Я родилась в Перми в 1931 году. Когда началась война, я закончила 2 класс. Ранним утром 22 июня 1941 года по радио услышала грозный голос диктора, который объявил, что началась война. Мои сводные братья работали на заводе им. В.И.Ленина. В первые дни войны ушёл добровольцем на фронт один брат, Пьянков Анатолий Васильевич. Он погиб под Сталинградом в звании лейтенанта. Вскоре ушёл и второй брат - Пьянков Аркадий Васильевич, а спустя некоторое время мы получили на него «похоронку». С потерей кормильцев сразу же стала ощущаться нехватка продовольствия.
Через 3 месяца ввели продуктовые карточки. Есть хотелось всё время. С наступлением весны съедали всю зелень: крапиву, лебеду, пиканы, полевой чеснок. Если с вечера приметили, где начинает всходить крапива, вставали пораньше и отправлялись туда, чтобы никто не опередил. За пиканами и полевым чесноком ездили подальше: в городе всё уже было съедено. Дома крапиву мелко рубили с 2-3 картофелинами, которые не чистили, а только мыли, и из этого варили суп. Нам, голодным, он казался очень вкусным! Хорошо, что в аптеках удавалось иногда купить рыбий жир, который добавляли в суп.
В школе в начале войны нас, учеников начальных классов, подкармливала горячим хлебом старенькая уборщица тётя Дуся. Она встречала нас у входа и посылала мыть руки, а затем отламывала каждому по куску хлеба. Горячий хлеб невозможно было резать - только отламывать. Это была радость - в школе дадут немного хлеба! Поэтому школу никто не пропускал. Даже сейчас помню запах того свежеиспечённого хлеба, который, может быть, был наполовину с лебедой и крапивой или картофельными очистками.
Учебный год начинался с октября. Весь сентябрь мы работали в поле на Архирейке. Собирали колоски, овощи в любую погоду. Зимой с санками, вёдрами, бачками ходили по домам, собирали золу и помёт и отвозили добытые удобрения в поле.
Весной с наступлением посевной также 2-3 недели работали в поле. Летом меня увозили в колхоз в Оханский район, где снова ждали полевые работы: поливка, прополка, сбор ягод для раненых. А когда поспевали зерновые, мы начинали жатву, работая вручную, серпом. Особенно тяжело было жать рожь. Она высокая, и трудно было с ней управляться. Я любила жать овёс - он низенький и неколючий. Урожай связывали в снопы и ставили в суслоны. Бригадир требовал, чтобы в поле не оставалось ни одного колоска. Их собирали в корзину и сдавали на склад.
Спичек у нас не было. Искры добывали путём разбивания каких-то камушков. Это могли сделать только мальчишки. Утром часто приходилось выглядывать в окно и смотреть, в каком доме из трубы идёт дым. Я брала какую-нибудь посуду и бежала за горящим угольком, чтобы от него растопить печь дома. Ощущалась нехватка мыла. В бане на углу улиц Лифанова и Свердлова иногда при покупке билета наливали в баночку жидкого мыла или давали кусочек хозяйственного, величиной с конфетку. Этим мылом мылись и старались сэкономить для стирки, уборки дома. Иногда покупали билет, брали мыло и уходили домой. Позднее мыло стали давать непосредственно перед входом в моечное отделение. Некоторые вещи стирали сухой горчицей, а летом просто полоскали в речке.
На улице Фокинской в Запруде в бывшей школе № 50 был госпиталь. Для раненых мы устраивали концерты, писали по их просьбе письма, стирали бинты, делали уборку в палатах.
В то голодное время, полное самоотверженного труда, сберечь здоровье подчас было невозможно. Под конец войны, когда я училась в 6 классе, у меня начали пухнуть кисти рук и колени. Месяцами не могла ходить в школу. Мне на месяц давали справку для столовой, куда я ходила на улицу 1905 года, чтобы хоть один раз в день пообедать. В школе не хватало учебников. Учебник по геометрии купила за стакан отрубей - за деньги не продавали!
Об окончании войны, о Победе я услышала по радио, когда шла по улице 1905 года (раньше её называли Большой, потом Советской); репродукторов было два: один возле спуска с горы, другой - у сада им. Свердлова. На душе стало так радостно! Вся площадь у гастронома была заполнена людьми, которые вышли из завода. Все внимательно слушали, улыбались, плакали... А я радовалась, что отменят карточки и скоро мы будем есть хлеб досыта!
Моя дальнейшая трудовая жизнь была посвящена образованию, детям. Я работала 12 лет воспитателем и 24 года заведующей в детском саду № 78 (Гарцы), затем в санаторном детском саду № 109 (Верхняя Курья) при Мотовилихинском РОНО. Общий трудовой стаж составил 43 года. Я награждена знаком «Отличник народного образования». Сколько детских судеб прошло передо мною. Как хорошо, что их не тронула война.
Воспоминания опубликованы в сборнике "Судьбы военные страницы... По страницам воспоминаний педагогов-ветеранов" (Пермь, 2010).