В 2016 году при посещении воронежского поселка Рамонь не прошел мимо памятника неподалеку от "раскрученной" достопримечательности этих мест - замка принцессы Ольденбургской.
Этот памятник работы местных художников Людмилы и Эдуарда Ефановых поставлен осенью (28 октября) 1967 года великому донскому оружейнику Сергею Ивановичу Мосину. Почему - донскому? Да, потому что Мосин, как и оружейник Токарев родился на Дону. Только донской казак Токарев - в станице Егорлыкской Черкасского округа Области войска Донского, а Мосин - в селе Рамонь Усманского уезда Тамбовской губерни. Токарев не был дворянином, а Мосин не был казаком. Он появился на свет 2 апреля (14-го по новому стилю) 1849 года в семье управляющего экономией и сахарным заводом помещиков Тулиновых - отставного подпоручика Ивана Игнатьевича Мосина. Мать его - простая крестьянка. Уже после рождения сына и смерти жены Ивану Мосину не без участия семейства Тулиновых-Шалле удалось получить дворянское звание, а Сергею в 1861 году - поступить в кадетский корпус. Сергей Мосин учился сначала в Тамбове, затем в Воронеже. С отличием окончил Михайловский кадетский корпус. Получив назначение на Тульский оружейный завод, около десяти лет посвятил созданию оружия, в том числе знаменитой трехлинейки. Известно, что в последний раз Сергей Мосин побывал в родных местах в 1895 году. Сейчас в Рамони есть не только памятник, но и улица Мосина. Но памятник в 2016 году выглядел иначе!
Теперь Мосин ( на заглавной картинке) полуобернулся в сторону усадьбы Ольденбургских ( бывшее имение Тулиновых-Шалле), что в какой-то мере логично, ибо он там и родился. А кроме того, на постаменте появились герб Рамони и две скрещенные винтовки образца 1891 года, которую за границей упрямо и постоянно именуют винтовкой Мосина-Нагана.
На рамонском "Мосине", в отличие от памятника коллеге и последователю Михаилу Калашникову - с оружием вроде как все в порядке, изображена бесспорно "Мося", как любовно называли русские солдаты винтовку и ее модификации.
По внешнему виду участники конкурсных испытаний русского военного министерства 1890-1891 года, как со стороны бельгийца Леона Нагана, так и со стороны русского Сергея Мосина - весьма схожи по внешнему виду. Правда, ко времени проведения конкурса бельгийская винтовка уже была готова пойти в серию, а русским удалось наладить серийный выпуск многозарядной винтовки только к 1897 году.
Принципиальные отличия модели Мосина крылись в затворе и магазине, а также в простоте сборки. Последний фактор и стал решающим при принятии на вооружение именно варианта Мосина, при том что в конкурсе изначально победил Наган! В какой степени Мосин "вдохновлялся" конструкцией Нагана, можно выяснить только у Мосина, да и, наверное, просмотрев полную конкурсную документацию. Но в любом случае винтовка Нагана в серию не пошла. Любопытно, что нигде в царских документах эту винтовку не называют винтовкой системы Мосина , а называют просто винтовкой образца 1891 года, что, наверное, справедливо. Также любопытно, что эта винтовка выпускалась и совершенствовалась не только в России и в СССР. В ставшей независимой от России Финляндии вначале использовались русские винтовки, а потом - в несколько измененном виде финны стали сами изготовлять "мосинку" для своих вооруженных сил. Варианты "трехлинейки" состоят на вооружении Финской армии по сию пору!
Но вернемся к памятнику. Как выяснилось, нынешний памятник Мосину в Рамони - другой! Хотя издали и не очень заметно... Ныне существующий открыли осенью ( 4 сентября) прошлого года. Автор его - воронежский скульптор Виталий Локотков. Отливали скульптуру на Воронежском колокольном заводе. Так что памятники Мосину ставят по осени.