Тут давеча, в ходе дискурса, в очередной раз из нафталина вытащили господина Трумэна с его: «Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии, и, таким образом, пусть они убивают как можно больше».
Довольно откровенное высказывание конгрессмена имело место быть в определенном контексте, который хотелось бы подчеркнуть.
Начать стоит с того, что с момента нападения Германии на Польшу в 1939 году позиции формально нейтральных государств - США и СССР оказались диаметрально противоположными. В то время как штаты последовательно поддерживали страны антигитлеровской коалиции, СССР добровольно окрасил себя в те цвета, в которые он окрасил себя (с). Можно долго обсуждать причины сближения СССР с Гитлером, понятное дело, что политические выгоды никто не отменял, и с точки зрения СССР это сближение было оправданным и рациональным, но вот с точки зрения США советы поддерживали геополитического соперника американцев. И понятное дело США это не нравилось.
После того как в 1939 году СССР проявил себя в роли агрессора, причем в случае с Финляндией это было проявлено совершенно прямо и открыто, США объявило СССР "моральное эмбарго". Выражалось оно в запрете поставок в Советский союз военной продукции и продукции двойного назначения. И хотя товарищ Молотов в своей речи и бравировал тем, что объявление морального эмбарго никак не сказалось на положении СССР, на самом деле задержка поставок высокотехнологичного оборудования на огромные суммы негативнейшим образом сказывалось на советской промышленности. Особенно это отражалось на советской авиапромышленности, которая, по историческим причинам была крепко интегрирована с американскими техническими изделиями.
Политика СССР в 1939 - 1941 году была явно прогерманской, как в публичном поле, так и в неофициальной политике, вплоть до 22 июня 1941 года.
И вот, после нападения Гитлера на СССР перед американскими политиками встала интересная дилемма. С одной стороны, СССР явно требовалась помощь, и было бы неплохо распространить на Советский Союз действие закона о ленд-лизе. С другой стороны, поставки вооружения и военных материалов нарушали действующее моральное эмбарго. Поскольку в проклятых США волюнтаризм был не в чести, разрешить эту проблему волевым решением президента было невозможно. Требовалось единение с Конгрессом и палатами общин. Вопрос был вынесен на публичные слушания, и в рамках этих слушаний американские политики высказывали свое личное мнение. Мнение Трумэна, видного конгрессмена изоляциониста было напечатано в Нью-Йорк Таймс: "If we see that Germany is winning we ought to help Russia, and if Russia is winning we ought to help Germany, and that way let them kill as many as possible, although I don't want to see Hitler victorious under any circumstances."
То есть с точки зрения американского сенатора СССР и Германия были "оба хуже", и он видел выгоды для США в их прямом столкновении. Однако он не желал победы Гитлера, и, к слову, высказался за включение СССР в систему ленд-лиза.
Такие дела. Реалполитик - это всегда грязная штука.