Найти тему
Издательство "Гангут"

«МИЛАЯ И ДОРОГАЯ МАМА...» Письма матроса эскадренного броненосца «Сисой Великий». 1904–1905 гг. (продолжение)

Журнал "Кортик №16"/2019 г.
Журнал "Кортик №16"/2019 г.

Дорогие читатели, это продолжение статьи «МИЛАЯ И ДОРОГАЯ МАМА...» Письма матроса эскадренного броненосца «Сисой Великий». 1904–1905 гг. Начало можно найти на нашем канале "Издательство "Гангут" или пройдя по ссылке:

№ 13
20-го марта 1905 г. Индийский океан.
1° 52' с.ш.
86° 14' в.д. (от Гринвича)


Милая и дорогая мама!
Последнее моё письмо тебе, посланное мною из Носси-бе, было написано второпях, и то не мною, а моим коллегою Иваном Кирилловичем Ляпиным, который напишет тебе письмо, если суждено мне быть убитому. Это письмо я второпях подписал на почте и второпях написал сам адрес. Дело в том, что вечером
2-го марта командующий поднял сигнал:
«Завтра (3 марта) сняться всей эскадре с якоря». Вот пошла полундра: кончать расчёты с поставщиками с берега, запасаться всем необходимым, приготовлять нужные бумаги и проч[ие] бесчисленные дела.
3-го марта в 3 ч дня снялись всей эскадрой и навсегда оставили Носси-бе, успевшее опротиветь за двухмесячную стоянку. С нами отправились
и неразлучные наши спутники – транспорта-угольщики, чтобы по мере расхода угля пополнять тотчас же. Как я писал раньше, – уголь на наших судах превышает полный запас – кладётся, где только позволяет место.
Да иначе и нельзя. До нас постоянно доходят слухи, что мы находимся
в кругу японских шпионов, почему каждую минуту должны ждать какой-нибудь проделки с их стороны. Главная опасность – это японские миноносцы, которых у него, к сожалению, порядочное число. Вторая опасность – это море, это капризная донельзя женщина – разбушуется
и не знает предела. Так что уголь приходится грузить, когда спокойно море, и когда наши разведчики не приносят тревожных вестей.
Погрузка в море – дело не лёгкое.

Начальство хотело применить способ, придуманный французом Спенсен-Миллера, но на деле он оказался
не удобным, и мы грузим несколько проще. Застопориваем машины, спускаем шлюпки и на шлюпках перевозим с транспорта на броненосец. Таким образом в день нагрузим около 200 тонн
(тонна = 61,2 пуда).
В одну из таких нагрузок у нас на «Сисое» утонул паровой катер. Дело было следующим образом:
В 7 ч утра
15 марта мы застопорили машины для погрузки угля. Спустили 2 барказа и паровой катер для буксирования их. Катер, отбуксировав
на транспорт барказы, вернулся к борту броненосца для приёма пресной воды. На этот случай была зыбь. Броненосец порядочно покачивало
со стороны на сторону, и в один из таких моментов, погружаясь в воду правым бортом, броненосец задел стрелой сетевого заграждения за борт катера. Катер левым бортом принял воду – опрокинулся и пошёл ко дну. Люди, бывшие на катере, спасены. И так погиб паровой катер № 1.
Это было в 7 ч 20 мин утра
15 марта. Теперь мы остались лишь при одном только паровом катере № 2. Больше за этот период никаких особенностей не было. 17-го марта в 11 ч утра перешли вторично экватор на 80° 24ʹ вост[очной] долг[оты] от Гринвича.
23-го марта 7 ½ ч веч[ера].


Сегодня с ночи начали проходить Малаккский пролив. Здесь большая вероятность встретить неприятельские миноносцы, почему нами принимаются самые строгие меры к охране эскадры. Насколько мне известно, наше начальство не думает, что японцы вышлют против нас свою эскадру, вероятнее они примут старание истребить нашу эскадру другим путем, например: вышлют миноносцев или даже просто маленьких парусных или паровых судов с взрывчатыми веществами.
Мы ко всему готовы и донельзя подозрительны ко всяким случаям. Впрочем, будущее покажет, кто выиграет. Пока нам известно, что придём на якорь в Камран, откуда я и предполагаю тебе отправить это письмо. Камран, по всей вероятности, такая же незначительная, незаселённая бухта, как и Носси-бе; его даже не нанесено на карты. Находится
он в Южно-Китайском море на Индокитайском полуострове несколько севернее г. Сайгона.
25-го. – Впервые показались берега Малаккского пролива.
26-го. – Сегодня в 2 ч дня прошли Сингапур, навстречу на паровом катере вышел наш консул. Пересел на подошедший к нему миноносец и подошёл к борту «Суворова» для личного переговора с адмиралом. Получили известие, что японская эскадра крейсирует в Южно-Китайском море севернее острова Борнео.
Чуть было не забыл написать тебе только недавно узнанную случайно новость. Оказывается, на «Ослябя» находится Вася Шиповалов.
Он приехал на Мадагаскар на «Олеге». В настоящее время он мичманом,
а ведь помнится давно ли собакам сено косили по Дягилинке
(?).
Жаль, что не удалось повидать его.

Как-то случалось быть на «Ослябя» раза два по делам службы, но в оба случая несчастливо. Лелею мечту в будущем повидать друга детства, хоть в настоящее время наши положения разительно неодинаковы:
он офицер, я – матрос. Я, кажется, писал тебе, что в Кронштадте виделся
с его братком Ваней. Встретились как друзья, и он мне много нового порассказал про В[еликие] Луки.
29 марта. Все встречные суда наш крейсер «Олег» встречает
и осматривает. Сегодня в 8 ч утра навстречу слева нас показался крейсер. «Олег» попытался было догнать его и осмотреть, но далеко не погнался.
А крейсер поднял сигнал:
«Я не знаю, как салютовать командующему вашему, как вице-адмиралу или контр-адмиралу. Не разберу адмиральского флага». Предполагает крейсер английский,
но утвердительно не знает. Вслед за первым – справа прошёл второй крейсер. Этот отсалютовал по уставу 13 выстрелов. Салютом же ответил
и адмирал, но лишь после того, как «Олег» обошёл его и достоверно узнал, что это английский крейсер «Седледжи». С самого утра этого дня
за горизонтом, позади нашей эскадры, показывался дым. Это казалось подозрительным.
«Олег» пошёл на разведки. Оказывается, это шёл английский транспорт.
В 2 ч дня он обогнал нас. Сегодня же утром у нас были получены японские телеграфные знаки, но разобрать их не могли. «Орёл» в Сайгон (фраза вписана автором выше строки). Больше за день никаких особенностей
не было.

30 марта. 10° 11' с.ш. и 109° 58' в.д. от Гринвича с утра грузили уголь.
В 3 ч дня, окончив погрузку, отправились на запад к Индокитайскому полуострову.
31 марта. Утром подошли к бухте Камран. Отправили миноносцев тралить (тралить – очищать от мин) бухту, а сами грузили уголь. В 6 ч вечера, закончив погрузку, отослали транспорта в бухту на якорь, а сами направились в море, где, застопоривши машины, остались на ночлег. Часов в 12 ночи нами замечен чужой транспорт. Мы сигналом заставили его приблизиться и послали осмотреть его двух миноносцев. Корабль поднял британский флаг. Когда наши миноносцы с полного хода пристали к борту его, на нём закричали, видимо, испугались – уж не топить ли его хотят. Проверив его бумаги и груз, отпустили.
1-го апреля. В 10 ч 55 мин утра, после почти месячного «странствия владычного» по «безбрежному морю» мы наконец-таки отдали якорь
в бухте Камран
(на Индокитайском полуострове немного севернее Сайгона). Четыре транспорта под германским флагом готовы снабдить нас углём. Говорят, несколько дней назад здесь, как говорят, были японские разведывательные крейсера. Но за верность слуха ручаться нельзя. Бухта Камран – это нельзя сказать, чтобы была красивая местность. Плешивые, гранитные горы, свесившись со всех сторон над бухтой, делают её похожей на корзинку. Жилья человеческого никакого,
если не считать нескольких жалких хижин туземцев малайцев.

Зачем сюда пришли? Долго ли простоим? Соединимся ли здесь или
в другом каком месте с 3-й эскадрой? Вот вопросы, которые нас интересуют и на которые ни один из нас не даст ответа. Разве адмирал только знает. Но он человек несообщительный – не любит сообщать впредь свои предположения, и мы, например, узнали, что пришли
в Камран лишь тогда, когда отдали якорь.
Это письмо, по всей вероятности, получится после Пасхи, почему заблаговременно поздравляю тебя с Великим Днём Воскресения, так же всем, всем мои благопожелания всякого благополучия. Моё первое священное приветствие «Христос Воскресе» будет обращено к вам всем. Завтра это письмо свезу на почту.
Затем, дорогая мама, желаю тебе всякого благополучия, целую крёстную мать, желаю ей здоровья, и сердечный привет всем родным.
Твой любящий сын
Владимир.

P.S. Кажется, мама, я тебя опять ввёл в убыток, по всей вероятности,
ты послала табаку. Я получу его, вероятно, во Владивостоке. Прочем
(так в тексте), достанется ли там побывать – Бог знает, его воля.
Владимир.


© А. Ю. Емелин
Перед Вами фрагмент статьи из сборника "Кортик №16"/2019
Ещё больше интересной информации и сами книги у нас в группе https://vk.com/ipkgangut

Друзья, если статья вам понравилась - поддержите нас лайком и/или репостом, напишите комментарий. Наш канал - молодой, нам очень важно ваше мнение и поддержка!