В 1924 году на чердаке одного из особняков горнозаводской династии Демидовых в Нижнем Тагиле обнаружили потемневшую доску с живописным слоем. А когда доску отмыли, на вороте платья Мадонны увидели крошечную надпись золотом: Raphael Urbinas Pingebat MDIX — «Рафаэль из Урбино писал в 1509».
Наследие металлургов
Реставрацией картины занимался авторитетнейший Игорь Грабарь. Он в итоговой статье и предположил: «Мадонна из Нижнего Тагила, может быть, тот самый прото-оригинал, который находился некогда в римской церкви Санта Мария дель Пополо. Тагильский экземпляр не копия, о чем убедительно говорят артистические pentimenti».
Pentimenti — это когда автор меняет композицию картины прямо в ходе работы, и с помощью рентгена эти метания можно увидеть. В нашем случае художник переписал положение руки Марии — при изготовлении копий так, понятно, не поступают.
Обнаруженной в Тагиле картине дали описательное название «Святое семейство». Но известно, что где-то между 1508 и 1511 годами Рафаэль по заказу папы Юлия II написал «Мадонну с вуалью». Весь 16 век картина находилась в церкви Санта Мария дель Пополо, потом входила в собрание семейства Боргезе, потом — выставлялась в святилище Богородицы в Лорето (Италия). Было сделано свыше 40 копий этого произведения, что, конечно, внесло путаницу.
А в XVIII веке следы оригинала затерялись. И, может быть, картину купил кто-то из Демидовых, ведь эта династия увлекалась Ренессансом. А Нижний Тагил —столица металлургической империи Демидовых, так что все сходится. Кстати, «Мадонна с младенцем» Джулио Романо, любимого ученика Рафаэля, сейчас тоже хранится в Нижнем Тагиле — это осколок той самой коллекции уральских магнатов.
Франция против Тагила
Но в 1979-м Музей Конде (Франция) объявил: «Мадонна Лорето» из его собрания, считавшаяся малозначительной копией — и есть потерянный оригинал из Санта-Мария дель Пополо.
Главное доказательство — все те же pentimenti. Рентген показал, что поначалу в правом верхнем углу картины было окно, а святого Иосифа художник приписал позже. Второй факт: в левом нижнем углу на «Мадонне Лорето» стоит число 133. Известно, что под этим номером подлинник Рафаэля значился в коллекции Боргезе.
У французов есть и неосязаемые аргументы в пользу их экземпляра: «чрезвычайно высокое качество картины, восхитительное равновесие мотивов, тонкая смесь силы и изящества, характерное для лучших произведений Рафаэля».
Что ж, можно сравнить, какая из спорных мадонн больше похожа, например, на «Мадонну Божественной Любви» Рафаэля — тут авторство не вызывает сомнений.
И Тагил, замечу, не сдается. «Мы вызывали из Екатеринбурга специалистов экспертной лаборатории, замерили грунт, изучили красочный слой в ультрафиолете, в инфракрасных лучах — и еще раз убедились: работа действительно начала XVI века», — рассказывает директор Нижнетагильского музея Марина Агеева.
«У всех Мадонн, которых мы знаем как копии, нет подписи, — вторит ей Зоя Купцова, хранитель итальянской коллекции Эрмитажа. — И только в тагильской Мадонне есть подпись, и есть дата». На эрмитажной выставке «Линия Рафаэля» в 2020 году работа из Тагила экспонировалась как «Святое семейство. Рафаэль, приписывается». Аккуратно, но твердо: это — не копия.
Возможно, в будущем найдут какие-то новые документы, разъясняющие историю картины. Или изобретут новые высокотехнологичные методы определения авторства. А пока наш с вами выбор — просто поверить одной из сторон спора. Я, чисто из спортивного интереса — предпочел бы поверить Тагилу.