Символы
Любая деятельность рефлексоида происходит через отношение к символу. В том числе поэтому вождь-символ является точкой организации рефлексоидов – со стороны, конечно. Символы могут быть разными – идеи, проекты, лидеры. Но понимания того, что стоит за символом, и того, что их окружает. у рефлексоида нет. Потому что рефлексоид проявляет реакцию, в данном случае реакцию на символ; а на смысл символа, на раскрытие символа он не может проявить реакцию. Рефлексоид не понимает символ, потому что понимание выше простой реакции. Читая текст, рефлексоид находит символ или его подобие, и на него реагирует, часто не дочитав текст и не поняв его, потому что он не может понять смысл, поскольку его сознание занято поисками символов. Бык реагирует на красную тряпку; рефлексоид тоже реагирует на свою красную тряпку, но этой тряпкой может быть любой прошитый в нем символ.
Все статьи цикла можно загрузить здесь.
Другая частая ситуация с рефлексоидом – он любую информацию воспринимает через ранг, как вызов себе – понты, или как подчинение себе. Но и ранг, и понты – это тоже символы.
Например, любые иерархические отношения рассматриваются с позиций насильственного гомосексуализма. И при этом сам «гомосексуализм» – это во вторую очередь гомосексуализм, в первую очередь – это символ доминирования. Но слова «символ» и «доминирование» рефлексоидам обычно не известны, они находятся вне их горизонта компетентности.
«Русский ум не привязан к фактам. Он больше любит слова и ими оперирует… русская мысль совершенно не применяет критики метода, т. е. нисколько не проверяет смысла слов, не идёт за кулисы слова, не любит смотреть на подлинную действительность. Мы занимаемся коллекционированием слов, а не изучением жизни.» (c) Академик Павлов.
По какой-то непонятной даже Павлову причине оказывается, что у большинства людей, в данном случае русских, «русская мысль» работает совершенно иным способом, чем у того же Павлова. Да, если разобраться, то выяснится, что «русскость» здесь не при чем. Ум любого рефлексоида не привязан к фактам. Ум русского Павлова вполне привязан. Словесный антиамериканизм и прямо противоположные ему фактические дела проамериканских диктаторов обычно лежит на самом виду. Но поскольку верят словам, то дела обычно не видят. Это во всем мире, не только в России.
Слова – это символы. Если интеллектуальные способности слабые, недостаточные для выделения причинно-следственных связей, то слова-символы оказываются оторваны от фактов реальной жизни, поскольку они абстрагированные от жизни символы. Символы имеют отношения друг к другу, но снова как абстракции. Эти отношения упрощены, и в плане сложности отношений, и в плане ограниченности данных. К словам могут быть привязаны какие-то дополнительные значения, но эти значения не осмысливаются, они только объявляются. И символы в сознании начинают жить своей жизнью, управляя человеком по неподвластным ему «нравится — не нравится».
Например, кто такой «настоящий мужчина»? Это символ и рационализация. Сюда же относятся «крутая тачка» и «крутая телка». То, что для людей мыслящих является понятиями, например, «красные», «белые», «коммунизм», «свободный рынок», «демократия», «ремонт тротуаров» для рефлексоидов тоже символы, за которыми стоят только эмоции и реакции.
Животные видят мир через символы. Собака движется по улице, обнюхивая один символ за другим. А горизонта у животных нет.