О Дега рассказывали полулегендарную историю: однажды в одной из модных светских гостиных он заметил, что новый владелец поменял раму на его картине — на богатую, позолоченную, рельефную. Дега был в бешенстве. По одной версии, он снял картину со стены, вынул из вычурного обрамления и молча унес домой. По другой — выкупил картину, не слушая возражений.
Гораздо позже, когда его коллекция картин разрастется до музейных размеров, он будет мечтать иногда о собственной галерее. Галерея должна быть загородной, то есть добраться до нее сможет только самый упорный, одержимый и действительно заинтересованный зритель.
Однажды парижский издатель альбома литографий попросил Эдгара Дега сфотографировать для него одну из работ Делакруа, которая тогда уже точно находилась в частной коллекции художника. Дега ответил: «Я за своим Делакруа охотился 20 лет. Пусть другие делают то же самое».
Настоящая азартная охота началась для Дега с 1890-х годов, когда его собственные картины уже продавались и приносили достаточную прибыль. Холостяк и почти отшельник Дега к зрелому возрасту делил свои дни между несколькими по-настоящему захватывающими удовольствиями: оперой, работой и охотой за шедеврами. Каждый вечер он задает себе один и тот же вопрос: как же расплатиться за все, что было куплено в этот день. А утром все начинается снова.
Эдгар Дега собирал не только картины, но и все, что с ними было связано — он был историком искусства, искусствоведом и куратором своей домашней экспозиции.
У Дега имелся собственный реставратор, единственный, которому он доверял. Луврские умельцы художника возмущали, он негодовал от того, как уничтожила реставрация картину Рембрандта «Пилигримы в Эммаусе».
В окончательном составе коллекции Дега, который распродавался после его смерти, обнаружилось 10 портретов, натюрмортов и зарисовок Сезанна и 25 работ Гогена в разных техниках, в том числе гогеновская копия «Олимпии» Мане.
Однажды, уже после смерти Мане, в руки Дега попадает кусок холста, явно отрезанный от целого полотна. Сын Эдуара Мане после смерти отца разрезал полотно на несколько частей в надежде продать его побыстрей и повыгодней. Заполучив своего безногого сержанта, Дега донимает Дюран-Рюэля просьбами «найдите ноги сержанта». Потом, когда некоторые части соберутся, просит обязательно отыскать «голову Максимилиана». «Он разрезал картину так, будто она принадлежала ему. Вот и доверяй после этого родственникам», — сокрушается Дега, долго собирает отдельные части и наклеивает их на чистый холст. В таком виде собранная Эдгаром Дега картина сейчас находится в постоянной экспозиции Лондонской национальной галереи.
Однажды скептик Дега шутил в разговоре о двух, как он считал, самых важных картинах в своей коллекции, портретах месье и мадам Леблан: «Я хочу подарить их своей стране. А потом я пойду, сяду напротив них и буду думать, какой благородный поступок я совершил». Сегодня оба эти портрета находятся в музее Метрополитен.