Юбилей отпраздновать сложно. И утомительно. А еще почему-то волнуешься. Казалось бы, праздник. А все равно внутри неуправляемое волнение.
Юбилей требует много денег. Не важно, дома или в кафе. У себя, может, дешевле. Немного. Поэтому лучше в кафе.
Одна надежда, что подарят не чепуху в ярких упаковках, а деньги в конвертах. Тогда можно затраты окупить.
И в этом ничего стыдного нет. Потому что хочется увидеться с родными дорогими людьми. С преданными друзьями. А всё денег стоит. И их приходится экономить.
А тут – снял небольшое помещение, повара всех накормят, посуду мыть не надо. В конце гости встали и ушли. И деньги в конвертике.
Посмотришь – оказывается, что расходы возмещены. Приятно.
Хотя чему радоваться? Семидесяти годкам? Печалиться надо, а не радоваться. Потому что большая часть жизни за плечами. А будущее неясно, туманно. И есть ли оно, это будущее? Лучше не думать.
Самое хорошее в семьдесят лет, да и не только в семьдесят лет – в любом возрасте – видеть рядом с тобой родные лица. И чувствовать любовь – к себе. Не притворную, а настоящую. Ту, что делает тебя смелым и отважным, благородным и нежным.
В кафе лучшие друзья приехали заранее. Имениннице дали немного времени - проверить наличие блюд, что работники кафе на стол приносят. А затем удалили – посидеть в кресле – в стороне.
На стенах появилась самодельная газета «Ее путь». С фотографиями. Начиная с раннего детства. Под каждым фото – забавная шутливая надпись. Например, она за толом суп разливает – мужу и детям. И написано: «Рука кормящая». Или еще одна, на которой серьезное хмурое лицо. Внизу: «К себе в душу не пущу, я такая».
Наконец сели за стол. Веселые тосты – рекой. Двоюродный брат голосом президента поздравил. У него очень похоже получилось.
А близкая подруга пропела куплет как бы от лица Эдиты Пьехи.
Затем ее родные взрослые дети встали в ряд и прокричали частушки. Они петь не умеют, поэтому прокричали. Было очень забавно.
А еще несколько друзей придумали разные костюмы. Переоделись – и тоже «выступали». Например, одна дама изображала олицетворение благополучия. На ней висело с пяток кошельков. В каждом по десять рублей. Благополучие покривлялось, затем вручило почетную грамоту, подарило пять кошельков и скрылось.
Другая подруга предстала в образе здоровья. Маску улыбающуюся натянула на себя. Румяную. Сама сделала – из картона. Прыгала, скакала, пропела куплеты и подарила коробочку с витаминами.
Весело было.
Угощение всем понравилось. Говорили, что вкусно - как дома. И закуски, и горячее – все хорошо.
Сидели за столом. Вспоминали. После выключили музыку и пели. Песни, которые юбилярша любит. Очень душевно.
Когда расставались, тоже шутили и шутили. Что в следующий раз все соберутся, когда ей восемьдесят исполнится. Потому что нечего ее баловать – на семьдесят пять встречаться. Пусть, мол, с замиранием сердца десять лет ждет. И молодеет. Такое «партийное» поручение дали – ей. И разъехались.
Домой приехала рано. Потому что за стол сели часа в три.
Она ходила по комнате, разбирала подарки. Подсчитала денежки в конверте. Убрала шуточную газету и почетные грамоты – в шкаф. Пусть лежат. Можно иногда смотреть – любоваться. Особенно когда на душе тяжело. Посмотришь – и легче сделается. Приятно же, что тебя любят. Что о тебе думают.
Пришла внучка. Любимая и неповторимая. Милая семилетняя девочка. Напротив они живут. В руках букетик. Цветочки, сорванные во дворе. Самые обыкновенные. Среди них даже пара желтеньких одуванчиков. Видно, что ребеночек очень старался.
Вручила букетик. Обняла. Когда обнимала, то в ушко по секрету прошептала, что очень-очень любит. Вот так.
Убежала. А юбилярша держала букетик из дворовых бледных цветочков и плакала. Потому что сердце вдруг открылась. И из него потекла нежность.