НАЧАЛО ⬇
Сергей вернулся с вахты на следующий день, когда Костю уже собирались выписывать. Он ворвался в больничную палату, бледный и встревоженный.
— Сынок, — он крепко обнял Костю. — Как ты?
— Нормально, пап, — мальчик слабо улыбнулся. — Анна была со мной всё время.
Сергей перевёл взгляд на жену, которая выглядела измотанной, но спокойной.
— Спасибо, — просто сказал он, и в этом слове было столько благодарности, что Анна почувствовала, как щёки заливает румянец.
Дома их ждал сюрприз — Артём с помощью Елены Петровны нарисовал огромный плакат: «Добро пожаловать домой, Костя!» Младшие близнецы радостно гулили, сидя на коврике в гостиной.
Вечером, когда дети легли спать, Анна и Сергей наконец остались вдвоём на кухне.
— Я говорил с Викой, — начал Сергей, вертя в руках чашку. — Она не передумала. Говорит, что уже устроилась там, работу почти нашла.
— И даже не спросила, как дети? — Анна покачала головой.
— Спросила, — Сергей слабо улыбнулся. — Я сказал ей про Костю. Она обещала позвонить мальчикам завтра.
Анна молчала, глядя в окно. За эти дни она так многое пережила, что сейчас чувствовала странное опустошение.
— Я знаю, что это нечестно по отношению к тебе, — тихо произнёс Сергей. — Всё это. Но я не знаю, что делать.
— Я тоже не знала, — ответила Анна. — Но, кажется, начинаю понимать.
Она повернулась к мужу.
— Я не буду врать, что всё хорошо. Не буду обещать, что полюблю их, как родных. Но я могу попытаться быть... просто хорошим взрослым в их жизни. Тем, кто заботится. Кто не бросает.
Сергей молча взял её за руку.
— Но нам нужна помощь, — продолжила Анна. — Я не справлюсь одна, когда ты на вахте. Может, твоя мать могла бы приезжать? Или няню нанять?
— Мы что-нибудь придумаем, — пообещал Сергей. — Вместе.
— И ещё кое-что, — Анна глубоко вздохнула. — Мне нужно, чтобы ты был более... «присутствующим». Даже когда на вахте. Звонить каждый день. Разговаривать с мальчиками. Они скучают по тебе.
Сергей кивнул, его глаза подозрительно заблестели.
— Обещаю, — хрипло произнёс он.
В этот момент из детской донёсся тихий плач. Анна встала, привычным движением поправив волосы.
— Пойду проверю, — сказала она.
— Я с тобой, — Сергей поднялся следом.
В детской плакал Дима. Анна взяла его на руки, мягко укачивая.
— Ш-ш-ш, всё хорошо, маленький, мама здесь.
Сергей стоял рядом, наблюдая за женой с нежностью и благодарностью. В соседней кровати Миша мирно посапывал. Костя тоже спал, но Артём сидел на своей кровати, обхватив колени руками.
— Ты чего не спишь? — тихо спросил Сергей, присаживаясь рядом с сыном.
— Я боюсь, что Костя снова заболеет, — прошептал Артём. — И что мама больше никогда не позвонит.
Анна замерла, продолжая укачивать затихающего Диму. Что-то сжалось внутри, смесь горечи и сострадания.
— Костя поправится, — она повернулась к мальчику. — А если мама не позвонит, мы позвоним ей.
— Правда? — Артём посмотрел на неё с надеждой.
— Правда, — твёрдо кивнула Анна. — А теперь — спать. Завтра выходной, можем поехать в парк.
Глаза Артёма загорелись, но он тут же нахмурился:
— А как же Костя? Ему же нельзя.
— Тогда придумаем что-нибудь домашнее, — предложила Анна. — Может, пиццу приготовим? Ты ведь любишь пиццу?
— Ага, — Артём кивнул и неуверенно улыбнулся. — Спокойной ночи... Анна.
— Спокойной ночи, — она улыбнулась в ответ и, уложив Диму, вышла из комнаты вместе с Сергеем.
В коридоре она прислонилась к стене и закрыла глаза.
— Это будет непросто, — тихо произнесла она.
— Но возможно, — Сергей обнял её. — Я понимаю, что ты не подписывалась на это. Если хочешь... — он запнулся, собираясь с силами, — если это слишком, мы можем... обсудить другие варианты.
Анна открыла глаза и посмотрела на мужа.
— Какие варианты? Отправить твоих детей в интернат? Отдать другим родственникам? — она покачала головой. — Нет, Серёж. Это не выход.
— Я могу уволиться с вахты, найти работу здесь...
— И как мы будем платить ипотеку? — Анна слабо улыбнулась. — У нас нет простых решений. Мы должны исходить из суровых реалий.
Через неделю, когда Костя окончательно выздоровел, Анна собрала всех четверых мальчиков в гостиной.
— У нас семейный совет, — объявила она. — Нам нужны новые правила для нашего дома.
— Какие правила? — настороженно спросил Костя.
— Такие, которые помогут нам жить вместе, — Анна разложила на столе большой лист бумаги. — И составлять их будем все вместе. Что должно быть обязательно?
— Чтобы никто не брал мои игрушки без спроса, — тут же выпалил Артём.
— Хорошо, — Анна записала. — Что ещё?
— Чтобы папа купил нам велосипеды, — добавил Костя, искоса глянув на отца.
Сергей, сидевший рядом, положил руку сыну на плечо:
— Обещаю.
К концу вечера лист был исписан детскими и взрослыми пожеланиями. Некоторые были серьёзными («Говорить правду», «Помогать друг другу», «Слушаться старших»), некоторые — забавными («Пицца по субботам», «Мороженое за хорошие оценки»).
Вика позвонила через две недели, когда все уже потеряли надежду. Разговор был коротким и неловким. Она спрашивала про школу, про здоровье, но в её голосе сквозила неуверенность, словно она уже стала чужой и не знала, как разговаривать с собственными детьми. После звонка Костя закрылся в ванной и долго не выходил. Когда Анна постучалась, она услышала тихие всхлипы.
— Можно войти? — спросила она.
Щёлкнул замок. Костя сидел на краю ванны, вытирая покрасневшие глаза.
— Она нас совсем не любит, да? — спросил он, глядя в пол.
Анна опустилась рядом с ним.
— Не знаю, Кость, — честно ответила она. — Взрослые иногда делают глупости. Не потому, что не любят, а потому что запутались.
— Но ты нас не бросишь? — вдруг спросил мальчик, поднимая на неё заплаканные глаза.
Анна почувствовала, как внутри что-то переворачивается. Всего месяц назад она была в отчаянии от мысли, что придётся заботиться о чужих детях. А сейчас не могла представить, как могла бы их оставить.
— Не брошу, — она обняла мальчика. — Никогда.
Через полгода их жизнь вошла в новый ритм. Сергей сменил вахту — теперь он уезжал по новому графику месяц через месяц, а не на три, как прежде. Елена Петровна регулярно приезжала помогать, а соседка, учительница на пенсии, согласилась сидеть с младшими, когда Анна забирала старших из школы. Жизнь оставалась сложной, но уже не казалась невыносимой.
Как-то вечером, уложив всех детей, Анна и Сергей сидели на кухне.
— Я думаю... — он запнулся, подбирая слова, — я думаю, что у мальчиков должна быть настоящая семья. Полноценная. С мамой, которая не исчезнет в один день.
Анна почувствовала, как сердце забилось чаще.
— Ты предлагаешь мне... усыновить их?
— Только если ты сама этого хочешь, — Сергей взял её за руку. — Я не буду давить. Ты и так делаешь больше, чем я мог просить. С бывшей данный вопрос уже решён.
Анна задумалась. Полгода назад вопрос показался бы ей абсурдным. Но сейчас, после всего пережитого вместе... Она вспомнила, как Костя недавно впервые назвал её «мама», вызвав у неё смесь изумления и нежности. Как Артём прибежал показать ей пятёрку по математике. Как они вчетвером учились ездить на велосипедах, падали, смеялись...
— Давай сначала спросим мальчиков, — наконец сказала она. — Это их жизнь. Их решение.
Утром за завтраком, когда все собрались за столом, Сергей прокашлялся:
— Ребята, нам нужно поговорить.
— Мы что-то натворили? — тут же напрягся Артём.
— Нет, — Сергей улыбнулся. — Совсем наоборот. Мы с Анной хотим вам кое-что предложить.
К вечеру уже отправили документы на оформление.
Анна смотрела, как четверо её сыновей — теперь действительно её — играют в гостиной. Младшие пытались строить башню из кубиков, старшие помогали им, терпеливо подкладывая детали и хваля каждое достижение. На душе было спокойно. Не идеально — сложностей и проблем хватало по-прежнему. Но спокойно.
— О чём думаешь? — Сергей подошёл сзади, обнимая её за плечи.
— О том, что некоторым мамам везёт на сыновей, — улыбнулась она.
— Четыре сына — это благословение, — шепнул он ей на ухо.
— И испытание, — добавила Анна, но в её голосе не было горечи.
Она смотрела на мальчиков и думала, что жизнь непредсказуема. И важно не то, как всё начинается, а как продолжается. Не то, что досталось от других, а что сам выбираешь строить и сохранять. И что любовь действительно бывает решением. Решением не отворачиваться, когда трудно. Решением оставаться, когда хочется бежать. Решением становиться семьёй — не по крови, а по выбору.
— Мам, иди к нам! — позвал Артём. — Мы крепость строим!
Анна переглянулась с Сергеем и улыбнулась:
— Иду. Папа тоже идёт.
Так и должно быть. Они все вместе строили свою крепость — не из кубиков, из жизней, сплетённых воедино, несмотря ни на что.
ВАМ ПОНРАВИТСЯ