С Цейломского перевала мы спустились в долину речки Армхи, к следующему селению со звучным названием Ольгетти. Живёт в нём 340 человек, и мечеть (2018) на краю села может вместить всё его население:
Над ней видны очередные башни:
И над одиноким сиелингом (языческим алтарём) кружится вороньё:
Это и есть Эрзи, и лишь взойдя наверх по крутой скользкой тропе, понимаешь, что все прежде виденные вайнахские древности не впечатляют так:
Совсем небольшой по площади, этот башенный комплекс включает полсотни небольших жилых башен, скорее просто каменных домов, сливающихся в единую массу камня, две полубоевые башни, но в первую очередь - не четыре, как в Таргиме или Хамхи, и даже не семь, как в чеченском Шарое (где пять всё равно новоделы), а 8 боевых башен.
Причём едва ли не самых высоких в вайнахских горах - более 30 метров:
В теории на них есть петроглифы, которые я не углядел, а вот лестниц наверх не предусмотрено, и это явное упущение реставраторов.
Создателем этой красоты считается Янд Строитель Башен - основоположник тейпа Яндиевых, известнейший вайнахский зодчий всех времён, живший в 17 веке. Как Янд-Каш, то есть Яндова могила, ныне известен купольный мавзолей у подножья:
Само слово Эрзи в переводе значит "Орёл", и в этом мавзолее хранилась реликвия, давшая этому селу такое имя - бронзовый Орёл Сулеймана. Вернее, для ингушей он был просто Орлом, а имя мастера Сулеймана, равно как и дату изготовления, определили уже кавказоведы, обнаружившие, что птичка окольцована надписью на арабице.
Орёл был изготовлен в 796 году, скорее всего в Басре, и является древнейшим точно датированным предметом исламского искусства Ближнего Востока. Причём, можно предположить, шиитского - ведь у суннитов птиц ваять харам! Как попал он сюда - никто теперь не скажет: может, был захвачен горцами в каком-нибудь караване, а может был подарен персами в знак мира. Не ясно точно, и чем этот орёл был - то ли курильницей, то ли водолеем, то ли фигурой на штандарте.
Но для Ингушетии он стал одним из национальных символов, и как алтайцы со своей Принцессой Укока в Новосибирском академгородке, ингуши долго требовали вернуть Орла домой из Эрмитажа, куда вывезли его ещё в 1931 году. Алтайцы своего в конце концов добились, а вот в Эрмитаже понимали, что не стоит помещать харамную статуэтку туда, где борются с харамом ваххабиты, а коррупция и кумовство решает всё. В итоге в Петербурге была изготовлена копия, в 2013 году размещённая в музее Назрани:
Побродив между башен, мы пошли вверх по зелёной траве, понимая, что Эрзи надо видеть целиком. С каждой точки его башни смотрятся по своему - вот их 5:
А отойдёшь на двадцать метров - и уже все 8:
Словно и правда это не рукотворные постройки, а иная форма жизни на основе кремния, размножающаяся почкованием:
Абсолютно лучший вид вайнахского зодчества открывается с холмов над Янд-Кашем, за огороженным колючей проволок пастбищем. И помимо поросли башен Эрзи, присмотритесь и к заднему плану:
Если вам казалось, что на той стороне Цейлома много башен - то вами действительно только казалось!
Мелкие комплексы в прямой видимости крупных несли свои функций - часть башен были дозорными, часть - сигнальными, и располагались они так, чтобы разведённые на вершинах костры позволяли по цепочке передать сигнал за поворот ущелья.
Взаимодействием всего этого и отличало шахар от просто племени - здесь у племени была своя земля, на которой для каждого рода значились свои роль и место.
Вытянутое с запада на восток, Джейрахское ущелье впечатляет ещё и своей асимметрией - южный склон покрыт девственным лесом, северный - весь в башнях. Впереди перекликаются одинокая дозорная башня справа и курорт "Армхи" под ярко-красной крышей слева:
К нему, покинув Эрзи, и направимся извилистой дорогой вдоль пропасти:
Несколькими километрами далее - ещё один башенный комплекс Ляжги. Пара здоровенных башен на склоне видны издалека, а изнутри, говорят, примечательны тем, что всех их этажи разделяют каменные своды. А прямо у подножья башен живут люди, к каменным корням лепятся дома - Ляжги, пожалуй, больше всего похожи на уголок того затерянного мира, что в ХХ веке вытек отсюда на плоскость.
А теперь вспомним о том, что всё это - не Средиземноморье и не Ближний Восток, а там же самая Россия, на большей части которой даже 18-й век кажется седой стариной. Думаю, в ущельях Ингушетии самая большая на просторах Необъятной концентрация средневековых памятников. Ну а почему именно Ингушетия, почему не соседняя Чечня? Всё очень просто: в Чечне были Кавказская война, депортация и две Чеченские войны, а в Ингушетии, за вычетом разовых карательных акций и режима КТО - только депортация. В Ингушетии известно 120 сохранившихся башен, в Чечне - около 1000 разрушенных, причём раньше чеченские башни считались мощнее и больше ингушских: например, уникальная 6-этажная гала в селе Никарой. Когда-то ущелья Аргуна и Шаро-Аргуна, Хулхалау или Ансалты выглядели примерно так же, но в бесконечных войнах башни падали первыми.