Лика встала со своего места и стала убирать все со стола. Одна из чашек выскользнула из рук, упала на пол и разбилась на мелкие осколки. Лика тяжело вздохнула и стала собирать все с пола.
— Ну и чего ты сюда приперлась, криворукая ты баба? — услышала она неприятный скрипучий голос.
Она подняла голову и увидала на скамейке маленького толстенького мужичка со спутанной бородой. Он ее рассматривал с какой-то злобой и неприязнью.
Лика замерла, сжимая в руке осколки разбитой чашки. Острые края впились в пальцы, но она даже не почувствовала боли — вся ее внимание было приковано к странному гостю.
— Кто ты такой? — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.
Мужичок скривился, обнажив желтые, кривые зубы.
— А тебе какая разница? — проворчал он. — Все равно скоро с-дохнешь.
Холодная волна страха прокатилась по спине Лики. Она резко встала, рассыпав осколки по полу.
— Вон отсюда! — крикнула она, хватаясь за первый попавшийся под руку предмет — тяжелую деревянную ложку.
Существо на скамейке лишь рассмеялось — звук был похож на скрип несмазанных колес.
— Ду-ра, — прошипело оно. — Ты думаешь, это поможет? Да и вообще, пошла сама отсюда. Тут тебе не рады.
Вдруг в дверь тихонько постучали. Лика резко обернулась, а когда снова посмотрела на скамейку — там никого не было. Дверь открылась, и в коридор вошла маленькая пухленькая молодая женщина.
— Захар, Захар, — позвала она тихонько, — Ты дома?
Из комнаты донесся тяжелый вздох.
— Ага, дома, тадысь пойду чего-нибудь приготовлю.
Женщина повернулась и увидала Лику.
— Ой, а я вас совсем не заметила, — улыбнулась она, — Доброго здоровьица.
— Здрасьте, — Лика выставилась на Люшу, вернее, уставилась на ее выпирающий животик.
— А вы лечиться к Захару приехали? — спросила Люша, проходя на кухню, — Ой, Захарову любимую кружку разбили, — сказала она с сожалением.
Она взяла веник и совок и стала подметать осколки. Лика на нее смотрела с некой брезгливостью.
— Я жена Захара, — сказала она с вызовом.
— Да врете вы, нет у Захара жены уже несколько лет. Развелся он с ней. Сбежала она от него к какому-то молодчику на двадцать лет ее младше.
— Откуда ты знаешь? — неприятно удивилась Лика.
— Так мы вместе с ним из города сюда приехали. Я его давно знаю, - улыбнулась Люша.
— Из города, говоришь? Значит, он давно уже с тобой, кхм, знаком?
— Ну да. Он же болел сильно, за ним ухаживать надо было, потом вот в порядок надо было тут дом приводить. Мы все втроем жили в маленьком домике, — просто сказала Люша.
— Втроем? — Лика удивленно выгнула бровь.
— Ну да, я, Леня и Захар.
— Н-да, вот это новости.
Лика все пялилась на Люшин живот.
— Кто хоть будет?
— Говорят, что вроде мальчик, ну а там видно будет. Кто бы ни родился, все равно любить будем, — расцвела Люша.
— Ясно, — кивнула Лика.
Люша всё убрала и полезла в холодильник.
— Сейчас борщ будем варить и пироги печь. Захар любит такое, — улыбнулась она.
— Так ему же, наверно, на диете надо сидеть? — спросила Лика.
— Да вроде не надо. Он ничего такого мне не говорил.
— А как же болезнь?
— Так вроде ее нет. Ее бабка Васька всю вытянула, а потом жабу проглотила и на нее все сбросила.
Лика шарахнулась от Люши в сторону и посмотрела, как на сумасшедшую.
— И что? — с осторожностью стала дальше выспрашивать Лика.
— Ну жаба сдохла, бабка Васька нет. Хотя я ее не люблю, она меня чуть не угробила. Кинулась на меня и жизнь с меня вытягивала, — пожаловалась Люша.
Она закинула какие-то мослы в большую кастрюлю, налила туда воды и водрузила на печку.
— Я Захару говорила, что надо купить мультиварку. Летом же топить печку не будем, а на плитке мало что приготовишь, долго будет.
Люша открыла топку, закинула пару чурочек, помешала уголь кочергой.
— У меня там в машине пакеты с продуктами, — проговорила Лика.
Она развернулась и пошла в коридор. Своих кед она там не обнаружила и вернулась на кухню.
— Ты не видела мою обувь? — спросила она Люшу.
— Ботинки грязные? Так они на улице стоят.
— Нет, темно-синие кеды.
— Нет, не видала, — помотала головой Люша, — Так ты напяль на себя какие-нибудь галошки да выйди во двор.
Лика недовольно нахмурилась, но натянула стоящие у порога резиновые галоши. Они были на два размера больше, шлепали при ходьбе, но выбирать не приходилось.
— Странно, — пробормотала она себе под нос, выходя во двор. — Кеды ведь только что сняла и тут вот поставила.
Двор встретил ее тишиной. Солнце уже стремилось вверх, отбрасывая длинные тени от старого сарая и развешенного на веревке белья. Лика направилась к своей машине, но вдруг замерла — в кустах сирени что-то шевельнулось.
— Кто здесь? — окликнула она, чувствуя, как по спине пробежали мурашки.
Из-за кустов показался... кот. Большой, рыжий, с белым пятном на груди. Он внимательно посмотрел на Лику желтыми глазами, потом неспешно потянулся и пошел к крыльцу, будто приглашая следовать за собой.
— Ты что ли мои ботинки утащил? — усмехнулась Лика, но все же сделала шаг в сторону дома.
Тут она увидала свои кеды. Их кто-то запихал в ведро с мусором, которое стояло около крыльца.
— Чертовщина какая-то, — поморщилась Лика, доставая их из ведра.
— Доброго утра! — крикнул какой-то мужик с соседнего участка и помахал ей рукой.
— Какие тут все вежливые, — пробормотала она себе под нос. — Здрасьте, — ответила она.
— А Захар дома? — спросил дядька.
— Спит он, — хмыкнула Лика.
— А, ну ладно, я тогда без него обойдусь.
Она пожала плечами и полезла в машину доставать пакеты с продуктами.
— Странное тут место и люди тут странные, — подумала она. — Самой тоже не мешало бы подремать, а то полночи за рулем провела. Сейчас отдам все этой тетке и спать лягу.
Лика кеды положила в машину, а потом направилась в дом. Она занесла все продукты на кухню.
— Вот, как там тебя, я всё принесла, — сказала она. — Разбирайся сама со всем этим.
— Ох ты, вот так красота, — обрадовалась Люша. — А то же всё у нас подъелось. Вода стояла и никуда не ездили за продуктами. А тут этого черти принесли, потом его от скверны лечили, печку развалили. Ах да, я же не представилась. Меня Люша зовут.
— А меня Лика. Где я могу прилечь?
— Так если Захара в зале нет, то там можно лечь на диване, а если есть, то в маленькой спаленке. Тут у нас комнат немного, — усмехнулась Люша. — Сейчас я вам подушку и одеяло дам.
— Угу, спасибо, — кивнула Лика.
Люша на цыпочках вошла в большую комнату.
— Идем. Он в спальне спит. Вон ложись на диван. Если туалет понадобится, то он там на улице.
Она принесла ей подушку и одеяло, но Лика уже подсунула под голову маленькую думку и сладко посапывала.
— Ясно, — тихо сказала Люша.
Она накрыла Лику одеялом и пошла на кухню разбирать пакеты с продуктами и дальше готовить.
— Чей-то мне тетка эта не нравится, мутная какая-то, как омут в Нави, — проговорил домовой, устраиваясь за столом.
— Не нам судить, — ответила Люша, раскладывая продукты.
— Взяла Захарову кружку, расколошматила криворукая, — продолжил ворчать домовой. — Представляешь, она приехала ему воды подать. С ее-то руками только воду носить.
— Ты разговор что ли их слышал? — спросила Люша.
— А зачем я тогда здесь? Конечно, всё слышал. Это его бывшая супружница прикатила, типа ему помочь. А сама по дому, как лиса, ходила, всё вынюхивала и высматривала. Небось дом наш хочет отобрать.
— Да кому он нужен, — махнула рукой Люша. — Вон она какая фифа, а у нас тут все условия во дворе.
— Вода и лепетричество в доме, — с гордостью произнес домовой.
— Вот и только, одна радость. Ты видел ее машину? На ее стоимость можно всю нашу деревню купить. Видать, чего-то другого хочет.
— А ты зачем ей разболтала о том, что Захар теперь ничем не болеет?
Домовой вытянул из пакета конфетку и запихал ее в себя прямо с бумажкой.
— А ты думаешь, она поверила в мою рассказку? — хмыкнула Люша.
— А еще она решила, что ты полюбовница Захара, — закивал домовой.
— Ой, вот умора.
— Но ты знаешь, пусть так думает, быстрей отсюда свалит. Я ее попозже пойду придушу, когда сон будет глубоким.
— Может, не надо? — Люша посмотрела на домового с осуждением.
— Надо. Очень полезно в профилактических целях, - он вытер нос рукавом.
— Только до смерти ее не напугай, а то же потом сжигать ее придется, обряд проводить.
— Я постараюсь.
Он вытянул еще одну конфету и исчез.
Автор Потапова Евгения