Легендарный пограничник Никита Карацупа, непревзойденный следопыт и супермен, появился на свет 24 марта 1936 года. Реальному человеку, с таким же именем и похожей фамилией, на тот момент было уже почти 27 лет, но он имел отдаленное отношение к возникшему былинному герою. Именно 24 марта 1936 г. в газете «Комсомольская правда» вышла статья «140 задержаний», которая стала первым камешком в фундаменте легенды. Автором статьи был репортер Евгений Рябчиков, ровесник реального прототипа, но в каком-то смысле отец мифического героя, поскольку придумал его почти полностью. Впрочем, произошло это не сразу, легенда набирала силу постепенно. Начало истории и краткие сведения об ее создателе см. в предыдущей статье.
Как только отправляешь в сеть запрос «Карацупа», так сразу начинают сыпаться бесчисленные заголовки: «Пять Фактов Из Жизни Пограничника Карацупы», «Пятьдесят Фактов О Карацупе» и т.п., это наряду со стандартными «Легенда погранвойск». Во всех этих статьях все «авторы» переписывают друг у друга одно и тоже, совершенно бездумно, вообще не анализируя, откуда берут «информацию», которая вызывающе, фантастически неправдоподобна, ведь это просто пересказ детских приключенческих книжек, придуманных Евгением Рябчиковым и его последователями, достоверностью свою фантазию не ограничивающими. Нужно иметь совершенно незамутнённое детское сознание, чтобы серьезно воспринимать эти поединки со шпионами, передачу сообщений птичьим криком, бесчисленные погони за диверсантами, то босиком, то на грузовиках. Почитал я несколько статей и нахлынули воспоминания, как я год назад распутывал легенду об Аркадии Каманине – тот тоже то поручение маршала выполняет, то штаб фронта от бандеровцев спасает, то вражеского аса об колокольню бьёт. Ну ладно читатели, доверчивые души, но журналисты и примкнувшие к ним блогеры, они тоже во всю эту галиматью верят? Во времена интернета, когда, казалось бы, информацию можно проверять и сопоставлять? Где элементарная проверка? Куда докатилась современная цивилизация? Короче говоря, из «пятидесяти фактов о Карацупе» относительно достоверными являются едва ли пять.
Перехожу к конкретике. Начать можно с того, настоящая фамилия отца легендарного героя была Карацюпо, отец был украинец. В Постановлении ЦИК Союза ССР «О награждении орденами Союза ССР пограничных частей, командного, начальствующего и красноармейского состава пограничной охраны НКВД и колхозников-активистов пограничных районов» опубликованного 15 февраля 1936 г, в списке по Дальневосточному округу под номером 20 указан Карацупо Н.Ф. – т.е. фамилия нашего героя еще неизвестна стране, но окончание используется в традиционном украинском варианте.
Молодой пограничник был награжден высоким орденом Красного знамени. Кстати, в пресловутой статье «Пятьдесят Фактов О Карацупе» дословно сказано: «В феврале 1936 года Никита Карацупа был награжден высшей в то время наградой СССР — орденом Красного Знамени», - что является заведомой чушью, потому что высшей наградой в то время был орден Ленина. Так что даже этот, относительно достоверный факт, можно вычесть из списка. Да, а в «документальном» фильме государственного телеканала «Россия 1», говорится, что пограничника наградили «Указом Президиума Верховного Совета СССР», хотя сами же показывают газету, в которой написано «Постановление ЦИК». Вот уровень журналистики, в «документальном» (!) фильме, они даже прочитать название документа правильно не могут. Ладно, постараюсь дальше не ругаться, буду бесстрастным.
Можно предположить, что специальный корреспондент «Комсомольской правды» Евгений Рябчиков приехал в Приморский край в командировку, чтобы писать репортаж о только что награжденных героях. Его репортаж «140 задержаний» опубликован 24 марта 1936 г., спустя чуть больше месяца после награждения.
Скажу сразу, обычно я стараюсь проверять всю информацию, но сейчас я не вижу смысла тратить на это силы и время, я пишу не книгу, а заметку, и на ресурсе, на котором меня могут в любой момент заблокировать, так что возможны какие-то проколы с датами. Кто захочет меня оспорить – пожалуйста. Но, уверен, что общий смысл от этого не изменится.
Заметку «140 задержаний» можно найти в сети и прочитать. Она довольно короткая, и почти без фантастики. Будущий легендарный герой появляется во втором предложении: «Первым в наряде стоял орденоносец Никита Карацупа, знаменитый проводник собаки по кличке «Индус»». Как видим, фамилия была изменена для благозвучия, или случайно так получилось, но вышло удачно. Есть в этом что-то таинственное, тревожное и непонятное: Кара-цупа. Так корреспондент его в дальнейшем и называет. Фраза, кстати, интересно построена: «знаменитый проводник собаки по кличке «Индус», так вот сразу и не поймешь, кто из них более знаменит. Вообще, репортаж написан ярко и образно. Вот наряд выходит на границу: «Справа — бескрайние просторы, мирно спящие пограничные колхозы, камыш и тайга Советской страны. Слева, за колючей проволокой, совсем рядом — убогие фанзы разоренных китайцев и черные стены Санчагоу — города нищеты и шпионов». Буквально за забором «бескрайние просторы» переходят в «убогие фанзы города нищеты и шпионов»
Пограничники в репортаже молодцы, двигаются бесшумно, даже снег под ними не скрипнет. Карацупа подзывает к себе бойцов птичьим криком, но и только, сложную информацию им не высвистывает. В этот выход в наряд никого они не поймали. Словоохотливый Карацупа травил байки. Рассказал, что как-то летом ночью ловил шпионов на реке. Те двигались на лодке, но гребли не веслами, а ладошками, чтобы было неслышно, а он стрелял в темноте из пистолета на звук. Рассказ уже довольно дикий, но непонятно, кто заливает, корреспондент или герой. Есть и лирические подробности, которые, возможно, и подкупили читателей.
«Когда наградили меня орденом,— тихо заговорил Карацупа,— я устроил Индусу праздник, купил ему конфет, печенья».
Заканчивается заметка так: «Орденоносец Никита Карацупа — один из тех славных пограничников, которым доверено в день открытия X съезда ВЛКСМ нести вахту на дальнем рубеже нашей страны». Съезд открывался почти три недели спустя, 11 апреля. Непонятно, к чему это вставлено? Но вот собственно и все. Никто не мог предположить, что короткая заметка будет иметь огромные последствия, породив пару безупречных героев – пограничника и его пса.
Я не знаю, писал ли Рябчиков серию репортажей, или ограничился одним? Потом он рассказывал, что провел на заставе 4 месяца, изучая своего героя. Я что-то глубоко сомневаюсь, что корреспондента оставили бы в командировке на такой срок, можно, конечно, проверить это по подшивкам «Комсомольской правды», но я не буду. Лучше просто посмотреть, как трансформировался герой в последующих книжках. Я не знаю, когда была написана первая книга о Карацупе, возможно в 30-е? Возможно, Борис Рябчиков знает, может у него сохранилась в библиотеке отца допосадочные издания ? Но я в сети нашел книги 60-х годов, вроде «Засада на черной тропе», и более поздние, уже 80-х годов, например, «Мой друг Никита Карацупа» - Евгений Рябчиков издавал записки про пограничника неоднократно, под разными названиями, с минимальными изменениями текста.
Книга «Мой друг Никита Карацупа» начинается со слов: «У каждого писателя, работающего в жанрах документальной литературы, есть свои любимые герои — не выдуманные, не созданные фантазией художника, а реальные люди, которых литератор увидел в жизни, познал в больших делах». Ну что же, посмотрим, на этого невыдуманного героя.
Открываем «Засаду на черной тропе»
Книга написана позже газетного репортажа, но ее действие начинается раньше, в 1934 году, в начале карьеры следопыта, то есть за пару лет до статьи, где он впервые упоминается. Евгений Рябчиков в книге описывает, как он знакомится с Карацупой. Надо же, оказывается, когда автор делал свой репортаж «140 задержаний», он был со своим невыдуманым героем знаком уже два года? Дальше больше, с первых же страниц начинается столько расхождений, что впору их записывать, чтоб не запутаться.
Локальное время действия: В книге это лето, когда журналист с нарядом выходит в дозор, вовсю квакают лягушки. В репортаже действие происходит зимой, журналист с нарядом идет по снегу.
Окружающая обстановка:
Репортаж, из 1936 г. - Как мы помним, за рекой были: «убогие фанзы разоренных китайцев и черные стены Санчагоу — города нищеты и шпионов».
Книга, описывает 1934 г. и заграница в ней выглядит совсем по-другому: «любой наблюдатель мог обнаружить, что яркие хижины вовсе не мирное жилье, а замаскированные железобетонные доты. В них были скрыты пулеметные гнезда и пушки».
Ничего себе, убогие фанзы, откатившись на два года назад, превратились в яркие хижины, они же железобетонные доты? Только замаскированные )). Но их мог обнаружить любой наблюдатель ))). Как это у автора получается совместить в одном предложении?
Вообще, стоит сказать, что стиль книг Рябчикова сильно уступает газетно-репортажному, в книгах предложения стали банальные, суконные, штампованные. Зато герой меняется кардинально. В репортаже он травил байки, в книге теперь это немногословный молчун, из которого слова не вытащишь. При этом, несмотря на немногословность, – компанейский, ну так про него говорят окружающие.
События:
Книга, про 1934 г. В первый же выход пограничный наряд, усиленный корреспондентом, поймал двух шпионов.
Репортаж, в 1936 г. Наряд с журналистом никого не поймал.
Черт, где же настоящая документальная литература, в статье «Комсомольской правды» или в последующих книгах? Первая глава книги «Засада на черной тропе» заканчивается фразой:
«Ничего не придумывая и не приукрашивая событии, я расскажу в этой книге о некоторых подвигах героя-следопыта». Как же мне захотелось узнать подробней про эти непридуманные подвиги! Почитал книгу, и не пожалел. Подвиги потрясающие. В следующей статье я постараюсь привести наиболее яркие.
Все статьи на тему:
Вспомним фейки прошлого: про пионера-летчика и пограничника Карацупу
Окончание: Все подвиги Карацупы по главному первоисточнику и выводы
