-У нас всё есть, как в Греции, даже лучше!
-А почему лучше? – это было спрошено ради голимого интереса.
-Потому, что больше, ширше, глыбже и обширнее! – важно произнесла Настасья, которая приволокла к машине два старых шерстяных одеяла и одно древнее, но целое и чистое покрывало.
-А знаешь, что самое забавное? – тихонько спросила она.
-Что? – Петровский примерился и выбрал покрывало – оно больше.
-Что мама уже всё это нам приготовила. И стопку старых полотенец – чтобы пса и котёнка вытереть, когда мы их обратно привезём и вымоем, и тазики – как миски для пса, и блюдечки для кошеньки, и подстилки им…
-Эээ? – удивился Дмитрий. – Ну вот откуда она знала?
-Она сказала, что сразу поняла, что мы их не прогоним.
Петровский усмехнулся – с тёщей он ладил расчудесно, понимал, что ему отчаянно повезло с мамой жены, которая воспринимала его, скорее, как сына, чем как что-то чужеродное и подлежащее низведению и растерзанию.
-А мы-то с тобой переживали…
-И не говори! – Настасья ощущала себя странно – как в детстве.
Словно это ей разрешили завести разом много-много счастья! Да, разумеется, серьёзная, взросла и прагматичная часть натуры продумывала грядущие проблемы и трудности, но вот это детское ликование её просто переполняло!
Именно оно подтолкнуло её подойти к растерянному псу, который, кажется, очень боялся поверить в то, что их не выгоняют, присесть рядом на качели и погладить его:
-Ты не бойся! – шепнула ему Настасья, - Мы вас не бросим, вы у нас жить будете.
Она не очень-то верила в то, что пёс как-то среагирует на её слова, но он с трудом развернулся, заглянул ей в лицо, а потом взял и положил лохматую морду, похожую на жесткую растрёпанную половую щётку ей в ладони.
-А вот так вот… Принимай и владей! – подумала Настасья, с трудом сдерживаясь, чтобы не расплакаться – она вообще не любила делать это на людях. – Можно сказать, доверил всего себя!
Рядом сопела Маришка, прижимаясь к боку и наглаживая разомлевшую от ласки и сытости кошечку, пёс норовил закрыть глаза и, кажется, собирался уснуть – видимо, ужасно перенервничал, изголодался и устал, вот и расслабился разом, а через балясины веранды на всё это смотрел Петровский и широко улыбался – он нечасто видел свою обычно собранную и боевитую супругу в таком настроении.
-Так, граждане, нам бы к ветеринару съездить! – напомнил он коллективу на веранде. – Маришка, поедешь с нами?
-Конечно! – с готовностью вызвалась дочь, и это, кстати, был подвиг – в машине её сильно укачивало.
Пёс долго не мог уяснить, зачем ему надо лезть в багажник? Нет, с хозяином он ездил, конечно, но в салоне, у того человека была совсем другая машина. А тут… зачем?
Острое подозрение, что его собираются отвезти подальше и выкинуть, напрочь снесло всю блаженную расслабленность, в которую он чуть было не провалился совсем и окончательно.
Первую главу книги можно найти по ссылке ТУТ
Все мои книжные серии можно найти в Навигации по каналу. Ссылка ТУТ
Все фото в публикациях на канале взяты в сети интернет для иллюстрации.
-Да не бойся ты! – уговаривала его Настасья, а потом, переглянулась с мужем: - Наверное, его как-то так выбросили – из машины. Полно же таких случаев.
-Похоже на то, - согласился Петровский.
-Ладно, давай я его в салон возьму. Ты мне кресло отодвинь подальше, меня и пол застелим покрывалом, и я его у ног посажу.
Дмитрий посомневался было в необходимости застеливания покрывальцем его супруги, но спорить не стал. Как выяснилось, очень правильно, потому что пёс согласился ехать в машине только сидя сусликом и уложив очень грязную переднюю часть тела на Настины колени – видимо, так было не очень страшно.
-Так, а как с котёнком быть? – озаботился Петровский.
-И очень просто! – важно заявила Маринка, усаживая крохотную кошечку между передних лап пса. – Лешик её друг, так что она тут и доедет.
И, кстати, она оказалась права – котёнок замер между лапищ Лешика, уткнувшись мордочкой в его шерсть, и даже не пробовал куда-то бежать.
В ветеринарной клинике Лешеку сделали рентген и их обрадовали:
-Нет-нет, это не перелом, видите на снимке кости целы? Конечно, тут сильнейший ушиб, обширная гематома. Видимо, камень швырнули или палкой попали, а потом у него не было возможности отлежаться, ещё и натрудил лапу. Ему нужны несколько дней ограниченной нагрузки, хорошее питание, витамины – наскитался он знатно – всё рёбра можно пересчитать, да и явно простужен был, похрипывает.
Псу делали уколы, отчего на его морде косматой возникало выражение панического ужаса – он косился на ветеринара, смешно зажмуривался и складывал уши, но не пытался как-то укусить или вырваться, причём, Петровский был уверен, что это не из-за намордника, который ему купили и надели сразу же.
-Да, он молодой совсем, месяцев семь - семь с половиной, - рассказывала врач.
-А котёнок?
-Около трёх, но мини-вариант. Недокормыш – мелковатая для этого возраста. Тоже истощена и подпростыла, ещё бы, погода-то какая была. Но это мы легко подлечим.
-А у вас, случайно, грумера сегодня нет? – Петровский не представлял себе, как в дачных условиях вымыть простуженную и травмированную собаку.
-Нет, у неё сегодня выходной, но у меня помощница с удовольствием вымоет вам пса, всё равно сейчас у нас никого нет.
Так и получилось, что на обратно дачу приехал чистый-пречитый, благоухающий чем-то приятным Лешик, свернувшийся на застеленным пледом заднем сидении рядом с Маришкиным детским креслом, у него на боку лежала его личная миникошь, тоже вымытая и высушенная, а в багажнике ехало огромное количество всякой зоологической всячины.
-Ладно тебе развлекаться, - хмыкал Петровский, - Тебе, по-моему, тоже приятно было!
-Если честно, то да! Сама удивилась.
Знали бы они, что это состояние удивления с ними останется теперь надолго…