У Пушкина в Лицее, как известно, за годы учёбы сложились наиболее близкие отношения с Антоном Дельвигом, Иваном Пущиным, Вильгельмом Кюхельбекером, Иваном Малиновским. Зачастую, называя эти имена, подчёркивают, что дружба с ними оказалась, как в таких случаях говорят, на всю жизнь.
Но никогда не задаются вопросом, почему у Пушкина дружеские отношения сложились, например, не с самыми одарёнными в первом выпуске Лицея Горчаковым, Корсаковым, Вольховским, а именно с этой четвёркой.
Здесь не всё было просто. Обычно про них говорят: очень разные, очень непохожие. Хотя как взглянуть. В каждом из них было нечто, что делало их… «братьями по несчастью». Уже тогда, с самого начала.
Мешковатый, рослый и лишённый очков жутко близорукий Дельвиг, для которого весь свет был как в тумане, а все женщины казались ему красавицами — то-то была потеха для остальных лицеистов.
Глуховатый Кюхельбекер, плохо слышащий на одно ухо после золотухи, с необузданной вспыльчивостью и с комической внешностью, вызывавшей постоянные шутки, доходившие до издевательства (ребята в этом возрасте бывают удивительно злыми). Однажды дошло до того, что Кюхля решил топиться. Его вытащили из пруда и обсмеяли ещё сильнее, мол, даже утопиться не можешь.
С Малиновским Пушкина сблизила смерть первого директора Лицея, отца Вани. Т.е. ещё вчера он для всех был сыном директора, «чем-то вроде хозяина», а сегодня уже… вроде как бы и никто. Приходится признать, что изображения молодого Ивана Малиновского, если я не ошибаюсь, до нас не дошло. Даже на знаменитом рисунке Нади Рушевой лицейских друзей мы видим лишь Кюхельбекера, Пущина, самого Пушкина и Дельвига. Известен только портрет Ивана Васильевича, где он уже в преклонных годах, сидящий в кресле.
У Пущина были прекрасные отношения со всеми, его никто не обижал, он ни с кем не ссорился, но… Да, он происходил из родовитой дворянской семьи, его отец — сенатор, генерал-лейтенант морского флота, имел 12 детей и весьма ограниченные средства к существованию. Но не в этом закавыка. С детства Пущин был лишён материнской заботы — мать была душевнобольной.
И наконец, сам Пушкин, не менее Кюхельбекера или Малиновского вспыльчивый, к тому же склонный к злой насмешке, внешностью напоминающий обезьяну, за что и имел соответствующие прозвища «обезьяна», «помесь обезьяны с тигром», отражавшие его внешность и несдержанный темперамент. Многие из лицеистов считали его себялюбивым, тщеславным и даже агрессивным. Отсюда другое прозвище — «француз».