Зину отпустило, только когда Червь выволок её к опрокинутому от ударной волны рекламному щиту с остатками невнятного, но явно идиллического изображения — нижняя половина безупречного женского лица счастливо улыбается белоснежными коронками, но чему именно радуется мираж из прошлого, разобрать никак нельзя, уж больно сильно изорвана касающаяся земли часть полотна.
Зина намертво вцепилась в его куртку и беспрестанно озиралась, бормоча что-то про псов и про то, как сильно её накрыло, а Червь лишь грубовато встряхнул девушку и, не теряя темп, скомандовал всем бежать к большой букве «М», возвышающейся над следующим по направлению к центру переходом.
— Это безумие, — Митяй отступил с нескрываемой досадой, всё ещё держа наготове тяжеленный огнемёт и рыская в поисках взрослых псов. — Они могут обитать именно там. В подземке. А тут мы им сами на голову свалимся, и деваться нам некуда. Туннели же. Возможно, полностью заваленные. И всё, кранты тогда.
Позади всё уже стихло — ни писка, ни ударов мягких лап, то и дело услужливо подсовываемых воображением, ищущем подтверждения своим страхам, но любой из них понимал, что это вопрос времени, когда за перепуганным щенком придёт его мать. Хорошо, если в одиночку.
— Придётся рискнуть, — Говорун бегло оглядел Зину с некрасиво размазанными по щекам слезами, — так и так нас засекут или с Мемфиса, или псы. Щенок хоть жив?
Кто играет в человечков? (начало, назад)
— Издеваешься? — неуклюжая Катя еле поспевала за ними, но сейчас наравне со всеми перегнулась через парапет, заглядывая под нависшие над входом в метро пучки длинной пожухлой травы. — Вот тогда нам точно кранты. Я его просто спугнула, чтобы он Зину не сцапал. Грохоту только наделала. А вы ни разу не встречали щенков? — она покосилась на Зину, поспешно вытирающую лицо рукавом. — Ты чего так расслабилась-то?
Зина ответила испепеляющим взглядом, а потом без предупреждения перемахнула через стенку и нырнула вниз, проверяя наличие чужаков.
— Здесь чисто! — звонко воскликнула Зина, — Спускайтесь!
— Что за дурацкие выходки? — Червь и Говорун прыгнули следом, а Митяй дождался, когда Рома проведёт по лестнице Катю. — Сдурела совсем?
— Не хочу, чтобы из-за моей оплошности вы все тут полегли. Смотрите, вход в метро порядке! Даже двери целые, — она уже толкала массивное стеклянное препятствие, а Говорун придержал дверь, пропуская остальных и включая налобный фонарь.
Силуэты будки контролёра и пропускных автоматов резко выделялись на фоне уходящего в даль эскалатора.
— Мы что, пойдём по этому? — буркнул Митяй, одной ногой ступая на навеки застрявший механизм. — А если рухнем вниз? Его же бог знает сколько лет не чинили.
— Нас выдержит, у них большой срок годности, — уверенно заявил Говорун и взялся на резиновые перила. — Пошли.
— А если псы выследят по запаху? — всё ещё сомневался Митяй.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Не выследят, у них нет нюха, только зрение и слух, иначе мы все бы тут долго не протянули, — Катя спускалась спокойно, а Говорун слегка зашатался, — ты чего, идти не можешь? Тебе плохо?
— Не-а, — Говорун усмехнулся, — сразу видно не москвичей. Надо привыкнуть перемещаться по стоящему эскалатору, просто штормит немного.
— Ну тогда с тебя экскурсия, москвич, — Катя обернулась на Рому. — Ты же хотел в столицу? Вот тебе и первый знаменитый объект.
— Как-то не очень, — отозвался Рома, осматривая вырванную из темноты пустую платформу и облицованные одинаковыми квадратиками своды.
— Дальше лучше, — скупо выдал Говорун и двинулся к краю, — на всякий случай не трогайте контактный рельс, вдруг не вырубили.
Катя слезла в туннель предпоследней, поддерживаемая Митяем и бережно пойманная Ромой.
— Ты больше не боишься, что я тебя… того? — с вызовом уточнила Катя, когда Митяй отпустил её и приземлился рядом.
— Я видел, как ты трогала Зину. Да и меня. Возможно, подчёркиваю, только возможно, я начинаю тебе доверять.
— Спасибо, — важно кивнула Катя, а Зина беззвучно, одними губами повторила это же слово, глядя прямо в глаза своей спасительнице.