9 мая 1945 года в обычные звуки находящегося на военном положении Берлина – скрежет гусениц танков по мостовым, рев моторов, выкрики военных команд - вдруг ворвался мелодичный, льющийся тон цокота копыт. «…мы увидели приближающуюся конную колонну... – вспоминал военный корреспондент, поэт Цезарь Солодарь. - Это были казаки из кавалерийской части, начавшей боевой путь в заснеженных просторах Подмосковья в памятном декабре сорок первого года. Не знаю, о чем подумала тогда регулировщица с ефрейторскими погонами, но можно было заметить, что на какие-то секунды ее внимание безраздельно поглотила конница. Четким взмахом флажков и строгим взглядом больших глаз преградила она путь всем машинам и тягачам, остановила пехотинцев. И затем, откровенно улыбнувшись молодому казаку на поджаром дончаке, задиристо крикнула: - Давай, конница! Не задерживай! Казак быстро отъехал в сторону и подал команду: "Рысью!". Сменив тихий шаг на резвую рысь, колонна прошла мимо своего командира в направлении канала.