1. Линор Горалик «Имени такого-то» (Издательство НЛО)
В основе нового романа Линор Горалик — реальные события. В октябре 1941 года, в момент наступления немцев на Москву, началась эвакуация психиатрической больницы имени Алексеева (она же — Кащенко). Горалик рассказывает эту историю, основываясь на свидетельствах участников, и документальный пласт в книге хорошо ощущается, но на реалистический роман «Имени такого-то» мало похож. Мир гораликовского романа напоминает прозу Пепперштейна и позднего Сорокина, однако здесь нет постмодернистской игры клише. Цель этой фантасмагории совсем другая: найти язык для своего рода двойной катастрофы. С одной стороны, кошмар истории: война, нацизм, сталинизм. С другой — безумие, свое у каждого, даже у тех, кто кажется нормальным.
2. Флориан Иллиес «Любовь в эпоху ненависти. Хроника одного чувства. 1929–1939» (Издательство Ad Marginem Press; перевод Виталий Серов)
Последняя книга немецкого критика и писателя Флориана Иллиеса написана по образцу его бестселлера «1913. Лето целого века». В сущности, «Любовь в эпоху ненависти» — сиквел: многие герои иллиесовского хита возвращаются немного постаревшими, но не растерявшими пыла и вновь предстают нам накануне катастрофы. Повествование «Лета» охватывало год накануне Первой мировой войны, действие новой книги занимает десятилетие перед Второй. Большая история, политика, экономика, борьба снова остаются в тени. Вместо этого ярко освещена любовь. Любовь почти всех главных гениев ХХ века. Еще более откровенным образом, чем в «Лете», Иллиес превращает интеллектуальную историю ХХ века в монтажную мыльную оперу. Чтение это немного стыдное, но безусловно затягивающее.
3. Рэй Монк «Роберт Оппенгеймер. Жизнь в центре» (Издательский дом «Дело»; перевод Анна Васильева)
«Отец атомной бомбы» Роберт Оппенгеймер — фигура, занимающая в катастрофической истории ХХ века не последнее место. Несколько неожиданно его самое обстоятельное жизнеописание создал британский историк философии Рэй Монк, автор массивных биографий Людвига Витгенштейна и Бертрана Рассела (первая несколько лет назад выходила по-русски). Монк отважным для неспециалиста образом погружается в дебри теоретической физики и ставит своей задачей связать личность Оппенгеймера с его исследованиями. Заглавная метафора — «жизнь в центре» — играет здесь важную роль.
Читайте лучшие статьи «Коммерсантъ» на kommersant.ru
4. Адам Робертс «Вот и все» (Издательство Individuum; перевод Сергей Афонин, Виолетта Бойер)
Даже те времена, что кажутся спокойными, проникнуты ощущением приближающейся, быть может, далекой, но неотвратимой катастрофы. Знающие о смерти, люди всегда ждут конца не только собственной жизни, но и всего мира. Книга Адама Робертса — компактный путеводитель по самым распространенным сегодня версиям конца света. Робертс — писатель-фантаст, сам написавший несколько апокалиптических романов. Здесь он переходит от «практики» к теории, но научная фантастика в разных ее версиях остается главным источником его анализа. Гнев богов, бунт технологий, нашествие зомби, климатические катастрофы, космический конец Вселенной и, конечно, эпидемии (книга удачным образом вышла в разгар коронавируса). Робертс разбирает инварианты этих основных мифов и пытается разобраться, что они дают человеку, как тревожат и как успокаивают его.
5. Джорджо Агамбен «Куда мы пришли? Эпидемия как политика» (Издательство Ноократия; перевод Вячеслав Данилов)
В самом начале эпидемии коронавируса Джорджо Агамбен, один из самых значительных современных европейских философов, занял довольно парадоксальную позицию, решительно выступив против карантинных мер и объявив пандемию сфальсифицированной угрозой — средством государственных манипуляций по уничтожению гражданских свобод. В следующие два года Агамбен превратился в едва ли не главного публичного интеллектуала-обличителя мер безопасности эпохи короны. Это вбило клин между мыслителем и большинством его коллег, а самого Агамбена неожиданно превратило в своего рода скандальную звезду (любопытный нюанс: философу под 80, он в так называемой группе риска, что делает его борьбу еще более героической). В сборнике «Куда мы пришли?» собраны его статьи и интервью, посвященные эпидемии.
Больше книжных подборок на «КоммерсантЪ-Weekend».
Выбор Игоря Гулина