Во всей округе не было человека, который не знал бы о Зилберте и его кузне. Работы мастера очень ценились среди жителей. Многие были настолько важны для городской инфраструктуры, что без них само существование поселения оказалось бы под вопросом.
К примеру, именно Зилберт придумал особые металлические крепежи для каркасной основы зданий, которые стали их неотъемлемой частью и могли уберечь от разрушения при ураганах. Ураганы, кстати, были здесь хоть и редким, но достаточно грозным явлением. Недооценивать их было нельзя - в этом заключался залог благополучия для всех.
Так же Зилберт разработал специальные ловушки, чтобы бороться с грызунами и вредителями. Посевные площади города были очень ограничены, поэтому любое потерянное зёрнышко могло по итогу стоить чей-то жизни. Благодаря изобретению мастера удалось сократить гибель урожая втрое. Не зря все его любили и уважали.
И конечно же, несмотря на огромный вклад в общее процветание города, Зилберт не забывал и о повседневных нуждах отдельных жителей. Вот и сейчас он трудился в своей кузне, с силой раздувая огромные мехи.
Кузня, к слову сказать, была большой. Помимо стандартного рабочего места с горном и наковальней, здесь имелся отдельный цех для литейных работ, с собственной печью и огромным формовальным столом, а также конструкторское помещение с многочисленными чертежами и схемами, огороженное мощной металлической дверью. Посреди кузни стоял огромный чан с водой – для охлаждения разных изделий, - а вдоль южной стены были развешаны всевозможные инструменты. Этого добра у Зилберта хватало.
Сам Зилберт был из тех мастеров, что всегда и везде привык справляться сам – однако лишние рабочие руки тоже не мешали. Поэтому в кузне трудились двое подмастерьев, основной функцией которых было «подай-принеси», да ещё Жеманя - женщина преклонного возраста, что изредка выполняла роль заведующей, но чаще просто следила, «чтобы мальчики за своей работой про обед не забывали».
К своим пятидесяти годам Зилберт так и не нашёл спутницу жизни, и потому Жеманя частенько поглядывала на него с тоской и надеждой. Но мастер предпочитал поддерживать с ней чисто рабочие отношения. Как, впрочем, и со всеми. В городе даже поговаривали, что кузнец женат на своей наковальне – и больше ему никто не нужен.
Хорошенько раздув пламя, Зилберт взялся за клещи и вытащил из горна вытянутую металлическую деталь. Осмотрел её с разных сторон – и нахмурился, явно оставшись недоволен цветом.
- Мало, - прокомментировал он и сунул заготовку обратно.
- Мастер, - окликнул его подмастерье – светловолосый парнишка лет семнадцати, сваливший охапку дров возле печи, - На обед-то не пора?
- Жеманя ещё не звала, - пробурчал Зилберт, не отрываясь от своего занятия.
Присев, он раскрыл топку и, поковырявшись там кочергой, закинул пару поленьев. Несколько секунд понаблюдал – а после обратно захлопнул дверцу. Лицо оставалось всё таким же угрюмым.
- Жару мало, - вздохнул он, поднимаясь, - Нужен уголь. Где-то у нас оставался мешок…
- Несу! – радостно объявился второй подмастерье, волоча по полу тяжёлую кладь. Он выглядел практически как первый – такой же высокий и щупленький, только волосы были заметно темнее, - Как знал!
Подтащив ближе, он развязал узелки и сходу закинул в топку несколько полных лопаток. Звук горения заметно поменялся, сделавшись более надрывным.
Зилберт наконец улыбнулся.
- Хорошо.
- Мастер, - не унимался первый подмастерье, - Так что, мы её ждать будем? Время ж уже…
- Ну так-то да, - улыбнулся второй. Выпрямившись, он оттёр рукавом сажу со лба и задумчиво коснулся живота рукой, - Желудок уже ворчит.
Зилберт обвёл их задумчивым взглядом. Плечистый, крупный – на их фоне он казался огромным медведем среди неразумных оленят. Но медведем мудрым – ведь пригладив шикарную бороду, аккуратно подвязанную снизу, мастер устало вздохнул:
- Идите, - и добавил, возвращаясь к мехам, - Мне нужно доделать деталь. После вас догоню.
Первый подмастерье довольно закивал, тут же скинув с себя тяжёлый передник. Лицо второго изобразило озабоченность.
- Уверен, что не нужна наша помощь?
- Я ведь сказал, догоню, - отозвался Зилберт, - Вы, давайте, ешьте нормально, а то вон, того и гляди, ветром сдует. Даже молот в руках не удержите.
- Так мы это… - усмехнулся светловолосый и, взяв с наковальни увесистый молоток, демонстративно поднял перед собой на вытянутых руках. Это стоило ему заметных усилий, - Сильные, - завершил он, уже довольно громко пыхтя.
- Вижу я, какие вы сильные, - мастер серьёзно глянул на него, - Положи-ка лучше на место, пока не поранился.
Парень состроил недовольную мину, но всё же молот вернул.
- Ладно, как скажешь, - пожал плечами второй, - Тогда мы пошли.
Сняв передник, он закинул его на вешалку и вслед за товарищем побрёл к выходу. Но уже в дверях обернулся.
- Мастер, а помнишь, ты обещал, что покажешь, как делать те клёпки на сложные конструкции?
— Вот после обеда и покажу. Иди уже.
Подмастерье довольно улыбнулся и прикрыл за собой дверь.
Хорошенько поработав мехами, Зилберт снова извлёк заготовку и на этот раз остался доволен. На лице даже промелькнула слабая тень улыбки.
Он отошёл к наковальне и, взявшись за молот, принялся стучать.
Тук.
Но из головы никак не выходила мысль об этих злосчастных клёпках. Зилберт помнил, что обещал подмастерьям их научить – но отчего-то совершенно не мог вспомнить, в чём суть самих клёпок.
Тук.
Он уверен, он делает их регулярно. Он всё-таки – кузнец с многолетним опытом! Его рукам принадлежит создание многих шедевров – что ему какие-то клёпки? Но почему же тогда…
Тук.
Почему он совершенно не может вспомнить, как они делаются? Ведь всё просто. Технология изготовления и соединения… технология…
Тук!
В глазах поплыло. Зилберт вдруг осознал, что едва различает наковальню перед собой. Дыхание участилось. Рука дрогнула – и молот, тяжело звякнув, упал на пол. Нога отступила на шаг. Тело качнулось…
Зилберт зашарил взглядом по сторонам, сам не понимая, что ищет. Едва различая структуру окружающего мира, глаза обнаружили в шаге от наковальни потемневшую от времени чурку – и мастер, не раздумывая, тут же плюхнулся на неё. Сел и спокойно задышал, пытаясь прийти в чувства.
Полегчало.
Картинка мира медленно стала восстанавливаться. Да и руки перестали дрожать. Кажется, всё хорошо.
Вот только клёпки по-прежнему не выходят из головы…
В любой кузне техника безопасности имеет первоочередное значение. Специальная одежда, особые правила эксплуатации для печей и инструментов.
Но порой даже здесь происходят случайности. Особенно если горн растопили излишне сильно, а молодой парнишка, что последним подкидывал топливо, закрыл дверцу топки не до конца…
Тогда один крохотный раскалённый уголёк может вдруг выпасть и, прокатившись по полу, угодить в сложенную в углу кучу старого пропитанного маслом тряпья. Нужен лишь небольшой порыв ветра, чтобы произошло возгорание…
Когда Зилберт оглянулся, возле входной двери уже полыхала стена огня.
- Чтоб тебя!
Он вскочил и, схватив с вешалки фартук, принялся колотить им пляшущие на полу и стенах яркие языки. Тщетно. Пламя слишком разбушевалось. Каждый новый взмах плотной выделанной кожей заставлял его пылать лишь сильнее.
Несколько крупных искр упало на руку мастера. Привычное дело для кузнеца – но не сейчас. Сейчас всё было иначе. Эти искры жгли гораздо сильнее, гораздо ожесточённее. Словно крохотные огненные демоны, страдающие ненасытным голодом. На коже тут же проступили небольшие чёрные язвочки. Ойкнув, Зилберт поспешил отступить.
Он огляделся по сторонам. Пожар перекинулся ещё на одну стену, быстро поглотив её своим кроваво-красным жаром. Почти вся кузня теперь пылала. Как же выбраться…
Взгляд упал на большую металлическую дверь, проход к которой пока был свободен от пламени. Точно! Конструкторское помещение. Его стены намеренно усилены огнестойкими материалами, чтобы в случае пожара чертежи не пострадали. Быть может, и самому удастся так спастись?
Конечно, был риск запечься словно в духовке – но иного выхода всё равно не оставалось.
Зилберт бросился к двери. Но схватившись за ручку, тут же с криком отпрянул. Горячая. И не просто горячая, а раскалена до бела…
- Боже…
Зилберт прижал обожжённую руку к груди, а вторую обмотал в плотную кожу своего фартука и снова схватился за ручку. Защита справилась, но… заперто.
- Зараза…
Кузнец принялся рыскать по карманам, выискивая ключи. Где же они?.. Вот!
Он извлёк наружу крупную металлическую связку и, перебрав, быстро отыскал нужный. На всякий случай взялся за него через фартук и вставил в замок. Провернул. И…
Щёлк!
И треск…
Обломок ключа остался в руке. Края были заметно оплавлены. Похоже, не выдержал температуры…
Но, может, успел справиться со своей задачей?
Тяжело вздохнув, Зилберт снова обмотал руку фартуком и словно в нерешительности потянулся к ручке. Ну, была ни была…
Он дёрнул и…
Хруст!
Отломавшись, ручка осталась в сжатом кулаке.
- Дрянь! – крикнул Зилберт, выбросив обломок в самую гущу пламени. А после в сердцах стукнул рукой в дверь – но тут же отпрянул, испугавшись новой волны жара.
Что же делать… Что делать?! Выхода нет… Он в ловушке. В бушующей огненной ловушке. А пламя подбирается всё ближе. Не спастись…
И тут Зилберт глянул на чан с водой. Глубокий. Вместительный. И вода в нём холодная. Что если…
Словно угадав его мысли, сверху рухнула пылающая балка, перекрыв путь к ёмкости. Но кузнеца этим было не остановить. Он слишком хотел жить.
Взяв небольшой разбег, он прыгнул – и, вытянув руки вперёд, угодил точно в чан. Разгорячённое тело тут же ощутило холод. Ледяной – но приятный.
Перевернувшись, Зилберт замер под водой, не решаясь высунуться наружу. Но вскоре воздуха в лёгких стало не хватать – пришлось аккуратно выглянуть.
Он сделал вдох – и сразу ощутил, насколько пространство вокруг пропитано гарью. Над водной гладью оставалась лишь крохотная прослойка чистого воздуха, которым можно было дышать.
Зилберт огляделся. Кузня уже догорала. С потолка свисали обугленные балки. Стены заметно почернели, поеденные огнём.
Кузнец ощутил небывалую грусть. Всё его имущество… то, что он наживал долгими годами. По сути, вся его жизнь… в единый миг всего этого не стало.
Он вдруг одёрнул себя.
Ничего. Всё будет. Он обязательно всё восстановит. Главное, самому выжить.
Совсем рядом рухнул добротный кусок потолка – и Зилберт тут же нырнул обратно под воду. Опасно. Так может и завалить!
Но, кажется, пламя потихоньку оседает. Нужно продержаться ещё пару минут, и можно попробовать прорваться к выходу. Он весь мокрый, и это даёт ему небольшую фору. Главное, проскочить через огонь…
Зилберт снова высунул голову из воды и, оглядевшись, вдруг увидел в дверях человеческий силуэт. Весь в чёрном. В нелепой широкополой шляпе с ярким пером.
- Эй, кто здесь?
Незнакомец не отозвался. А когда кузнец моргнул, тот уже исчез. Пригрезилось?
Ладно, плевать. Нужно прорываться…
Он уже собрался вылезать, когда вдруг понял, что вода пришла в движение. Несколько долгих мгновений ушло, чтобы осознать, что жидкость в чане начинает закручиваться, быстро образуя водоворот. А когда осознал – оказалось уже слишком поздно…
Вихрь тянул вниз, не давая даже малого шанса выбраться. Зилберт сделал небывалое усилие, чтобы вновь высунуться наружу и сделать ещё один глоток воздуха. Последний – после чего кузнец снова скрылся под водой.
Он барахтался, пытался сопротивляться… но тщетно. В последний раз, словно прося помощи, он вытянул вверх пострадавшую от пожара руку. Обожжённая ладонь показалась над водной гладью – но вскоре вздрогнула и снова исчезла.
Вода успокоилась.
А после и пламя заметно опало, словно наевшись…
.
Спасибо, что дочитали! Если рассказ Вам нравится - Ставьте лайк, Пишите комментарии, Подписывайтесь на канал и
Делайте репосты, чтобы эту удивительную историю узнало как можно больше людей!
Вернуться к сборнику
.
Так же рекомендую вам прочитать другие истории о Хранителе: