Начало:
Вторая часть:
Галя ещё постояла, глядя ему вслед, потом, пожав плечами, подумала: "Ничего там нет. А если бы и было, Коля бы сказал, где оно спрятано. Потому – пусть копает, мне всё равно. Попрошу только, чтобы корни не рубил...".
Доронин чётко подгадал: снег сошёл рано, и уже в конце марта солнце прогрело воздух и землю, сделав почву пригодной к перекопке. Он явился точно через неделю. Снова глянул на неё своими бездушными глазами.
— Ну, что? – хриплый его голос скрипел, как несмазанная телега. — Решила?
— Решила. Можешь искать своё золото. Всё, что найдёшь – твоё. Но сад и землю я тебе не отдам. Не для того Николай их пестовал, чтобы потом разбазаривать.
— Он же не нужен тебе! – воскликнул Доронин и закашлялся, съёжившись всем телом. — Нет Николая, и сада нет! А так – я его в дело пущу.
— В какое дело, Серёжа? За ним уход нужен, ежедневный, он заботы ждёт, – Галина поймала себя на мысли, что говорит о саде, как о живом существе. Нахмурилась.
— Галя, он мне должен. Ни копейки я не увидел, он даже не сподобился хоть немного напрячься, чтобы вернуть малую часть! – Сергей сутуло развернулся вполоборота. — Давай по-хорошему решим. Ты отписываешь мне сад, я забываю о том, что вы есть на свете...
— Доронин, что ты зацепился за этот участок? Копай, сколько влезет! Я не против! Но пока сад в моей собственности, а развод не оформлен, ни о какой дарственной и речи быть не может! Не нравится? Иди в суд! Только кто твои бумажки в расчёт возьмёт?
Сергей недовольно скривил тощее лицо.
— Нет развода? Так разведись. Кто тебе мешает?
— А я, может, не хочу?
Он вонзил взгляд в её лицо и помедлил.
— Ты любишь его до сих пор? Даже после того, что он натворил?
— Это тебя не касается.
— Ошибаешься. – приблизившись к женщине, сказал он. — Очень даже касается. Если бы не он... – он осёкся.
— Договаривай, Сергей. – Галя сделала шаг назад.
— Не важно. Подумай. Пока я пришёл с миром. Но терпение моё не бесконечно.
Она выпрямилась и без тени страха прямо взглянула ему в лицо.
— Копайте. На большее согласия не дам. Говорю сразу: если повредите корни яблонь, я на вас напишу заявление.
— Ты не в том положении, чтобы ставить условия, Галя. – он повернул к выходу и через плечо бросил со злостью: — Передай Дарье, чтобы одна не ходила. Это я так, по старой дружбе предупреждаю.
Лицо его исказила мерзкая гримаса, а грудь разорвал хриплый кашель. Он сгорбился, и вышел за дверь, не обернувшись.
Галину передёрнуло. Она спешно набрала номер дочери:
— Даша, слушай меня внимательно: уезжай прямо сейчас. Куда угодно, и лучше туда, где тебя никто не найдёт.
— Мам, что случилось? – испуганно спросила дочка.
— Не спрашивай. Просто исчезни, хотя бы на время. Возьми отпуск, отгул, что угодно, только сделай это прямо сейчас, слышишь? – голос Галины задрожал.
— Мам, тебе угрожают? Кто? – Дарья что-то шепнула Лёше.
— Неважно. Послушай меня и не задавай вопросов! Хоть раз! Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, как ты не поймёшь?! – Галина почти выкрикнула последние слова.
— Хорошо, мам. – она помолчала. — А ты? С тобой всё будет хорошо?
— За меня не волнуйся. Если будет нужно, я напишу.
— Тогда пиши Лёше, если всё так серьёзно.
— Договорились. Всё, пока.
Галя положила телефон на стол и задумалась. Это зашло слишком далеко, нужно найти Николая, как бы неприятно ей это ни было. И решить – разводиться или... А что - "или"? Тут надо сначала с ним поговорить, пусть объяснит, что происходит, и решит свои дела с Дорониным сам, не подвергая опасности свою семью. Бывшую семью, точнее...
Она оделась и решительно вышла на улицу. Ветер поднял прошлогоднюю пыль с обочины и бросил ей в лицо, будто насмехаясь. Проведя по щекам рукой, Галина села в машину и поехала в Сергиевку.
Село находилось в семи километрах от Ивановки, и дорога заняла всего несколько минут. В администрации поселения было немноголюдно, и она сразу подошла к секретарю, миловидной молоденькой девушке со светлыми кудряшками вокруг лица:
— Здравствуйте. Мне нужно найти вашего жителя, вы можете мне помочь?
— Да, конечно. Кого вы ищете?
— Николая Ялышева.
— Так. – секретарь встала и достала толстую книгу. — А с какой целью?
— Понимаете... – Галя замялась. — Это мой муж. Он ушёл от меня несколько лет назад... – ей снова стало неловко, будто это она виновата в его уходе. — Словом, мы до сих пор не разведены. На звонки он не отвечает, видимо, сменил номер, или телефон, я не знаю...
— Понятно. – молоденькая секретарша развернула книгу, пробежала глазами. — А как давно это было?
— Почти шесть лет назад.
— А он всё ещё у вас зарегистрирован?
— Да. Наверное... Я не уточняла.
— В списках зарегистрированных я его не вижу. Может, вы знаете, какой у него адрес?
— Если бы я знала, я бы туда сразу пошла... – она виновато улыбнулась, а девушка, закрыв книгу, тихо спросила:
— Простите, а он один живёт, или с кем-то?
— Я точно не знаю, но поговаривают, что с какой-то Тамарой...
Секретарь подняла на неё глаза, изменившись в лице.
— Тамара у нас только одна. Гришина. И она не может быть его новой супругой...
— Почему?
— Она скончалась четыре года назад... И если не ошибаюсь, она ни с кем не жила перед смертью.
Галина открыла рот от удивления.
— Да?.. Но, может, он вселился в её дом? Вы могли бы дать адрес?
— Могу, но только там никто не живёт. Дом выставлен на продажу.
— Это точно? Ошибки нет?
— Нет. Продают мои дальние родственники, так что всё верно. – девушка с сочувствием посмотрела на растерянную Галю. — А вы подайте в розыск. Если он жив, его найдут.
Слова "Если он жив" больно резанули слух, и Галина напряглась.
— Да, скорее всего, я так и сделаю... – Она рассеянно отвернулась и, не оборачиваясь, сказала: — Спасибо. До свидания.
— До свидания, – послышалось сзади.
***
Галина вернулась в Ивановку и сразу же заехала в отдел полиции. Участковый сонно глянул на неё, оторвавшись от бумаг. Галина негромко сказала:
— Здравствуйте. Игорь Тимофеевич, я бы хотела написать заявление о пропаже и розыске человека...
Он выпрямился и вздёрнул брови:
— Это кого, Галина Петровна? Уж не Николая ли?
— Да...
— А он разве не в Сергиевке?
— Нет, к сожалению.
— Это точно?
— Точно. Администрация не знает такого жителя.
— Ах, вот так даже?
Галина кивнула.
— Что ж, садитесь. – перед женщиной появился бланк. — Пишите. Вот, – он положил ещё листок. — образец.
Когда она протянула заполненный бланк, участковый сказал:
— Не буду вас обнадёживать, Лариса Петровна, но прошло слишком много времени, так что... – он развёл руками.
— Я понимаю. – она поднялась. — Но мне нужно знать хотя бы, что он жив, понимаете?
— Конечно. Приложим все усилия. – он встал и протянул руку, которую женщина мягко пожала и уже стоя в дверях сказала:
— В любом случае, спасибо. Буду ждать вестей.
Когда подъезжала к дому, увидела, как в саду уже кто-то возится.
— А вы даром времени не теряете, да, Серёжа? – спросила она Доронина, который сутуло стоял, опершись на трость. Тот ничего не ответил, только сверкнул непроницаемой чернотой в глазах и отвернулся.
На заросшем сухой прошлогодней травой участке в половину гектара трудились четверо молодых людей с лопатами. Вытирая пот с лиц, они выпрямились и посмотрели на Галину. Всего им придётся обкопать 47 деревьев, и за один день они, точно, не справятся.
— Работайте, работайте, не буду отвлекать. – махнула она рукой и ушла в дом.
На следующий день у забора появилась Лида. Глядя, как парни деловито машут лопатами, она остановилась у границы сада.
— Эт чё? Ты, никак, садом решила заняться? В кои-то веки... – хмыкнула недовольная соседка, увидев Галину, выплёскивающую ведро с грязной водой на двор.
Галя пожала плечами, но ничего не ответила. Лидия не унималась:
— Делать вам нечего... Продали бы эту обузу, и не мучились. – она прищурилась, разглядывая "копальщиков". — А ты кого наняла? Что за молодцы? Может, и ко мне пойдут огород вскопать?
Галина еле сдержала улыбку. Знала бы Лидия, что за люди возятся у неё на земле...
— Не знаю, Лида. Спроси... – лишь ответила женщина и скрылась в доме.
Через две недели, когда почти всё было вскопано, Галина стояла у окна и смотрела, как парни спорят с Дорониным, а тот хрипло отбивается. Открыв окно, она услышала, как те обвиняют его в бесполезной работе.
— Я сказал – копать! – он закашлялся. – Пока не найдём то, что нужно, никуда не уходим!
Через час с небольшим послышался крик одного из "братков", и в его руках блеснула стеклянная банка с чем-то внутри. Доронин, как мог, быстро, зашагал в ту сторону, а когда находка оказалась в его костлявых пальцах, он громко выругался и без слов распахнул дверь дома, в ярости уставившись на Галю.
— Здесь только двадцать пять монет! Где остальное? – сиплое дыхание с хрипами вырывалось из его впалой груди. Глаза горели, трясущиеся пальцы перебирали банку, встряхивая и вызывая звон золотых монеток. — Говори! Не то я за себя не ручаюсь! – угрожающе приблизившись, он уставился на женщину.
— Не знаю... – испуганно ответила Галина и попятилась к заднему выходу.
— Говори, где он их перепрятал?!
— Я, правда, не знаю, Серёжа...
— Обмануть меня хотите?! Да я вам!.. – он замахнулся тростью, но тут его резко скрутило, и он начал давиться кровавым кашлем, а потом закатил глаза и упал без чувств на пол в прихожей.
***
Продолжение: