«Кар Мен» Мэтью Борна вновь возвращается на сцену. Спектакль привык много гастролировать - у Борна не было и нет собственного здания. Но с лондонским Royal Albert Hall история все же особая. О том, как ставший уже легендарным спектакль обживал знаменитую площадку и о незыблемых принципах работы - в небольшом интервью для «Файнэншл Таймс».
«Настоящим вызовом и не менее сильным страхом было решиться рассказать историю в большом пространстве». Когда к Мэтью Борну обратился Royal Albert Hall с просьбой помочь отпраздновать 150-летие, первой мыслью хореографа был, конечно, классический гала, нарезка из лучшего, «ну, знаете, такой выпускной бал с большим оркестром и конферансье». Но потом настроение поменялось. «Я вдруг подумал: зачем я это делаю? Мы рассказываем истории - целиком. Это то, что мы действительно делаем классно». У Борна было из чего выбирать — его знаменитое мужское «Лебединое озеро», несомненно, можно было бы переделать для представления на арене (каковой Альберт Холл по сути и является), как и его карамельно-леденцового «Щелкунчика», — но Борн выбрал “«Кар Мен», любовный треугольник в стиле нуар под музыку Бизе.
Компания Борна New Adventures рассказывает эту историю - сексуальный бродяга, скучающая жена, неудобный муж, влюбленный механик - с 2000 года. Спектакль многократно обновляли, но постановка для Альберт Холла потребовала особых корректировок. К примеру, огромный размер пространства требует, чтобы артисты танцевали намного «громче»: «Вы должны удерживать жест немного дольше, чтобы все успели его увидеть».
Кроме того, первоначальный состав из 17 человек был увеличен до 39, оркестр из 14 человек увеличился до 25, а захудалый гараж на Среднем Западе, придуманный Лезом Бразерстоном, был увеличен и дополнен рекламными щитами, служащими заодно и киноэкранами.
Мэтью Борн рассказывает, что была идея снять и крутить на этих экранах основные соло и дуэты - как это обычно делают на концертах. «Но в середине процесса я подумал: если мы не можем рассказать историю своими силами, то мы не должны ввязываться в этот проект. Поэтому мы просто делаем дополнительное видео, детали - почти как крупные планы в кино».
Роль бродяги, Люки, делят между собой Уилл Бозьер и Ричард Уинзор. Уинзор танцевал и / или был в составе оригинального каста почти всех главных партий в репертуаре New Adventures - так что и Car Man в его карьере, конечно, уже был. и «Я участвовал в постановке три раза, и это мой шестой персонаж», - говорит он. В 2007 году он играл незадачливого механика Анджело, «но теперь, 15 лет спустя, я харизматичный альфа-самец, его полная противоположность». В создании образа ему помогает недавняя работа над ролью Тони Манеро в возрождении «Лихорадки субботнего вечера» в Садлерс-Уэллс, равно как и исследовательский материал, который Борн всегда предоставляет даже для самой маленькой роли: шпаргалки, фотографии и масса видео. Этот процесс похож на охоту сороки за блестящими предметами: источниками вдохновения может стать что угодно. В данном случае это множество фильмов: «Вестсайдская история», «Бриолин», «Бойцовский клуб» и, что наиболее важно, три киноверсии романа Джеймса Кейна «Почтальон всегда звонит дважды». Уинзор уже хорошо знаком с этим справочным материалом, но любит придумывать свою собственную предысторию: «Мне кажется, например, что у Люки не было отца. Он был единственным ребенком, с матерью, которая души не чаяла в нем».
В прошлом New Adventures часто работали с приглашенными звездами — начнем с того, что Адам Купер из Royal Ballet был первым лебедем Борна. Линн Сеймур сыграла злую мачеху в «Золушке», а Марсело Гомес из ABT станцевал в возрожденной в 2015 году «Кар Мен» - но сейчас Борн не чувствует необходимости импортировать таланты. «Я стараюсь не делать этого», — говорит он. «Иногда это кажется отличной идеей, но на компанию в целом это влияет не самым лучшим образом. Да, в этом году к нам возвращается Зизи Страллен, но она много работала с нами раньше, я не считаю ее гостем, она - часть компании».
Верность Борна своим артистам и стремление развивать, в первую очередь, именно их карьеры, позволила ему создать по-настоящему лояльную команду. Ученики становятся звездами, звезды превращаются в репетиторов и администраторов. Опыт New Adventures может преобразить даже тех, кто не является членом компании. Работа с Борном была серьезной школой для артистов Королевского балета, таких как Мэтью Болл (Лебедь в возрождении 2018 года) и нескольких непрофессионалов, участвовавших в «Повелителе мух». Борн с гордостью говорит об этом давнем танцевальном проекте. «Каллум Скотт Хауэллс был номинирован на премию Bafta за мини-сериал «Это грех». Он был одним из наших мальчиков в «Повелителе мух». Майкл О’Райли (звезда шоу «Грязные танцы») был одним из наших парней. Участие в нашем спектакле помогло людям понять, куда они хотят идти, чем заниматься в жизни».
Такая вовлеченность в работу New Adventures означает, что пройдет время, прежде чем он, возможно, поставит новый мюзикл, несмотря на успех «Оливера!», «Моей прекрасной леди» и «Мэри Поппинс». «Несколько лет назад я принял решение полностью сконцентрироваться на своей компании. Даже несмотря на мою любовь к мюзиклам MGM и тому подобному: мне нравится тот факт, что у меня есть команда, которая становится все сильнее от проекта к проекту: обучая петь кого-то, кто не умел петь; обучая танцевать кого-то, кто не умел танцевать».
Еще одной причиной является отсутствие автономии на «сторонних» проектах: «Зачем мне заниматься мюзиклом или фильмом, если главное действующее лицо там - продюсер?» Да, методу Борна это все лишь мешает, его принцип - никаких драматургов! Мастер рассказывать истории морщится при одном упоминании о них: «Я не согласен с тем, что они нужны танцевальному спектаклю. Это работа хореографа. Не заставляйте кого-то говорить вам, что делать. Это нелепо. И это не получается внятным, потому что вы не проработали это внутри себя. Я думаю, именно с привлечением других авторов начинается путаница. Я не люблю либретто в программках: моя работа - рассказывать историю, а не ваша - читать ее заранее. Если зрителю не понятно, что происходит на сцене, значит, я должен что-то переделать». Единоличный контроль очень ценен для него. «Мне так повезло, что я могу придумать идею, работать со своими постоянными коллегами и просто реализовывать то, что придумал. Это редкость для большинства хореографов - даже для режиссеров. Зачем отказываться от этого?».