Жан-Мишель Баския – один из самых влиятельных американских художников ХХ века. Он оставил после себя около двух тысяч картин и рисунков и вошёл в «Клуб 27», не дожив до 28 лет.
Может быть, я решусь подробнее написать о его творчестве, но пока мне сложновато. Несмотря на то, что его стиль могли называть примитивным экспрессионизмом, нужно много о чём иметь представление, чтобы расшифровывать все отсылки в его полотнах. Символы, связанные с историческими, культурными, музыкальными, биографическими и другими событиями, которые были важны для художника.
Когда я впервые услышала историю Жана-Мишеля Баския, я не могла сдержать слёз. Было невыносимо жалко этого одарённого мальчика, не совладавшего с жестоким миром. Он стал первым чернокожим художником, который добился мировой славы и огромных денег. И этот статус оказался слишком тяжелой ношей для его хрупких плечей.
В своём творчестве Баския постоянно эксплуатирует тему расизма. Его афроамериканцы преимущественно изображаются с терновым венцом над головой, символом святости и мученичества.
Себя он тоже причисляет к мученикам, обреченным с рождения. И в итоге он кладёт себя на алтарь борьбы за равенство. Ему было тяжело одному в этой борьбе, и он призывает к помощи своих чёрных братьев, провозглашает их королями, заявляет о мощи этих титанов. Они уже завоевали свои вершины в музыке и спорте.
Баския перехватывает эстафету и врывается в арт-мир со своим оружием – кистью.
Художника оскорбляли высказывания о нём, как о примитивисте («Это как примат? обезьяна?»), дикаре, но сам он только подтверждал это мнение своими действиями. Несмотря на рождение в благополучной семье, образование, знание трёх языков и осведомлённость во многих областях, он начинает свой творческий путь на улицах Нью-Йорка, по сути занимаясь вандализмом – граффити. И это было правильным шагом. Он это знал. Он всегда знал, что станет великим и пририсовывал корону к своим граффити.
Богема Нью-Йорка приняла художника и полюбила, поверив в его уникальность, которую нельзя было скрыть. Он стал зарабатывать большие деньги, но не знал, как правильно с ними обращаться. Использовал костюмы от Армани в качестве рабочей формы при написании картин. Тем самым поддерживая имидж дикаря.
Сумасшедшая творческая активность. Количество её плодов трудно осознать, когда вспоминаешь о небольшом сроке жизни художника. А на фоне – бесконечные тусовки, общение, колаборации, путешествия… Как можно было уместить это в одну жизнь?
Он слишком торопился, не прекращая рисовать, постоянно находясь в творчестве, ища образы для вдохновения, стимулируя себя всеми способами. Ему необходимо было оставить за собой как можно более яркий и неисчезающий след. Он сжигал себя заживо, преследуя эту миссию.
В поездках на Гавайи или в Африку Баския отдыхал душой, восстанавливался и чувствовал себя счастливым. Но всё равно возвращался в Нью-Йорк и продолжал борьбу за свой след в истории, параллельно убивая себя. В его последних картинах слышен крик погибающего человека, оставшегося наедине со своими страхами.
За свою короткую жизнь он успел очень многое, но так и не был принят академическими музеями. Как часто это бывает, его искусство опережало время, и полное признание пришло только после смерти. Но при жизни он так и не добился того, что картины чёрного художника появились на стенах музеев рядом и наравне с картинами белых. Он предлагал свои работы в дар, но музеи отвергали. «Эта картина займёт слишком много места». Она не достойна его занимать.
Баския не взошёл на пьедестал, и осознание этого факта разрушало его. Такая глобальная миссия не по силам одному человеку, пусть и масштабной личности, но всё-таки просто человеку, ещё и принадлежавшему к меньшинствам.
Я не могу сказать, что в наши дни расизм исчезает. Он не исчезнет до тех пор, пока существуют расы. Человечество ещё не научилось правильно взаимодействовать с этим явлением, чтобы не ущемлять ту или иную сторону конфликта. Я надеюсь, что когда-нибудь «неоплатный долг» будет оплачен и забыт. Но это сродни утопичному желанию мира во всём мире…
Ну а гениальность не имеет цвета. И какое счастье, что мы можем наслаждаться её плодами во всём разнообразии, возможном на нашей планете.