Как ни парадоксально, но два самых неоднозначных руководителя партии советских коммунистов были не чужды поэзии. Один писал стихи всю жизнь, а второй забросил творчество ещё в юности, отдав себя на служение партии.
Известно, что у Сталина была большая библиотека, и многие писатели мечтали, чтобы он стал их личным цензором. Михаил Булгаков сам писал об этом генсеку. Сталин любил читать, недаром историки отмечали, что книги из его кремлёвской библиотеки испещрены его пометками.
Страсть к литературе у Сталина была ещё с юности, но поэтическая деятельность Иосифа Джугашвили продлилась недолго - с 1893 по 1896 годы. До сегодняшнего дня дошло только шесть написанных юным Сталиным стихов, которые были напечатаны в газетах «Квали» и «Иверия» в 1985–96 годах. Остальные рукописи его стихотворений безвозвратно утеряны.
Примечательно, что для публикации в «Иверии» стихи будущего генсека, а тогда шестнадцатилетнего семинариста, отобрал классик грузинской литературы Илья Чавчавадзе.
Любопытный факт: одно из стихотворений «Утро» в 1912 году вошло в учебник родного языка «Дэда Эна» и на протяжении долгих лет оставалось стихотворением, которое грузинская детвора заучивала одним из первых. Фантастика, но это так и было – автор сидел в царских тюрьмах, а его стихи были в учебнике.
Ветер пахнет фиалками,
Травы светятся росами,
Все вокруг пробуждается,
Озаряется розами.
И певец из-под облака
Все живее и сладостней,
Соловей нескончаемо
С миром делится радостью:
«Как ты радуешь, Родина,
Красоты своей радугой,
Так и каждый работою
Должен Родину радовать».
Кто бы мог подумать тогда, что эти стихи написал будущий вождь народов, лучший друг всех советских детей и спортсменов.
Несмотря на то, что его стихи публиковали лучшие журналы, Иосиф Джугашвили выбрал путь революционера. Много ли потеряла литература от этого, неизвестно, но партия, которой он посвятил свою жизнь, получила одного из самых ярких своих руководителей.
Юрий Андропов, ставший генесеком после смерти Брежнева, не был заметной фигурой. Долгое время руководил одной из самых зловещих структур – КГБ. В его функции входила также борьба с инакомыслящими, в том числе и писателями, художниками, поэтами. Именно во время его руководства госбезопасностью появилось Пятое управление, чья деятельность заключалась именно в работе на идеологическом фронте.
При этом, как стало известно уже после его смерти, он всю жизнь писал стихи, играл на фортепиано, хорошо разбирался в литературе, много читал. Видимо, за это он и получил прозвище «романтик с Лубянки».
Однажды Андропов получил письмо с поздравлениями, в котором в шутку упоминалось о том, что власть портит людей. На это генсек ответил в стихотворной форме:
Сбрехнул какой-то лиходей,
Как будто портит власть людей.
О том все умники твердят
С тех пор уж много лет подряд,
Не замечая (вот напасть!),
Что чаще люди портят власть.
После смерти Андропова на его рабочем столе нашли среди бумаг стихотворение:
Да, все мы смертны, хоть не по нутру
Мне эта истина, страшней которой нету.
Но в час положенный и я, как все, умру,
И память обо мне сотрёт святая Лета.
Мы бренны в этом мире под луной:
Жизнь – только миг (и точка с запятой);
Жизнь – только миг; небытие – навеки.
КрутИтся во вселенной шар земной,
Живут и исчезают человеки.
Но сущее, рождённое во мгле,
Неистребимо на пути к рассвету.
Иные поколенья на Земле
Несут всё дальше жизни эстафету.
Примечательно, что ни Сталин, ни Андропов не воспользовались своим «служебным положением» - ни один из них не публиковал свои стихи. Хотя известно, что хитрый и льстивый Берия хотел к 70-летию вождя народов издать книгу его стихов, но Сталин ему запретил.
По некоторым данным, в 1940-е годы Андропов якобы издал поэтический сборник в Петрозаводске под псевдонимом Владимиров, но насколько это достоверная информация, проверить сложно. В любом случае, несостоявшимся поэтам Сталину и Андропову было далеко до писателя Леонида Брежнева, который за свои книги «Малая Земля» и «Возрождение» получил Ленинскую премию по литературе.