Наследница аристократической семьи на самом деле была благородной черкешенкой, напрямую связанной с османской султаншей.
Двое младших братьев Махидевран, не найдя пристанища в своих землях, решили принять подданство у русского государя. Так и началась история потомков Махидевран на Руси.
Многие из них пытались сохранить корни, выбирая в жены потомков своих же фамилий, но в конце концов им пришлось смешаться с местным населением. Женились они, конечно, на самых именитых.
Ирина Михайловна была старшей дочкой князя Михаила Яковлевича и княжны Марфы Одоевской, дочери боярина. Одоевские были потомками самих Рюриковичей, так что с этой стороны Ирина принадлежала к царскому роду.
А вот батюшка ее Михаил был совсем другого происхождения. Его отец, дед Ирины, при рождении получил имя Урусхан, а никакой не Яков. Так что на четверть княжна была крепко связана с Кабардинскими землями, гордыми народами гор. Своего деда-черкеса она не застала, чтобы послушать рассказы о своих предках, но точно знала об этом.
Отец Михаил женился на русской на следующий же год, после того, как история Урусхана закончилась. Кто знает, может, отец был против этого брака. Сначала на свет появились братья Ирины, а уже после пошли дочери.
Когда Урусхан приехал на Русь, он был уже взрослым князем, он помнил историю тех, кому был обязан всем - отцу князю Куденету, деду Камбулату и великому прадеду Идару. Дети князя Идара разлетелись по всему свету. Старшие уехали к Османам.
Не у всех там сложилась судьба, но сестра Камбулата Махидевран стала супругой самого султана Сулеймана и матерью наследника престола Мустафы.
Шехзаде Мустафа приходился Куденету двоюродным братом. Дочки Мустафы, османские султанши и внучки Сулеймана Нергисшах и Шах-султан считались троюродными сестрами князю Куденету (прадеду Ирины), а после ветка Мустафы в истории потерялась, а вот на Руси черкесская родня Махидевран нашла свое продолжение.
Когда княжна появилась на свет, в Османской династии уже прошли времена даже Кесем-султан. Но потомки есть потомки, так что между русскими князьями и османскими султанами осталась связь. Тогда на троне Османов сидел султан Мехмед, внук Кесем.
Урусхану пришлось сменить и веру, и жену. Он обвенчался с Евдокией Прозоровской, дочкой воеводы, а сына назвал сразу русским именем. Жениха Ирине тоже нашли из потомственных Рюриковичей. Не исключено, что этого захотел сам царь Петр, который иностранцев сильно жаловал, а отца Ирины знал с детства.
Только вот в дальнейшем везти перестало. Долгоруков оказался крепче супруги и их потомства. И, несмотря на то, что дочь их крестила сама императрица, назвав своим именем, той тоже отмерено было немного. Яков Долгоруков получил в наследство все имения жены, но на этом все и завершилось.
На Руси остались другая родня Махидевран, так как у Ирины были братья и младшие сестры. Прасковья вышла замуж за Шереметева, а их дочь - за барона Строганова.
У брата Куденета Хорошая тоже остался русский сын Иван. Да и самой Махидевран был еще один брат, хорошо обосновавшийся на Руси. Однако Ирина Долгорукова была первой русской княжной, внучкой кабардинского князя, который родился и вырос совсем в других землях.
