По вечерам, от нечего делать, все девушки, говорить громко в гареме не разрешалось, тихонько спорили: куда отправят молодого принца Мехмеда? Только две наложницы в этих разговорах участия не принимали. Это Айя-хатун и Нурбану-хатун. Первая по причине того, что ей было все равно куда ехать, лишь бы остаться с Мехмедом, без которого не представляла своего существования. А вторая понимала — от всех этих разговоров в ее жизни не изменится…
Правда, она всегда искоса поглядывала на эту девушку и удивлялась: что в ней мог найти шехзаде? Но еще больше удивляло — что в ней нашла Хюррем-султан? Лично в ее понимании Айя-хатун не была красавицей. Впрочем, справедливости ради следует отметить, имелось в ней что-то притягательное. Скорее всего — улыбка, во время которой на щеках появлялись милые ямочки. Видимо, эти ямочки и пленили принца…
Любимица шехзаде Мехмеда вела себя со всеми очень приветливо и доброжелательно, но никого к себе близко не подпускала и особо ни с кем не откровенничала. Впрочем, у нее на это времени не было. Она постоянно что-то делала — вышивала, шила и даже готовила еду для своего господина, что само по себе смотрелось удивительно. Иногда наложницу можно было увидеть в саду, где Айя-хатун дышала свежим воздухом.
Обычно девушка находилась в свите Хюррем-султан, но порой прогуливалась вдвоем с принцем. Как-то Нурбану случайно увидела, как влюбленная пара подобрала птенчика, выпавшего из гнезда. Она с трудом удержалась от смеха, настолько глупыми у них были лица. Аяй-хатун держала птичку в руках, сложенных лодочкой, а принц, надежда империи и меч Османа, растерянно смотрел по сторонам, не зная, что сделать. В небе тревожно летала пара пернатых, которая потом, сделав круг, исчезла. Надо полагать, навсегда.
Лично Нурбану с детства знала, что выпавших из гнезда птенцов никогда нельзя поднимать, иначе родители, взрослые птицы, от них откажутся. Но образованный шехзаде явно этого не знал. На счастье птенца, появилась хасеки, которая тут же приказала отнести пернатого в ее покои, и на время стала ему матерью. Каким-то чудом султанша сумела не только выкормить желторотого, но даже научила летать. Нурбану видела, как взрослая птица, им оказался черный дрозд, каждое утро прилетала к госпоже на балкон и что-то ей рассказывала. Однажды птица прилетела с подружкой. По всей видимости, дрозд решил познакомить спасительницу со своей возлюбленной…
Когда выяснилось, что шехзаде Мехмед отправляется в Манису, а сын от нелюбимой черкешенки переезжает в Амасью, разговоры усилились. Теперь уже никто не сомневался — шансы старшего сына хасеки занять престол заметно увеличились. Все девушки почему-то стали подобострастно кланяться Айе-хатун, словно она уже стала госпожой. Это смотрелось довольно странно. Ведь она пока никого не родила своему принцу…. Хотя, какие его годы, усмехалась про себя Нурбану — шехзаде, столь хорошо показавший себя в военных операций в Задунайских областях, еще молод и полон сил.
Именно в связи с отъездом принца в санджак Нурбану впервые услышала о законе Фатиха. Поначалу Нурбану не особо прислушивалась к этим разговорам, к тому же плохо представляла, что это такое. Но однажды, уже став гезде шехзаде Селима, попросила калфу, преподававшую у них в гаремной школе историю, пояснить. А когда та познакомила со всеми тонкостями, помертвела от ужаса.
Представить себе, что сын пойдет на заклание ради будущего империи она просто не могла. Еще ужаснее была мысль, что Селим также может погибнуть. Поэтому по ночам, когда заканчивались бурные ласки и шехзаде безмятежно засыпал, Нурбану обращалась к Иисусу и деве Марии, веру в которых свято берегла в глубине сердца, и молила их защитить ее и любимого. Потом начинала вызвать к Аллаху. Помолившись подобным образом, облегченно вздыхала.
Нурбану было как-то спокойнее от мысли, что ее защищает сразу две веры, хотя знала — подобное грех. Бог в сердце должен быть всегда один и уж коли поменяла веру, то надо оставаться правоверной мусульманкой, тем более, что перед глазами был пример султанши, свято соблюдавшей все правила ислама.
Впрочем, болтливые евнухи утверждали: шехзаде Мехмед настолько благороден, что никогда не осмелится применить жесткое правило по отношению к своим братьям. Сын Роксоланы, возможно, и поступит подобным образом. Но ведь есть еще один претендент на трон, его сводный брат Мустафа. Ни для кого не является секретом, что главной советчицей у него выступает матушка, бывшая любимица падишаха. А уж она не откажет себе в удовольствии приказать закинуть шелковую удавку на шеи сыновей своей соперницы...
Шехзаде Мехмед покинул Топкапы, вместе с ним отбыла и счастливая Айя-хатун. А вскоре пришла пора собираться в санджак и второму сыну султана.
Публикация по теме: Страх Нурбану-султан. Часть 16
Начало по ссылке
Продолжение по ссылке