В начале Великой Отечественной войны Майя Плисецкая вместе с мамой смогла срочно эвакуироваться из Москвы в Свердловск. Житье на новом месте оказалось сплошным мытарством, но все терпели. Так мучилась вся страна, и Майя принимала плачевное положение дел с покорностью, на судьбу не роптала.
Добрый приют
В Свердловске семья будущей звезды балета разместилась в квартире инженера Падучева. Майя хорошо запомнила эту фамилию, как и тесную трехкомнатную квартиру, где кроме Плисецких, поселилась еще одна семья с Украины. У самого инженера было пятеро домочадцев. Они перебрались в дальнюю третью комнату и терпели большие неудобства, но гостей никогда не обижали. Война – есть война.
Тем более что вскоре в дверь квартиры постучали новые соседи. Родной дядя инженера с женой, женщиной дородной, прибыли из Москвы и тоже заняли часть маленькой, но вдруг оказавшейся почти безразмерной квартиры.
Несмотря на жуткую тесноту, вспоминает Майя, жили очень дружно, старались друг другу помогать. Часто занимали места в километровых очередях, и одалживали деньги до получки.
Очереди без конца и края
В то время очереди были невероятно длинными, и стоять в них приходилось невыносимо долго. Стоя в очередях, Майя слушала истории о жизни таких же, как она, несчастных мытарей, бежавших от тягот войны. Здесь же она завела множество знакомств. Оно и не мудрено, ведь очереди были везде, абсолютно за каждым видом товаров. Люди стояли, стояли, стояли, отпрашивались уйти ненадолго, возвращались и вновь стояли. И все это время со скуки судачили, жаловались, тревожились.
Заветное желание Плисецкой
Чтобы не запутаться в очередности, свой номер в очереди писали на ладони химическим карандашом. Эта цифра словно клеймо держалась неделями и никак не желала отмываться. Номера разных очередей смешивались и путались на ладони - какая вчерашняя, какая теперешняя разобрать было трудно.
Одну из таких очередей Майя запомнила особенно остро. Случилось это в середине лета. Во дворе продуктового магазина с грузовика с довоенным еще прозвищем «полуторка» сгрузили ящики с яблоками. Яблоки эти были зеленые, карликовые, непримечательные, если смотреть глазами современного покупателя, но тогда все было иначе. Толпа за неказистыми с виду плодами собралась мгновенно. Люди не видели яблок с начала войны. Столь привычный для нас фрукт был на вес золота. Очередь за деликатесом растянулась километров на пять длиною.
Майя чудом успела занять место сравнительно недалеко от ее начала. Тем не менее, яблок ей не досталось. Попросту не хватило. Такого разочарования она не испытывала больше никогда в жизни. И никогда больше балерине не хотелось яблок так же сильно как в этой очереди.
Каких только сортов этих прекрасных плодов она не отведала за всю свою жизнь впоследствии, но тех свердловских, «военных» яблок так и не смогла забыть до самой смерти.
А что вы думаете по этому поводу? Высказывайте мнения в комментариях, ставьте лайки и будьте здоровы
О неточностях и опечатках просьба сообщить автору