Мы были в Грузии. Помножим
Нужду на нежность, ад на рай,
Теплицу льдам возьмём подножьем,
И мы получим этот край.
С этих строчек начинается, пожалуй, практически каждая статья, посвященная грузинской теме в творчестве Бориса Пастернака. Но связь поэта с Грузией действительно была невероятно прочной, даже мистической.
Знакомство с грузинской культурой для Пастернака началось еще в Москве – со знакомства с грузинским общественным деятелем и поэтом Паоло Яшвили. Встреча состоялась в октябре 1930 года, а уже в июле 1931 года Пастернак принял приглашение Яшвили и отправился в Тифлис. В поездке его сопровождала Зинаида Нейгауз, жена его друга, которая позже станет его женой.
Путь лежал через Военно-Грузинскую дорогу, своими великолепными пейзажами сведшую с ума не одного русского поэта. Наполненный пылкими чувствами к своей возлюбленной, Пастернак с головой окунулся в мир фееричного грузинского гостеприимства. Узкие улочки старого Тифлиса, неприступная красота гор, неугомонный грузинский народ, с радушием встречающий каждого, кто переступит порог дома поразили его глубины души.
Именно люди сделали Грузию вторым домом для Пастернака. Яшвили познакомил его Ладо Гудиашвили, Георгием Леонидзе, с Тицианом Табидзе, выдающимся грузинским поэтом. Знакомство переросло в крепкую дружбу – после расстрела Тициана Табидзе в 1937 году и до конца своей жизни Пастернак продолжал поддерживать его семью.
Пастернак довольно много путешествовал по Грузии – он посетил Джвари, Мцхету, отдыхал в Коджори и Кобулети, был в Боржоми, Абастумани. Все его путешествия нашли отражение в его стихах – вернувшись из поездки, он устроил в Москве вечер грузинской поэзии. Его цикл стихов «Волны», посвященный Грузии, был принят публикой с восторгом.
Последний приезд Пастернака в Грузию пришелся на 1958 год – пик гонений на поэта. Пастернак отправился в Грузию – подышать воздухом молодости, побывать в домах своих друзей, ушедших из жизни. Он остановился в квартире вдовы Табидзе, теперь там обустроена мемориальная комната – его вдова, Нина Александровна, сохранила ее в том виде, какой она была при Пастернаке.