Дорогие друзья! Те, кто регулярно меня читает, уже знают, что книги я очень ценю, покупаю в основном бумажные и много лет собираю личную библиотеку. Много – это конкретно 20 лет. Сейчас мне 33 года, и покупать первые книги в коллекцию я начала целенаправленно с 13 лет.
К книгам я отношусь с большим пиететом, читаю и храню аккуратно. Правда, каюсь, были случаи, когда я книги беспощадно рвала и жгла. Это были в основном любовные романы в дрянном издании, которые я считаю не книгами, а макулатурой, и принадлежали они не мне, а родственникам мужа, потому в нашем домашнем пространстве я сочла сие явление излишним. Обычно книги, которые у меня не находят употребления, я предпочитаю продавать (иногда – отдавать в библиотеку, но у нас далеко не всё берут, надо сказать) или откладывать на чердак до лучших времён.
Вспомнив о случае с уничтожением книг, я задумалась: а что же я в книгах категорически не приемлю? Есть ли вообще такие вещи? Оказалось, что да. Вот мой краткий, но выразительный список.
1. Мат. Считаю, что мат в книге – это профессиональное поражение писателя. Исключений для меня нет (даже если описывают тюремную или бандитскую среду). Русский язык неимоверно богат, и любой автор с матерщиной автоматически исключается из моего списка чтения. Как Виктор Ерофеев, например.
Но тут надо оговориться: к мату я подхожу как профессиональный лингвист-эксперт. А именно понимаю под матом 5 корнесловов (2 на «х», 1 на «б», 1 на «п», 1 на «ё/е») и все производные от них. Остальное – это брань, сквернословие или просто сниженные словечки (вроде «долбанный» или «грёбанный»), и их вполне можно стерпеть. Тем более за время экспертной практики я стала достаточно «толстокожей» в этом отношении.
Так что и «Над пропастью во ржи», и скажем, трилогия Робертсона Дэвиса с пометкой «Содержит нецензурную брань» на обложке в эту сферу не входят (у Дэвиса мата в моём понимании нет, а у Сэллинджера – спасибо переводчице! - тем более). Правда, ещё не знаю, ждёт ли меня мат в «Улиссе» (тоже пометка «Содержит нецензурную брань» имеется).
2. Обилие сексуальных сцен (тем более если книга не позиционируется как эротическая). К сожалению, это бич современной беллетристики. Такое впечатление, что у издателей есть прямо список требований в авторам, и нашпиговывание книги любого жанра скабрёзными мотивами туда входит в обязательном порядке. Иногда прямо чувствуется, что автор через силу вставляет подобные сцены в произведение – как, например, Гай Гэвриел Кей в фэнтези-романы. Некоторые же эти темы смакуют или намеренно даже выставляют на передний план, как Жауме Кабре в романе «Ваша честь» (кстати, его уже дочитываю, обзор будет на днях). Но надо знать меру. Вообще, положа руку на сердце, я считаю, что без сцен секса вообще в книге можно обойтись – в любой книге.
3. Обилие сцен насилия или страданий. Меня это угнетает до крайности. Воображение очень живое, и чтение о жестокости вгоняет в депрессию и порождает тревожность. По этой причине принципиально не читаю сейчас книги о Великой Отечественной войне. Читала, когда они были в школьной или вузовской программе. Очень уж тяжело они мне даются. Кстати, я считаю, что не обязательно всё время читать детали о фашистских зверствах, чтобы ненавидеть фашизм и тоталитаризм. У нормального человека эта ненависть должна быть в крови.
4. Бессюжетность/безыдейность. Если в книге не о чем читать, зачем тратить на неё время? В какой-то степени я согласна с идеей Ролана Барта о том, что произведение отчасти "делает" читатель (см. статью "Смерть автора"). Но у читателя должны быть инструменты! В книгу нужны явный сюжет, логика, композиция и должна быть заложена некая идея, которую автор хочет транслировать читателю. К сожалению, постмодернистская литература от всего этого гордо отказалась. Именно поэтому я её не люблю.
5. Краткость. Да, я принципиально не берусь за малые формы. Только разбежался, вошёл во вкус - произведение закончилось. Не моя схема, поэтому у меня в библиотеке только романы-"толстушки".
6. Слишком длинные серии. Но и у "толстушек" должна быть мера. От книжных сериалов очень устаю. Всё-таки тяжело годами "вариться" в одном и том же мире, с одними и теми же героями. Считаю, что оптимальная длина любого цикла - 3-4 книги. Исключение -" Гарри Поттер" и "Ведьмак".
7. Когда предполагается, что в книгу нужно что-то вписывать, рисовать или вырезать из неё. Вообще никогда не понимала подобных изданий. Для меня книга – это нечто такое, чем нужно будет пользоваться долгое время, перечитывать, может, потомкам передать. Очень редко позволяю себе даже подчёркивать в книгах (хотя бывает, в основном в научной литературе), лучше сделаю выписки. Но резать книгу – это вообще за гранью добра и зла. Издатели, лучше уж выпустите эту информацию в виде набора карточек…
8. Книги с вырубками, окошками, поп-ап-иллюстрациями и т.п. Уже как-то высказывалась в комментариях на эту тему. Считаю, что книга не игрушка. Да, и детская книга тоже (разве что совсем для малышей, чтобы они могли в исследовательском азарте её порвать). А уж тем более книга для взрослых. Честно говоря, меня книги с дополнительными вкладочками, окошечками, 3D-картинками только раздражают. Книга – для размышления, а не для пустого времяпровождения в виде разворачивания вкладочек и исследования бумажных кармашков. И если уж хочется сделать издание подарочным, то лучше за счёт качества бумаги, переплёта и иллюстраций.
9. Когда художественная книга отвратительно издана: на «туалетной» бумаге; в тонкой мягкой обложке; плохо проклеена, и листы выпадают; когда на обложке дурацкая иллюстрация – скажем, в стиле 1990-х (блёклые цвета, рубленые силуэты, кричащий макияж, стилистика коллажа), или непонятная компьютерная графика, или рисованные картинки в стиле дешёвых любовных романов (кавалеры в романтических нарядах и с накачанными трицепсами обнимают полуобнажённых дам, одетых в подобие пеньюара). Всё это меня мгновенно приводит в раздражение, и подобная макулатура либо отправится в огонь, либо будет тем или иным способом выдворена из моего дома. По отношению к изданию нехудожественных книг я более лояльна, особенно если в книге ценное для работы содержание, а переизданий не найти. Но художественной книге я неопрятности не прощаю. Тем более что у подобных книг и содержание посредственное (я о любовных романах или эзотерической «литературе»).
10. Плохой перевод. Поскольку в основном читаю иностранных авторов, перевод крайне важен. Уже писала об этом в после про книжные привычки, так что не буду углубляться.
А что не приемлете в книгах вы?
Ваша Ариаднина нить.