Был у меня ученик (четвероклашка) – очень толковый мальчик по убеждению родителей, тут я, в общем, даже согласна. По причине его «толковости» мальчика развивали в разных сферах – посещал он музыкальную школу, художественную школу и профессионально занимался боксом. Родителями было решено нанять еще репетитора по английскому (то есть, меня), чтобы, видимо, совсем дожать ребенка.
Когда я приходила к нему на урок, он едва успевал возвращаться со школ, тренировок и т.д., приходил всегда побитый на боксе, перемазанный красками, и с порванным чехлом, от куда едва не выпадала скрипка.
Со временем я стала замечать, что «схватываемость» мальчишки стала ниже, а память стала ухудшаться. Причем, выглядело это так: вроде и способный ребенок, не глупый, но как будто что-то происходит, что не позволяет ему на полную использовать свои ресурсы. Как-то в одном из топиков (темы для разговора на английском) он обмолвился, что у него было около 12(!) сотрясений, с которыми он лежал в больнице. Получал на тренировках по боксу. И тут я ужаснулась – 10-летний ребенок перенес 12 очаговых сотрясений. А сколько было микросотрясений даже и неизвестно. Ведь в боксе постоянно лупят по голове. Но, в общем-то, это не мое дело, а полностью ответственность лежит на родителях. Рассказать я хотела о другом.
Так как память его стала значительно хуже, он часто стал проигрывать в игре на закрепление лексики. Игра мемори (может, Вы и знакомы): раскладываются парные карточки с картинками, и по очереди переворачивая по две карточки, нужно собрать как можно больше пар. В нашем случае это были карточки с картинками и английскими словами. Большинство детей обыгрывает меня и без поддавков, у кого хорошо развита память и внимательность. Но не все. Кто не вывозит, я незаметно поддаюсь. Этому боксеру я поддавалась, как могла (боюсь, что даже слишком заметно). Однажды я поддавалась изо всех своих сил, старалась максимально, но он все рано проиграл. И это стало моей фатальной ошибкой… Что тут началось!
Сначала он схватил себя за волосы, скинул со стола эти злосчастные карточки, схватил скрипку, ударил ею по столу (благо, не по мне), расплакался и выбежал из комнаты. Урок был сорван.
Бабушка долго отпаивала нас чаем. Его – чтобы успокоить, меня – чтобы вывести из состояния шока. После урока ко мне подошел его младший брат (с ним я занималась тоже, после первого). Младший был не столь способным, в связи с чем его особо не обременяли дополнительными занятиями, благодаря чему, он был значительно счастливее. Он сообщил мне, что Никита ну совершенно не умеет проигрывать. Вот никак. И поведал историю о том, что однажды они играли в шахматы, и Никита проиграл. Он психанул, кинул в младшего боксерскими перчатками, раскидал все шахматы и убежал из дома. Нашли его только вечером, а белого ферзя и вообще через две недели, когда отодвигали диван, чтобы помыть под ним.
На следующем занятии я предварительно осмотрелась, чтобы поблизости не лежало боксерских перчаток и скрипки, иначе я могла бы тоже попасть в больницу с очаговым сотрясением. Но на всякий случай поддавалась еще тщательнее.