полная дальность хода, по прохождении которой ПЗО (практическое зарядное отделение) не продувалось, и торпеда, имея отрицательную плавучесть, самозатоплялась.
Установив, что в районе стрельбы не было ни каких судов, заняв заданную точку, Б-94 произвела учебную торпедную атаку. Торпеда пошла по заданному направлению, ход ее фиксировался гидроакустиком по шумопеленгаторной станции. Отклонений от заданного курса не наблюдалось, гироскопическая система работала надежно, и, пройдя заданную дальность хода, торпеда затонула.
Для справки: так описал описание пуска торпеды командир Б-94 Паргамон И.Н., вполне допускаю, что среди читателей найдутся такие, кто скажет: "Этого не может быть", "Не верю", "Я тоже там был - мне это было запрещено" и т.д. Мне нечего добавить к написанному, когда нибудь "там" встретимся с Иваном Николаевичем, спросим, уточним.
Это испытание, впервые проведенное за экватором, показало, что все системы управление торпедной стрельбой, торпедные аппараты, сама торпеда были исправны и боеспособны, а боевые возможности лодки, несмотря на длительность плавания, подтверждены на практике. Вот и славно!
К этому времени, шел уже третий месяц по хода, маршрут проходил вдоль западного берега Африки до 30° южной широты (Ангола, остров Святой Елены). С приходом в точку поворота лодка легла на курс в западном направлении и продолжала следовать по заданному маршруту.
Вскоре справа по траверзу Б-94 миновала остров Святой Елены, узником которого был когда-то Наполеон, маршрут продолжался в западном направлении в сторону Бразилии. До поворота на Север оставалось уже совсем немного времени, и вот "долгожданный поворот "на север"! Большая часть пути уже была пройдена, и счетчик лага начал отсчитывать мили возвращения.
Казалось бы впереди холодные северные воды, здесь теплые экваториальные, но при следовании в северном направлении у моряков-подводников с Б-94 поднялось настроение, ведь они начали возвращение к родным скалистым берегам Заполярья, в родную базу, где их ждали жены, дети, родители, невесты. Но легче не стало, может даже наоборот.
Как вспоминал Паргамон: "...Время тянулось очень медленно, моряки начали проявлять элементы раздражительности, «несовместимость характеров в бытовых стесненных условиях, негативную реакцию на «подначки», характерные для моряков, на которые они ранее реагировали по-другому. У многих появилась тяжело переносимая бессонница. Некоторые помногу дней не спали, а заснув, быстро просыпались. Сказались долгие дни напряженного похода, ответственности и физиологической нагрузки при выполнении служебных обязанностей у офицеров".
Думаю, опытные подводники из числа читателей канала подтвердят, что в таких условиях резко снижалась реакция мышления, увеличивается усталость, проявляется безразличие. А все это может привести к снижению бдительности при несении вахт вахтенными офицерами, матросами и старшинами. И командиру и офицерам Б-94 допустить такого было никак нельзя, ибо самая большая беда для подводников - безразличие и самоуспокоенность самомнение, что «мы - все умеем...все знаем», пройдя столько миль надводного и подводного плавания. «Зазнайство», самоуверенность, упрощение могут привести к большим неприятностям на последнем этапе плавания (похода, учения). Последние дни плавания — самые трудные!
И Паргамон, как командир корабля, прекрасно это понимал и помнил уроки подводников, которые ему передавали участники боевых походов в войну. Из истории боевой деятельности лодок было известно, что большинство аварий, поломок и даже их гибели приходилось на период возвращения в базу, после выполнения боевых задач.
Вот и пришлось снова проводить мероприятия по усилению бдительности несения вахт, по снятию психологической нагрузки, акцентируя внимание людей на повышение ответственности на заключительном этапе плавания. И это в итоге дало положительный результат. В конце третьего месяца плавания лодка уже находилась в Баренцевом море. Это было в начале ноября 1960 года. Экипаж уже мог полной грудью дышать воздухом полярного моря, когда лодка всплывала в надводное положение для зарядки аккумуляторной батареи и определения своего места.
Настроение у экипажа стало бодрее. У специально вывешенной карты маршрута, где каждые 12 часов отмечалось место лодки, собиралось все больше подводников, ждущих скорой встречи с берегом. На индикаторе радиолокационной станции можно было видеть береговые очертания полуострова Рыбачий, а вскоре и проблески маяка Цып-Наволок. И вот 6 ноября 1960 года, на 96-е сутки похода, лодка вошла в родную Екатерининскую гавань в Полярном и ошвартовалась у причала. Под звуки духового оркестра на стенке были построены экипажи подводников, на мачтах лодок, плавбаз и кораблей развевались флаги расцвечивания в честь возвращения Б-94. Но судя по всему на это раз обошлись без поросенка, )).
Командир Б-74, сойдя на берег, рапортовал командованию о выполнении задания, о готовности корабля и экипажа выполнить последующие задачи. И "новая последующая задача" сразу же была найдена,)). Б-94 получила указание после праздников (все таки 7 ноября в 1960 году - это 7 НОЯБРЯ!) выйти на стрельбу боевой торпедой по одному из мысов Мотовского залива. Цель стрельбы: проверка боеспособности торпеды, хранившейся три месяца в торпедном аппарате. И эту задачу экипаж Б-94 тоже выполнил. Залп боевой торпеды увенчался мощным взрывом, сработало боевое зарядное отделение торпеды. И на этот раз это был уже последний и заключительный этап испытаний головной подводной лодки проекта 641.
Всего за три месяца лодкой было пройдено 26000 миль, из них одна треть - в подводном положении. Этот поход «Б-94» доказал высокие боевые качества и технические возможности новой лодки, положившей начало комплектования 4-й Краснознаменной ордена Ушакова эскадры подводных лодок СФ. И это был не последний дальний поход лодок этого соединения, тогда всё только начиналось.
Sic transit gloria mundi