Часть 3: Голос и сила
Предыдущие части:
Рядом соседствовали вещи, которые, казалось, просто не могли существовать в одном пространстве: рядом с дымящимся чайником стоял включённый компьютер, вдоль стен висели пучки трав, а на полках стояли десятки стеклянных баночек и склянок, напоминающих те, что она видела в кабинете химии.
Кирилл, заметив её изумлённое выражение лица, громко рассмеялся. Бабушка Дарья с гордостью обвела руками свою «лабораторию» и с улыбкой заявила:
— Ну что, впечатлилась? Вот такая я — модерновая Баба-яга!
Маша не знала, смеяться ей или удивляться дальше. Но впервые за долгое время ей стало чуть-чуть легче.
— Не суди обо мне только по тому, что я живу в лесу, — пробормотала бабушка Дарья, внимательно глядя на Машу. — Я сама выбрала такой путь — подальше от городской суеты, поближе к природе.
— А ещё бабушка Дарья защитила докторскую диссертацию по травничеству, и не одну, — усмехнулся Кирилл. — Люди со всей страны приезжают к ней за советами и лечением.
— Она помогла мне, — добавил он после паузы.
Бабушка Дарья бросила на него лукавый взгляд.
— Да, да… Лекарства, травы — всё это поставило тебя на ноги, — проворчала она. — Но, увы, не смогло привести в порядок твою голову.
Кирилл прищурился, хотел было что-то сказать в ответ, но старуха резко оборвала его:
— Если ты не готов слушать, разговор будет коротким. Оставь девочку и уходи. Мы справимся без тебя.
Кирилл усмехнулся и подмигнул Маше, мол: «Ну, видишь, какая она бойкая».
Он уже собирался уходить, но, прежде чем выйти, присел на корточки рядом с Машей и бережно вытер с её щёк выступившие слёзы.
— Не бойся, — негромко сказал он. — Бабушка Дарья не причинит тебе вреда. А мы с Громом скоро заглянем в гости, вот увидишь. К тому времени ты обязательно начнёшь говорить.
Но, несмотря на его слова, Маша всё же побледнела, когда поняла, что остаётся одна в доме со старухой.
Дарья внимательно посмотрела на неё, затем неожиданно шагнула вперёд и крепко обняла за плечи.
— Жизнь к тебе была жестока, — сказала она тихо. — И ты разучилась доверять людям. Когда-то таким же был и Кирилл… Он тоже пришёл в этот лес после больших потрясений. Я смогла вылечить его тело, но не его душу.
Она немного отстранилась, изучающе глядя в Машины глаза.
— И вот теперь я смотрю на тебя и думаю: а может, твоя миссия — исцелить себя самой?
Маша не сразу поняла, что именно она имеет в виду. Она молча взглянула на бабушку Дарью, а та вдруг улыбнулась:
— Ладно, пойдём пить чай.
Она жестом указала на корзину с ягодами.
— Ягоды, кстати, пригодятся. Ты их любишь?
Маша кивнула, но в этот момент Дарья взглянула на её испачканные губы и пальцы и хохотнула:
— Да вижу, что любишь!
Маша вдруг почувствовала, что тоже едва сдерживает улыбку.
— Ну что же, бери чашки, они вон там, в шкафу, — кивнула старуха.
Маша послушно потянулась к дверце шкафа, открыла её — и ахнула. Там стоял целый сервиз, сделанный из тончайшего прозрачного фарфора.
— Ого… — выдохнула она.
— Неси чашки сюда, барышня, — улыбнулась бабушка Дарья. — Чай ждёт.
— Они предназначены для того, чтобы из них пили, а не для созерцания, — с улыбкой заметила бабушка Дарья.
Тем не менее, Маша осторожно взяла чашки, держа их двумя пальцами, словно боясь повредить такую красоту.
Но стоило сделать первый глоток, как её напряжение начало рассеиваться. Чай был невероятным: ароматным, насыщенным, с лёгким привкусом лета и трав. С каждым тёплым глотком ей становилось легче, страхи и тревоги постепенно растворялись.
Маша подняла глаза на бабушку Дарью, сидевшую напротив, и та улыбнулась ей:
— Ну как, правда волшебный?
Девочка застенчиво кивнула и тоже улыбнулась в ответ.
— Ты когда-нибудь слышала о живой воде? — неожиданно спросила Дарья.
Маша задумалась, а потом снова кивнула. Конечно, слышала — в сказках.
— Ну, у нас здесь есть своя живая вода, — продолжила целительница. — Но она помогает только тем, кто сам готов исцелиться. Ты готова, верно?
Маша кивнула ещё раз. Теперь бабушка Дарья уже не казалась ей страшной. Напротив, в ней было что-то необыкновенно доброе.
— Очень хорошо, — одобрила её старуха. — Допьём чай, вымоем посуду, а потом прогоним из тебя твою болезнь.
Маша вопросительно посмотрела на неё. Как это — прогнать болезнь? Но, как бы странно это ни звучало, она решила не бояться.
«Всё равно хуже, чем с мачехой, уже не будет...»
После того как они убрали со стола и вымыли посуду в глубокой деревянной ванне, бабушка Дарья повела Машу по тропинке через поле.
Девочка с любопытством рассматривала травы и цветы, которые встречались на их пути. В какой-то момент она сплела красивый венок из полевых цветов и, под одобрительным взглядом бабушки, надела его на голову.
— Красиво, — похвалила её спутница.
Маша почувствовала, как у неё на душе стало немного легче.
«А вдруг всё-таки это сказка?» — мелькнуло у неё в голове.
Впервые за долгое время ей захотелось в это поверить.
Тропинка вывела их к реке. Вода в ней была кристально чистой, так что даже облака, плывшие по небу, отражались в глубине, будто и в самом деле скрывались под водой.
Маша стояла на берегу, зачарованно глядя вниз, и вдруг почувствовала себя невесомой, словно пёрышко, унесённое ветром.
Тем временем бабушка Дарья, не говоря ни слова, сняла свой жакет и юбку, оставшись в простой, чуть ниже колен, белой рубашке. Когда она выпрямилась, Маша с удивлением заметила, что бабушка вдруг показалась ей не такой уж старой.
Поколебавшись, девочка тоже сбросила одежду и осторожно коснулась кончиками пальцев воды. Она оказалась прохладной, но не ледяной, а какой-то... живой.
— Будь храброй, девочка моя, — твёрдо сказала бабушка Дарья, стоя позади неё. — Иначе вода не захочет унести твою боль.
Маша сделала один шаг, затем ещё один… но вдруг её ноги подкосились. Она взмахнула руками, теряя равновесие, и раскрыла рот в беззвучном крике.
И тут… Из её горла вырвался слабый, приглушённый звук:
— А-а-а…
Бабушка Дарья, уже шагнувшая в воду следом, резко остановилась, всплеснула руками и быстро пробормотала что-то себе под нос.
— Как с гуся вода… — донеслись до Маши её слова.
И тут… страх внезапно покинул её. Её дыхание выровнялось, ноги наконец нащупали дно, и она поняла:
«Мне просто нужно было сделать шаг.»
— Попробуй сказать что-нибудь, — потребовала бабушка Дарья, прищурившись. — Или… спой!
Маша напряглась, собрала все силы и попыталась произнести что-то ещё.
— А-а-а… — снова сорвалось с её губ.
Голос всё ещё был слабым, хриплым, почти неуправляемым. Но теперь она знала: он вернётся!
— Молодец, — похвалила её бабушка Дарья, одобрительно кивая. — Река приняла тебя и согласилась помочь. Приходи сюда каждый день — и увидишь, что скоро всё будет, как прежде.
Маша почувствовала странное облегчение. Она даже не хотела выходить из воды, радостно плескалась, ощущая лёгкость и свободу.
— Держи! — бабушка Дарья вдруг бросила ей венок из полевых цветов. — Подари его реке в знак благодарности за исцеление.
Маша провела пальцами по мягким лепесткам, потом осторожно опустила венок на поверхность воды и позволила течению унести его прочь. Волны подхватили подарок и понесли его вместе с отражёнными в воде облаками.
Маша проследила за ним взглядом и… улыбнулась. Впервые за долгое время мир вокруг не казался таким мрачным и жестоким.
Когда она выбралась на берег, заметила, что её кожа покрылась небольшими мурашками, а тело дрожало от прохлады.
— Вот, давай-ка сюда, — заботливо проговорила бабушка Дарья, закутывая Машу в тёплое, пушистое полотенце.
Обратный путь по тропе оказался совсем другим. Откуда не возьмись появился волк Гром, который был полон энергии, бежал впереди, весело срывая травинки и кружа вокруг, как озорной щенок. Бабушка Дарья тоже выглядела довольной, а её лицо внезапно показалось Маше моложе.
Когда они вернулись в хижину, Маша вдруг почувствовала… голод. Она осторожно взглянула на бабушку, которая устроилась в постели и читала какую-то старую книгу.
«Как бы сказать…»
Она тихо пробормотала что-то невнятное, пытаясь привлечь к себе внимание. Но бабушка даже не обернулась. Либо не услышала, либо была слишком поглощена чтением.
Маша попробовала снова: приложила руку к животу, затем чуть громче простонала.
— Не хнычь, — спокойно проговорила бабушка Дарья, не поднимая глаз от книги. — Говори словами.
Маша замерла. Она вдруг осознала: она больше не хочет молчать.
Но как… говорить словами?
— Ты не знаешь, как это сделать? Значит, многого не нужно, — спокойно заметила бабушка Дарья, увидев замешательство Маши.
Маша очень старалась. Она чувствовала, как звуки будто клокочут внутри неё, но не хотят выходить.
«Как же заставить их выйти?»
Она представила, что звуки — это бильярдные шары, застрявшие внутри её горла. Нужно лишь ударить по ним невидимым кием и заставить выкатиться наружу.
Мысленно она сосредоточилась… взяла три шара… подтолкнула их вперёд…
И вдруг слова сорвались с её губ:
— Я… мо…гу…
Бабушка Дарья перестала читать, отложила книгу в сторону и с тёплой улыбкой погладила Машу по голове.
— Очень хорошо, — похвалила она. — Всё будет в порядке, если ты продолжишь стараться.
Маша глубоко вдохнула, чувствуя, как сердце стучит от волнения. Она только что заговорила!
— А теперь давай поедим, — сказала бабушка Дарья, вставая с кровати. — Возьми миску и иди на задний двор. Там у меня куры — собери яйца, мы пожарим их.
Несколько минут спустя Маша уже стояла во дворе.
Вокруг бродили куры всех цветов, а чуть поодаль важно разгуливал ярко-раскрашенный петух.
«Как же это интересно, собирать яйца!» — подумала она.
Она осторожно подобрала пять яиц и, с чувством триумфа, вернулась в дом.
— Молодец, — улыбнулась бабушка Дарья.
Вскоре хижина наполнилась восхитительным ароматом жареных с салом яиц. Маша ела с аппетитом, до последней крошки вытирая тарелку корочкой хлеба. Насытившись, она свернулась калачиком на лавке, как довольный котёнок.
Но тут… Что-то случилось, Бабушка Дарья внезапно напряглась. Казалось, она прислушивается к чему-то, словно пытается уловить невидимый сигнал. Она быстро подошла к двери, открыла её…
И едва успела отскочить в сторону!
Волк Гром ворвался в дом. Он скулил, метался по хижине, заглядывал в дверь, будто звал кого-то. Маша замерла, а затем в ужасе заметила кровь на его меху.
— Что-то случилось с Кириллом! — вскрикнула бабушка Дарья. — Должно быть, он столкнулся с браконьерами!
Она быстро схватила свою дорожную сумку.
— Оставайся здесь, — строго приказала она. — Я позову на помощь. Не уходи отсюда!
Но Маша уже не слышала её слов. Она метнулась за волком. Она бежала, чувствуя, как сердце бешено стучит в груди.
«Только бы он был жив!»
Волк то и дело оборачивался, словно проверяя, следует ли она за ним. Дорога, по которой когда-то Кирилл привёл её сюда, теперь уносила её назад, в неизвестность.
И вот… Маша увидела человека, лежащего в траве. Кирилл. Без движения.
Маша резко остановилась, холод пробежал по её спине.
«Только бы он был жив…»
Маша бросилась к Кириллу, опустилась на колени рядом и начала трясти его за плечи, отчаянно пытаясь перевернуть. На секунду ей показалось, что он не дышит.
Его камуфляжные штаны были пропитаны кровью. Она испачкала руки, но продолжала трясти его, цепляясь за надежду, что он ещё жив.
Рядом Гром стонал, тыкался носом в неподвижное тело друга. Когда Маша, уже отчаявшись, перестала его тормошить, волк вдруг хрипло зарычал…
И в этот момент она прошептала то, что никогда раньше не говорила:
— Папа…
И чудо произошло. Кирилл застонал, тяжело перевернулся на спину и изумлённо уставился на Машу.
— Маша… это… ты? — его голос был слабым, хриплым. — Откуда ты здесь?..
Но Маша не могла ответить. Она всё ещё плакала, глядя на багровую траву под ним. Кирилл попытался приподняться, но не смог.
Он поморщился от боли.
— Чёрт… поймали-таки… — выдохнул он.
«Браконьеры… давно угрожали мне. Ну вот, теперь настигли.»
— Они засадили мне из дробовика… в обе ноги…
Он попробовал пошевелить ногами, но сжал зубы от боли — ничего не получилось.
— Слушай… — он перевёл дыхание. — В рюкзаке у меня есть нож. Разрежь штаны, посмотри, что там, и перевяжи.
Маша взяла себя в руки. Её слёзы высохли сами собой. Она быстро нащупала карманный нож, который Кирилл помог ей открыть, и принялась за дело.
«Не бойся. Не бойся. Делай, что нужно.»
Ткань не поддавалась сразу, но наконец разошлась под лезвием. И тут… Маша ахнула.
«Боже… что они сделали с его ногами?..»
Она подняла взгляд на Кирилла, и в его глазах прочитала серьёзность ситуации.
— Не поддавайся панике, девочка, — слабо усмехнулся он. — Видал я и похуже.
«Я или он… Кто кого подбадривает?» — мелькнуло у неё в голове.
Но Кирилл не дал ей расплакаться снова.
— Нарви длинные полосы ткани и перевяжи так сильно, как только сможешь, — попросил он.
«Я попробую ползти. В этом лесу водятся не только волки, но и… те, кто куда опаснее.»
Маша заставила себя сосредоточиться. Она туго перевязала обе ноги Кириллу, как он велел. Кровотечение замедлилось. Они оба перевели дух.
«Жить будет.»
Продолжение: